Мозаика сердца
Шрифт:
— Хотите сказать, что вы выжили в той кровавой мясорубке, устроенной марилийцами под стенами города-крепости Зардана, спаслись из плена и теперь приехали ко мне? — с ледяным спокойствием спросил Райан МакЭнор.
Он выразительно приподнял одну идеальную светлую бровь, как будто в удивлении, и смерил меня нечитаемым взглядом.
— Да, я выжила и… приехала, потому что ищу мужа, — как можно спокойнее ответила я.
Моя правая рука так сильно сжала рукоятку трости, что костяшки пальцев побелели, и стало удивительно, как она не треснула.
— А я здесь при чем? — высокомерно спросил меня этот неприятный тип. На секунду я растерялась, сбитая с толку его недоумением и вопросом.
— Я знаю, что это вы спасли Криса из тюрьмы для военнопленных, — сразу пошла я ва-банк, внимательно наблюдая за его реакцией, но лицо оборотня было абсолютно невозмутимо и… немного озадачено.
— Я? О чем вы? — вроде бы с искренним недоумением спросил МакЭнор.
В комнате повисла тишина, а я постаралась затолкать обратно нарастающее вдруг отчаяние и разочарование.
— Я наводил справки и узнал, что мой друг, Крис Тубертон, и его жена Лорианна погибли в плену у марилийцев, — немного грубо заявил Райан МакЭнор. — Младший брат Криса, Джейсон, умер от горячки в день сдачи города-крепости Зардан, — он замолчал. — Поэтому я не понимаю, для чего вы выдаёте себя за Лорианну Тубертон? Что вам от меня нужно? Деньги? Протекции?
Я опешила.
— Я не выдаю себя за неё! Неужели вы не узнаете меня?!
Я стянула небольшую коричневую элегантную шляпку с головы и ближе подошла к мужчине, впилась глазами в его лицо, задрав голову. С минуту он равнодушно смотрел на меня сверху вниз.
— Я не узнаю вас. Более того, вы мне неприятны, и я уверен, что впервые вас вижу, — спокойно произнёс МакЭнор, мазнув неприязненным взглядом по моим рубцам на лице. — Я смутно помню Лорианну Тубертон, эту легкомысленную девицу, но сейчас ей было бы около двадцати трех — четырех лет, вам же явно за тридцать. Ещё она была достаточно хорошенькой девушкой в отличие от вас, — он смерил меня выразительным презрительным взглядом. — Кроме того, я с достоверностью знаю, что Лорианна Тубертон мертва, поскольку лично видел ее мемориальную плиту. Поэтому, нет, я не признаю ее в вас, и, будьте добры, больше никогда не тревожить меня и не морочить голову советнику императора, который просил за вас. А слугам я передам, чтобы они больше не пускали вас на порог моего дома.
— Хорошо, пусть вы не узнаете меня, — не сдавалась я. — Но это же вы спасли Кристофа?! Это вы можете мне сказать?!
— Я очень хотел бы сказать, что это так, но… увы… — хмуро произнес Райан МакЭнор. — Я не понимаю о каком спасении вы твердите. К сожалению, мой друг тоже погиб.
— Среди протоколов допросов охранников, дежуривших в день исчезновения Криса из тюрьмы, найдены показания одного из них о том, что он видел белого барса в стенах тюрьмы, — медленно, чеканя каждое треклятое слово, произнесла я, очень внимательно наблюдая за МакЭнором.
И вдруг, буквально на мгновение, я почувствовала от него почти осязаемое напряжение.
Я почувствовала опасность, исходящую от него, холодок страха невольно пробежался по позвонкам. После тюрьмы я научилась чутко распознавать эмоции других, если они не скрывали их, а Райан МакЭнор на мгновение раскрыл себя.
Но оборотень быстро взял себя в руки и ледяным тоном грубо произнес:
— Я потратил слишком много времени на никчемный разговор с вами. Вы — никто и звать вас никак. Я уделил вам время только из уважения к лэрду Бэлфору. Вы же пытаетесь выдать себя за неожиданно воскресшую жену моего лучшего друга. Что ж… На первый раз, в память о Кристофе, я отпущу вас живой и невредимой. Но это только на первый раз, — в голосе прозвучала откровенная угроза. — Будьте добры, покиньте мой дом и никогда больше не приходите сюда, иначе, во вторую нашу встречу, я не отпущу вас живой, поскольку ненавижу попрошаек и шантажисток.
Смерив меня презрительным взглядом, Райан МакЭнор повернулся и вышел из библиотеки, оставив меня одну, злую и растерянную.
Дворецкий вывел меня из библиотеки и запутанными коридорами повел обратно. Поглощенная грустными мыслями, я не заметила, когда он исчез, а я осталась одна. На миг я растерялась, оглядываясь по сторонам, а затем в конце коридора показались две крепкие мужские фигуры.
По плавной осторожной походке я поняла, что это оборотни, и неожиданно шестым чувством, которое появилось после пыток в плену, почувствовала исходящую от них угрозу.
Деваться было некуда, и я продолжила медленно идти по направлению к ним, ещё сильнее хромая на одну ногу, чтобы усыпить их бдительность, на ходу активируя амагический амулет на шее, чтобы оборотни не смогли воспользоваться магией.
Я была напряжена до предела, полностью сосредоточившись на двух опасных фигурах, размышляя, как лучше поступить.
Мужчины шли не торопясь и о чем-то тихо переговариваясь, будто совершенно не обращая на меня внимание.
Я же полностью сконцентрировалась на них, осторожно изменила хват трости, взяв ее поудобнее для предстоящей возможной схватки и положив указательный палец на копку, активирующую скрытую пружину.
Расстояние между нами постепенно сокращалось. Якобы мимолетным незаинтересованным взглядом я заметила, как оба оборотня подобрались и приготовились к прыжку. В то же мгновение я плавно переместилась назад влево, прижалась спиной к стене и нажала на скрытую кнопку в рукояти, выставив перед собой тонкое блестящее лезвие клинка.
Оборотни сперва опешили от моей прыти, но это длилось лишь несколько секунд, и они тут же постарались взять меня в ножницы. Из оружия у них были только кинжалы, один из которых тут же полетел в меня. Я уклонилась от него без труда, и он вошёл в стену рядом с моей головой, буквально в нескольких сантиметрах.