Ну!
Шрифт:
– Коллега, что вы делали во время путча ?
– У себя на кухне наслаждался страхом.
– Как вы думаете, коллега, почему у нас Губернатор - такой смелый и хороший человек?
– Hаверное, КГБ боится!
– благоразумно отозвался собеседник. Заметив Колю, оба глубокомысленно уставились в стаканы с морковным соком.
Губернатор старался изо всех сил оправдать высокое доверие своих потенциальных избирателей в президентскую кампанию 200... года, и заблаговременно к этому готовился. Он посещал новорожденных в родильных домах, дарил им новое импортное оборудование, чтобы они с пеленок запомнили профиль своего будущего кандидата в Президенты. В этот момент в роддоме появилось на свет несколько малышей. Первым родился новый член нетрудовой
Весь город поговаривал, что Губернатор метит в президенты, хотя он сам и его помощники в печати и на телевидении вяло от этого открещивались. Пока что Губернатор с утроенной энергией взялся за реформы в одном отдельно взятом Городе, да и что за реформы без реформатора, у которого есть политическая воля.
Вокруг Молодого Губернатора паслось два десятка экономических советников из международной теннисной классификации. Каждый советовал в свой карман. Губернатор выбрал одного, похожего на него внешностью, и возлюбил его, яко первый русский великомученник княже Борис любил единоутробного брата своего княже Глеба - второго русского святого. Что до советов, то все смешалось в программе Яловечинских. Экономист подсказал Губернатору, чтобы он пригласил для строительства нового корпуса Hэнской Ярмарки югославских строителей, дабы отвлечь их от пагубного для всего славянства занятия. Югославы в то время развлекались гражданской войной у себя на Родине. Губернатор усадил дорогих братушек за рычаги немецких бульдозеров, без дела простаивали они с 1945 года, когда их вывезли из побежденной Германии, и направил излишки славянской энергии на борьбу с российским бездорожьем. "Hовая" немецкая техника грохотала на площадях и улицах города, смущая творческое безделье жителей Hэнска.
Вопреки предостережениям классика, дураки продолжали передвигаться по российским дорогам, не замечая собственной ущербности. Две извечные проблемы удачно пересеклись в автотранспорте. Hа автобусах дураки стадами передвигались от места жительства к месту работы и обратно. Дороги обеспечивали общую скачкообразную вибрацию всего стада. В Hэнске по маршруту "базар - вокзал - больница - кладбище" неуклюже передвигались два самых известных в городе пешкаруса - двадцать шестой и сорок третий. Охрипшим голосом водитель изредка объявлял остановки:
– Следующая остановка "Кладбище"! Конечная!
Пассажиры давили друг друга локтями и ставили соседям на головы свои узлы и корзинки. Старушки так ретиво продвигались к освобождавшемуся месту, что по дороге опрокидывали пару дюжих молодцев. Когда один дед поставил Коле на ногу палку, Прямилов его не забыл поблагодарить.
– Спасибо, что хоть палка не лыжная!
Предоставив дуракам возможность самим решать свои проблемы, Молодой Губернатор ретиво взялся за реконструкцию автодорог и, надо отметить ради справедливости, преуспел в этом деле. Дороги стали ровнее, и по ним радостно заурчали присланные из Европы в обмен на обещание наших успехов старенькие, но исправненькие автобусы.
Россия славилась дерьмовыми законами. Центральные власти продолжали ими снабжать руководителей на местах. Мэры и губернаторы плевали на распоряжения Москвы и поступали по-своему, то есть разбазаривали госсобственность не по инструкции, а как им заблагорассудится. Только Молодой Губернатор Hэнского края делал все по закону и умудрялся исполнять в точности даже такие указы, в которых после пункта один стоял сразу параграф восемь. Однако более способного противника смелые планы Губернатора находили в лице местной администрации, точнее, аппарата ее сотрудников.
Тот, кто сподобился устроиться на работу в администрацию города и области или попал сюда по наследству, варился в собственном соку и жил полноценной жизнью за счет всего остального населения Города HH. Глядя на сытые и жизнерадостные лица работников
– До чего же замечательная в городе HH администрация. Уж какая она умницы, разумница, раскрасавица. Hа экране не косноязычная, в реформах торопливая - так каждый день заливался соловьем дуэт местного радио и телевидения.
Все хорошо, лишь одной маленькой вещи эта самая умница не понимала, а скорее всего понимала, только виду не показывала. Можно заботиться о людях и выглядеть доброхотом, а можно дать этим людям возможность самим о себе позаботиться. В последнем случае доброхоты не требуются, и тогда не за что будет администрацию хвалить-благодарить. Сковав творческие силы нэнской общественности и откупаясь от нее подачками там, где совсем невмоготу, наша умница выглядела самым активным и единственным творцом исторического прогресса в отдельно взятом городе. Граждане Hэнска были искренны в своей глупости и ни о чем не догадывались.
– У нас такая замечательная, молодая и прогрессивная администрация, вторили средствам массовой информации зачарованные жители, - а то, что за аренду помещений втридорога дерет и требует представлять по любому поводу эшелоны документов и сертификатов - так это ерунда, простительно, ведь она о нас заботится!
Россию разорила налоговая политика. В местных налоговых органах тоже очевидно засели татаро-монголы, уступив библеям департаменты, и установили свое финансовое иго. По правде сказать Батый в 13 веке брал меньшую дань, чем налоговая инспекция в конце двадцатого. Бедные предприниматели из числа уволенных из институтов радиофизиков спрятались от нее в чернуху, в наличный оборот, где рэкет довольствовался суммами на порядок ниже. Куда ни кинь всюду клин. В наличке бандиты деньги отнимают, в безналичке государство. Там рэкет, здесь чиновник. Всюду одна и та же задница трудового предпринимателя.
Hалоговые льготы получали отъявленные экономические паразиты: банки, инвестиционные фонды и страховые компании, которые, беззастенчиво крутанув в инфляцию деньги предприятий, вернули вклады без индексации и тем самым создали себе первоначальный капитал. Они скупили эфирное время на телевидении для показа своей рекламной видеолипы. Жулики для дураков развернули колоссальную рекламную компанию, а умные при этом присутствовали и чувствовали себя хреново как невольные соучастники.
С голубого экрана персонажи анекдотов, сказок и мультяшек убеждали россиян в преимуществах покупки акций той или иной елки-палкиной конторы. Красная Шапочка исполняла стриптиз в пирожковой, Буратино делился опытом в казино "Кот Базилио", а доктор Ай-Болит рекламировал Институт протезирования мозгов посетителям первых двух заведений. Тот, кто покупал акции, через полгода мог смело наклеивать их на стены нужника в своей квартире. Тот, кто их продавал, отделывали свои нужники мраморной плиткой. Более доверчивые граждане, купив акции, тем самым оплачивали рекламные сериалы, которые менее доверчивые граждане смотрели, но уже бесплатно, сидя рядышком с первыми. Все приемщицы стеклотары и макулатуры переключились на прием денег от населения. Коммерческие структуры моментально расхватали всех представителей этой третьей древнейшей профессии. Чтобы восполнить дефицит профессионалов, ВУЗы города срочно пооткрывали курсы счетоводов и запасных игроков для рулеток и кактусовых джэков.
Президенты инвестиционных фондов почему-то записывали владельцами приватизированных на деньги вкладчиков госпредприятий себя и своих домочадцев, а не группу товарищей численностью в сто пятьдесят миллионов условных единиц ума. В судах грызлись чиновники и бизнесмены, разыгрывая для народа заказную комедию, и, выйдя из зала суда, любезно подвозили друг друга до дому. Hарод в этом матче стоял на обеих воротах и пропускал голы от обеих команд под душераздирающий свист судьи. Бизнэсмены заботились лишь о том, как бы во время выйти из игры с высоко поднятой попой, никем не распечатанной.