Нарисуй узоры болью...
Шрифт:
Он говорил, что слабые существа подзеркаливать не умеют, но защиту ставить всё равно нужно – а Таня не была слабой, вот только слишком рано было пока что даже попытаться что-то сделать, что-то изменить, попытаться проникнуть в чужие мысли, которые даже не имели к ней никакого отношения.
Таня наконец-то поняла, где именно она находилась. Поняла, что это просто какое-то пустое поле, которое постепенно затапливало водой, сильной, быстро прибывающей, но, тем не менее, не такой могущественной, чтобы сопротивляться до самого, самого своего конца.
До
Гроттер вытолкнула из головы назойливые мысли о том, что Иван, возможно, очень даже прав, когда просто пытается в чём-то её обвинить.
– Вызови меня, - промолвил он. – Вызови меня, и я расскажу тебе всё то, что узнал тут, за гранью.
– Я не нуждаюсь в советах предателя, - пожав плечами, промолвила равнодушно Гроттер. – Ты мне давно не нужен, Иван Валялкин, запомни, пожалуйста, это раз и навсегда!
– Да неужели? – рассмеялся Валялкин.
Вода прибывала с новой силой. Только теперь Таня поняла, что её руки и ноги прикованы к чему-то, что цепи тянут её вниз, но она постаралась не обращать на это совершенно никакого внимания.
Она чувствовала, что боль от удушья становится всё более и более сильной, что она идёт по нарастающей, пытаясь как-то привести к финалу в виде сплошной смерти, что окружила девушку со всех сторон, не оставляя больше ни единого выбора для девушки.
Гроттер постаралась расслабиться и выстроила невероятно сильные барьеры вокруг собственного сознания.
Магия пылала вокруг них.
Девушка чувствовала, что она становится всё сильнее и сильнее с того момента, как начала сопротивляться.
Боль отступила в сторону, и Гроттер почувствовала, что теперь уже нет смысла закрывать глаза и пытаться всё это отбросить в сторону, отбросить в сторону! Просто так.
Бедный.
Ванечка, умирай”.
Гроттер шумно вдохнула воздух, открывая глаза и вскакивая на ноги, но, тем не менее, моментально вернувшись обратно на стул, на котором она сидела.
– У тебя очередное видение, - недовольно отметил Бейбарсов. – Их частота всё увеличивается
Таня кивнула.
– Я пытаюсь сопротивляться, но ничего не получается, - наконец-то подала голос Таня. – Мне кажется, что совсем-совсем скоро я буквально сойду с ума, и никто меня уже на этой земле не удержит.
– Ну, не думай о плохом, - покачал головой Бейбарсов. – Твой мрачный настрой пока что ничем не подтверждён.
Таня рассмеялась, едва-едва слышно, словно ей вдруг стало весело. На самом деле, она уже едва-едва могла сдерживать давление, которое оказывали на неё потусторонние силы, вот только пока что не оставалось никакой возможности сражаться.
Сопротивление было совершенно бесполезным, и Таня попыталась подумать, что на самом деле это нормально, но ведь она прекрасно знала, что всё логичное и хорошее давно уже выскользнуло за грань.
– Ко мне приходят в видениях люди и просят научиться вызывать духов, - наконец-то выдавила из себя Таня, словно пытаясь рассказать Бейбарсову правду, но упрямо сдерживая себя.
Она понятия
– И ты собираешься идти у них на поводу?
Казалось, учить её подобному было слишком нежелательно для некромага, и Таня, несмотря ни на что, всё равно упрямо кивнула, чувствуя, что таким образом если не разрешит проблему, то хотя бы досадит Бейбарсову.
– Пусть будет по-твоему, - вдруг согласился он. – Я не против, если тебе уж так сильно этого хочется.
– Серьёзно?
– Серьёзно, - кивнул Бейбарсов. – Но, запомни, это делается не так уж и просто, а ещё – рядом не должен присутствовать никто, кроме самого заклинателя. И духов, естественно, но их я за живых не считаю.
– То есть, тебя не будет рядом? – переспросила она, словно желала уточнить для себя смысл только что сказанных Бейбарсовым слов.
– Да, меня не будет рядом, - согласился Глеб. – Но если тебе так уж сильно хочется испытать себя, то, пожалуй, я не имею сейчас никакого права спорить и запретить тебе сделать нечто подобное. В конце концов, это всё равно твоя жизнь, и никто не имеет права влезть в неё, кроме тебя самой.
– Я готова на риск.
На самом деле, это было совсем не так, но Таня подумала, что очень поздно отступать, когда она уже решилась попросить научить её чему-то подобному.
Бейбарсов едва заметно улыбнулся, кивнул, словно соглашаясь с нею, и со вздохом покачал головой, будто бы моментально отрицая всё то, что только мог сказать.
Гроттер не пыталась больше проронить ни единого слова – ей казалось, что правильнее будет и вовсе промолчать.
Она решила, что вообще всё то, что происходило вокруг, было слишком глупым, но, тем не менее, настаивала.
– Я поясню тебе теорию. Но если духи овладеют тобою, ты умрёшь, - без всякой угрозы в голосе вымолвил Бейбарсов. – Поэтому слушать ты будешь меня куда внимательнее, чем во время полётов.
…Со всех сторон медленно наступал декабрь.
***
Глеб давно уже оставил её одну, приняв решение, что Таня действительно способна справиться с этим ритуалом сама.
Гроттер зажгла свечи, не пользуясь магией, и попыталась поставить их так, как рассказывал Бейбарсов.
Всё это походило на банальную мистику, которая не была ну никак связана с обыкновенной магией.
Гроттер никак не могла победить в себе странное ощущение страха, смешанного с определённым оттенком брезгливости, но, тем не менее, заставила себя быть спокойной и уравновешенной.
Пока что никого рядом не было.
Рыжеволосая прекрасно знала, что, рано или поздно, ей придётся сражаться с духами, пытаться побороть какие-то предательства, но, тем не менее, пока что у неё не было сил на это.
Гроттер с ужасом осознала, что воздух вокруг уже начал мелко-мелко дрожать. Она быстро зашептала нужные слова заклинания, с ненавистью выдыхая имена тех, кого пожелала увидеть.