На виду
Шрифт:
Он нашёл нужную руну, треугольник с кругом в каждой вершине, нарисованный серебряными чернилами, и вырвал её из блокнота. Алекс бесцеремонно лизнул обратную сторону листа и приклеил его к стене в центре нарисованной мелом двери. Он коснулся бумаги тлеющим кончиком сигареты, и она вспыхнула, почти мгновенно сгорев. Руна повисла в воздухе, сверкая серебром теперь, когда бумага исчезла, а затем тоже растворилась, слившись со стеной. На месте мелового контура появилась дверь из полированного металла. Петлей не было видно, только латунная пластина с замочной скважиной в центре.
Алекс достал из кольца, на котором висели ключи от его квартиры и кабинета,
Алекс щелкнул выключателем на стене, и по всему помещению зажглись магосветильники, наполнив его ярким светом.
Не закрывая дверь, Алекс подошел к большому письменному столу. При желании он мог запереть дверь хранилища на засов, но если бы она была заперта снаружи, он оказался бы в ловушке. Открыть хранилище снаружи мог только тот, кто его создал.
Он отодвинул в сторону откидной столик, а затем открыл верхние дверцы. Внутри в ряд стояли три кожаные сумки, похожие на докторские саквояжи, а над ними множество закупоренных флаконов со всевозможными веществами. Под сумками были отделения для бумаг, заполненные стопками различных документов, и выдвижные ящики с ручками и карандашами. Все это было его рабочим инструментом.
Не мешкая, Алекс достал потрепанный коричневый саквояж. Верхняя часть саквояжа открывалась посередине и крепилась на петлях, так что ее можно было откинуть на 90 градусов. С одной стороны на эластичных ремнях крепились окулюс и дыхательная маска. С другой стороны лежали уменьшенные копии закупоренных флаконов, но их было меньше. На дне саквояжа лежали мультилампа, пенал, тубус с бумагами, кое-какие мелочи и полуавтоматический пистолет "Кольт" 1911 года в наплечной кобуре. Алекс снял куртку, надел кобуру, пристроил пистолет под левой рукой и проверил магазин.
Полный.
Он снова надел куртку, убедившись, что она не топорщится и не выдает выпуклость под левой рукой, взял сумку и вышел из хранилища.
— Пока, — сказал он Лесли, надевая шляпу и направляясь к двери.
— Постарайся уговорить их на пару дорогих рун, — крикнула она ему вслед. — Мне нужны новые чулки.
Алекс спустился на лифте на улицу. Шел проливной дождь, и казалось, что уже стемнело, хотя был только ранний вечер. Неоновые вывески на витринах магазинов отбрасывали цветные блики сквозь пелену дождя.
Вырвав еще один листок из книги с рунами, Алекс приклеил его к полям шляпы и поджег сигаретой. По всему телу, от головы до пят, пробежала волна покалывания, и он вышел под дождь. Капли, долетавшие до него, изгибались и танцевали, огибаемые магией. Барьерная руна действовала всего час, но этого времени ему вполне хватило, чтобы поймать такси и доехать до южной части Манхэттена.
Кольца обеспечивали энергией весь остров Манхэттен, от южных доков до самого Бронкса. Физически кольца располагались вокруг Эмпайр-Тауэр, бывшего Эмпайр-Стейт-Билдинг. В наши дни в Эмпайр-Тауэр находится магический конденсатор,
Южная сторона на самом деле была довольно близко к Эмпайр-Тауэр, если смотреть по прямой, но поскольку центр сместился на север, в этой части кольца полосы были тоньше. Большая часть гавани и прилегающих к ней районов явно относилась к периферийному кольцу, но всего в нескольких кварталах от них располагались более престижные жилые дома среднего кольца.
Через тридцать пять минут Алекс вышел из такси и направился к скоплению полицейских машин, припаркованных перед аккуратным трехэтажным кирпичным зданием. Прохожие бросали на него любопытные взгляды, когда замечали, что дождь обходит его стороной, но он к этому привык.
— Вам чего? — спросил дежурный офицер, изо всех сил стараясь показать, что ему не до посетителей. У него был вздернутый нос, близко посаженные глаза и шрам на щеке, из-за которого он выглядел очень серьезным. Определенно, такого человека стоило поставить на входе.
— Я Алекс Локерби, — сказал Алекс, протягивая офицеру визитку. — Меня ждет детектив Пак.
На лице офицера отразилась целая гамма эмоций. Из визитки он понял, что Алекс частный детектив, а Пак был единственным японцем в полиции. Большинство американцев не слишком хорошо относятся к азиатам, но Пак показал себя хорошим детективом, и это сделало его своим в полиции Нью-Йорка. В конце концов офицер решил, что его неприязнь к частным сыщикам и иностранцам не идет ни в какое сравнение с уважением к своей работе и коллегам.
— Третий этаж, направо, — сказал он, возвращая визитку. — Комната 323.
Когда Алекс вошел в комнату, он сразу понял, зачем Пак его вызвал. В кресле лежали обугленные останки человека. Кресло почернело и сгорело, обнажив каркас из проволоки, но стены и пол были целы, если не считать следов дыма. Рядом со стулом стоял круглый приставной столик, на котором лежали бульварный роман, пустая рюмка, пачка сигарет и коробок спичек.
— Алекс, — сказал детектив Пак, заметив его появление. Дэнни был ростом около 170 см, на три дюйма ниже самого Алекса. На нем был коричневый костюм с замшевыми вставками на локтях и золотым значком на нагрудном кармане пиджака. У него была смуглая кожа, короткие волосы цвета полуночи и темные миндалевидные глаза. Когда он пожимал руку Алексу, на его лице появилась заразительная улыбка. — Рад, что ты здесь, — сказал он.
— Я тоже рад тебя видеть, — ответил Алекс, пожимая ему руку в ответ. — Я как раз хотел спросить, зачем ты меня позвал, — сказал он, кивая на обугленный труп.
— Я понимаю, что дело кажется очевидным, — сказал Пак, — но что-то здесь не так.
— Согласен. Кем бы ни был этот парень, его убили.
2. Жмурик
Детектив Пак открыл рот и снова его закрыл.
— Что? — наконец выдавил он. — Я просто хотел узнать, почему огонь погас.