Нарисуй узоры болью...
Шрифт:
Он вскочил на ноги и вновь набросился на неё, словно ненависть вновь вспыхнула где-то в глубине его души.
Горгонова попыталась вырваться, но ничего не получалось. Она словно потеряла вдруг силы.
Тем не менее, магия всё ещё кипела вокруг неё. Женщина не пользовалась ею потрясающе долго, но теперь наконец-то могла восполнить все силы, которых в ней было столько после того дерева…
Скорее!
Она тоже схватила Готфрида за горло, пытаясь передать ему боль, которую ощущала. Впрочем, он от
Ей не хватало воздуха, ему – тоже, и непонятное магическое кольцо свернулось вокруг них, не отпуская ни на одно мгновение, не желая дать хотя бы маленькую возможность выжить и почувствовать что-то вроде удовольствия, определённого рода счастья от того, что можно убить врага.
Она ведь не собиралась это делать!
– Тварь! – шипел Готфрид, сжимая её горло всё сильнее и сильнее. Медузия потеряла счёт секундам, но понимала, что вскоре попросту не сможет больше бороться, потому что он был удивительно устойчив к магии.
Волшебство буквально рванулось к ней, пытаясь уничтожить и разорвать её на мелкие кусочки, вот только от этого становилось только хуже и хуже.
Она хрипела и понимала, что скоро наступит конец и её, и его жизни, если ей удастся наконец-то связать их окончательно.
…неизвестная, незнакомая буря раскидала их в разные стороны, заставляя Готфрида вспомнить что его жена дома и в безопасности, а Медузию – вспомнить о своём грехе и о том, как она предательски убила Сарданапала.
Всё ради победы.
Она же собиралась спасти ещё троих – но, очевидно, просто не поняла пока что, кого собирается спасать, если они все так быстро умирают. Это даже хорошо, что время идёт так быстро, поразительно быстро…
Скорее бы убить их!
Она попыталась воспользоваться магией ещё раз, но непонятная волна ещё раз налетела на них обоих, останавливая собственным магическим влиянием всех, кого только можно было остановить.
***
Лиза была неимоверно рада, когда умудрилась выйти к какому-то ручейку. Так стало немного легче и спокойнее идти.
Она мечтала выбраться из леса.
Вокруг, казалось, была дичь, появлялся шанс спрятаться, вот только Зализина прежде никогда не гуляла по лесу.
Нет, гуляла, конечно, когда следила за детьми и предлагала им совершенно невинные прогулки, вот только теперь рядом не было горы детей, к тому же, на неё охотились, а она охотилась на кого-то ещё.
В этом не было, наверное, особого смысла, потому что эта жизнь уже не соглашалась идти по разумным, нормальным правилам – оставалось только задохнуться от ужаса и постепенно упасть вниз, успешно умереть и больше не пытаться выбраться на свободу.
На деревьях можно было увидеть следы от огромных отвратительных когтей, вот только рядом не было ни
Лиза чувствовала, что её голова слишком сильно кружится.
Хорошо, что она шла рядом с рекой, поэтому могла не сбиться с пути – если, конечно, этот путь у неё был, - вот только, казалось, сейчас ей стало слишком дурно, чтобы вообще иметь шанс нормально думать.
Наконец-то Зализина увидела кого-то впереди и с удивлением замерла, а после рванулась вперёд с неимоверной силой.
…Лес уже закончился, и теперь она бежала по травянистому берегу, радуясь тому, что тут было до такой степени легко дышать.
– Подождите! – громко окликнула незнакомых ей пока что людей Зализина, а когда те обернулись, наконец-то поняла, кто они такие.
Рыжеволосая девушка явно была той самой Татьяной Гроттер, которая, единственная Провидица в этом составе, почему-то до сих пор была жива. Удивительно, что шагающий с нею парень не воспользовался её слабостью.
– Подождите!
Светловолосый парень, ветеринар, кажется, которого точно звали Иваном, остановился, и дёрнул свою спутницу за рукав.
Та нехотя замерла на месте.
Когда Лиза наконец-то остановилась рядом с ними, то она почувствовала определённое облегчение – этих двоих можно было убить, точнее, хотя бы попытаться, и тогда оказаться в более выигрышном положении.
Она пожалела Кузю.
Но эту рыжеволосую девушку совершенно не жалела, всё равно Провидицы всегда были в огромной немилости здесь.
Их всегда убивали.
Лиза не могла вспомнить ни об одной Провидице-победительнице, а ведь она столько всего искала в библиотеке!
Столько всего…
Впрочем, сейчас это было совершенно неважно – она не собиралась задумываться над тем, кого можно убивать прямо сейчас, а кого всё-таки нет, ведь, как ни крути, жизнь стремительно тянулась куда-то к земле, стремясь развалиться на мелкие кусочки, и ей было уже почти что наплевать.
– Можно мне с вами?
Рыжеволосая нахмурилась на этот вопрос, но Валялкин моментально кивнул, соглашаясь и буквально приглашая её в эту компанию.
– Думаю, - моментально промолвила Лиза, пытаясь завоевать доверие, - нам вместе будет намного легче победить и суметь как-то завоевать приз, правда!
– Да, ведь выжить могут четверо! – с радостью ответил Иван. – А нас трое, это даёт шансы на победу…
– Если, конечно, никого не убьют, - вдруг отозвалась Гроттер, продолжая идти с опущенной слишком низко головой.
Впрочем, это ни на мгновение не прятало её великолепных рыжих волос и зелёных глаз.
Лиза, наверное, хотела бы быть такой же зеленоглазой, если бы, конечно, не знала, к чему именно ведёт подобный знак – знак Провидицы, который словно клеймом выжжен на лбу этой девушки.