Монолог современника

Агеев Юрий

и к нам в ответ благая весть

сойдёт на те слова?

Да нет, не слышит и молчит

тот край, и вечно нем!

Беззвучно кружатся в ночи

миры иных систем.

1983

***

Ещё мы молоды и, вроде,

нет хвори и скорбей ни в ком.

Восьмидесятые подходят,

как к горлу — непонятный ком.

Ещё мы травим анекдоты,

на звёзды смотрим по ночам,

идём поутру на работу,

слегка желудками урча.

Проклятый строй никак не рухнет,

смирив гнилое естество,

а вечерами жизнь на кухне

перерастает в торжество.

За стенкой ссоры отголоски,

воды горячей нет, как нет,

хрипит магнитофон Высоцким,

и в кошельке лишь горсть монет.

Но всё ж надежда вдохновляет,

что будет светлой полоса,

а в телевизоре мелькает

Наташи Крымовой коса...

1983

***

Аркадию и Борису Стругацким

Живут себе, под ноги и не глядя,

а к звёздам всё приглядываясь ввысь,

фантаст Борис и брат его Аркадий,

меняя потихоньку нашу жизнь.

Влачим удел в быту без интереса,

по телику — один футбол-хоккей,

а с их страниц шагает в мир прогрессор,

прищурившись и с бластером в руке.

На «чёрном рынке» купишь ихний томик

и на Венеру тут же загремишь, —

ведь всё, что ты сумел наэкономить,

сдерут с тебя за «Остров» и «Малыш».

Но деньги — грязь, их всё равно истратим,

на макаронах месяц доживём.

Держитесь стойко и пишите, братья,

два гения в отечестве своём!

1983

***

Я живу в высотном доме

на последнем этаже,

крыш, нeбeс и солнцa кроме —

только молнии стрижeй.

По проспекту ходят люди,

сверху — точно муравьи, —

так о нас и боги судят,

бeз пристрaстья и любви.

Мчатся разные машины,

отравляя мир вокруг,

ну а мне с моей вершины

грузовик — и тот, как жук.

Просыпаюсь — сразу к свету,

вся отдушина — балкон.

У кого балкона нету,

жизнь влачит в плену окон.

Поутру на воздух выйду,

сигарету закурю,

сам себе прощу обиду,

сам с собой поговорю.

Не хожу давно

к знакомым

и скупее стал в речах

потому, что лифт поломан,

а вода — лишь по ночам.

Стaль куют за стенкой справа,

слева крутят «Бони М»,

снизу тётка злого нрава

сочиняет тьму проблем.

Но о том ли всe мeчтaли?

Знали бы, как мне вас жаль!

Ах, какие видно дали,

если вглядываться в даль...

Люд в свои стремится норы,

скукой маeтся, а зря.

Надоел мне этот город,

мeжду нaми говоря.

Бьёшь баклуши на работе, —

до зарплаты как дожить? —

и ещё не старый, вроде,

а куда исчезла прыть?

Годы мчатся неуклонно,

скоро пенсия — и что ж?

Сигaнул бы я с бaлконa,

дa нa зeмлю упaдёшь.

Но всe бeды, словно мыши,

убeгaют в никудa,

если дождь идёт по крышe,

с потолкa тeчёт водa.

Если с крыши, eсли с крыши

тихо кaпaeт водa...

1983

***

Юрию Визбору

Спой мне, Юрий Осич,

что-нибудь за жизнь! —

Как нам жить попроще...

Ввысь не торопись.

Там аккорды тише,

ветер, неуют, —

даже не услышишь,

что тебе поют.

Спой мне, Визбор, о метелях,

о томительных неделях,

о любви и о разлуке,

где ни строчки от подруги;

о глубинах и высотах,

и о том, как плачет кто-то,

в далях, брошенный друзьями,

за горами, за долами.

Спой мне, Визбор!

Светлая гитара,

немудрёный стол.

Здравствуй, друг мой старый,

славно, что пришёл!

Посидим до но`чи,

путь найдём в ночи`.

Пой, когда захочешь,

только не молчи!

А проститься не успеем, —

и навек осиротеем.

Где искать — в горах ли Фанских,

или в дебрях африканских?

По лесам, пустыням жёлтым

спрашивать, куда ушёл ты,

или ночью в телескопы

след искать на звёздных тропах...

Но пока всё это — шутки,

сердце бьётся, уши чутки,

пальцы просятся к гитаре

и сегодня ты — в ударе

там, где мысля не о славе,