Орфей спускается в ад
Шрифт:
Ханна. О господи, можем же мы остановиться? Наконец-то остановиться? Пожалуйста, позволь нам. Теперь здесь так тихо.
Она начинает укрывать шалью Нонно, но в этот момент его голова валится набок. Чуть вздохнув, она подносит ладонь к его рту проверить, дышит ли он. Он не дышит. Она в ужасе оглядывается по сторонам, чтобы позвать на помощь. Вокруг никого. Затем она наклоняется и прижимается щекой к макушке Нонно, одновременно начинает опускаться занавес.
Конец
Лето
Карсон Маккалерс
Действующие лица
Альма (десятилетней девочкой).
Джон (десятилетним мальчиком).
Священник Уайнмиллер, отец Альмы.
Миссис Уайнмиллер, ее мать.
Альма Уайнмиллер.
Джон Бьюкенен-младший.
Доктор Бьюкенен, его отец.
Роза Гонзалес.
Гонзалес, ее отец.
Нелли Юэлл.
Миссис Бассет.
Роджер Доримес.
Мистер Креймер.
Розмари.
Вернон.
Дасти.
Действие происходит в городке Высокий Холм, штат Миссисипи. Время действия – с начала двадцатого века по 1916 год.
Кто, закричи я, меня бы расслышал в шуме ангельских голосов? [48]
48
Перевод Н. Сидемон-Эристави.
Авторские заметки к постановке
Поскольку мизансцены очевидны из текста пьесы, я ограничусь лишь наиболее существенными моментами.
Прежде всего – Небо.
Небо должно быть огромным, все действие пьесы разворачивается на его фоне. Это относится равно к интерьерным сценам и экстерьерным. Впрочем, интерьера как такового нет, потому что нет и собственно стен. Они условно намечены занавесом, когда нужно повесить картину или обозначить дверной проем.
Во время сцен, происходящих днем, небо должно быть чистым и ослепительно голубым, как небо Италии, которое превосходно изображено на религиозных холстах эпохи Возрождения.
Костюмы актеров должны быть подобраны таким образом, чтобы они составляли цветовой контраст ослепительной голубизне неба. (Многокрасочные гаммы и вообще все визуальные эффекты чрезвычайно важны в спектакле.)
В ночных сценах на небе ясно видны созвездия Орион, Большая Медведица и Плеяды, над ними, по верхнему краю циклорамы распространяется волшебное сияние Млечного пути и иногда – проплывающее мимо облако.
О небе – хватит. Спускаемся на землю.
Переходим к сценам в интерьерах. Их две: одна происходит в гостиной дома священника, другая – в доме Бьюкененов, который стоит рядом. Архитектура обоих домов условна. Это американская готика времен королевы Виктории. Слегка намеченные двери и окна выдержаны в стиле той же эпохи. Оконные и дверные рамы обвиты плющом с изумрудными и янтарными листьями.
В гостиной священника за диваном виден
Мы поговорим об интерьерных сценах подробнее, когда по ходу пьесы дойдем до них.
Перехожу к главной декорации, изображающей площадку в городском парке. Площадка выдвинута поближе к авансцене и на ней на некотором возвышении стоит каменная фигура ангела, грациозно наклонившегося вперед. Крылья у ангела воздеты к небу, а ладони опущенных рук образуют чашечку, из которой бьет струйка воды. Это питьевой фонтан для посетителей парка.
Фигура ангела возникает на заднем плане всех интерьерных сцен. Ангел, словно бы задумавшийся над ходом времени, символизирует Вечность.
Площадка с ангелом должна быть приподнята над двумя интерьерами и составлять с ними единую картину, а не три отдельных фрагмента.
Впрочем, постановщик не обязан в точности следовать моим соображениям.
Есть еще одна небольшая декорация на свежем воздухе. Это беседка в парке. Я опишу ее подробнее, когда подойдем к соответствующему месту в пьесе.
Необходимо сделать все возможное, чтобы одна сцена без перерыва перетекала в другую, то есть обеспечить главное течение действия. Другие переходные моменты следует осуществлять сменой освещения. Занавес используется только для антракта.
И последнее – о музыке. Основная мелодия должна повторяться снова и снова. Моменты повтора отмечены в ремарках.
Часть первая
Лето
Пролог
Площадка в парке, на которой стоит ангел с питьевым фонтанчиком. Ранние майские сумерки. Первые годы двадцатого столетия.
На сцене появляется Альма. На ней детская матроска, в косички вплетены ленточки. Хотя ей всего десять лет, держится она, как взрослая. В ней угадывается тонкая одухотворенная целомудренная натура, что отличает ее от других девочек ее возраста. У нее привычка складывать ладони чашечкой, как это делают, когда во время Святого причастия принимают от священника просфору. Она сохранит эту привычку на всю жизнь. Так она и стоит перед ангелом, сложив руки, потом наклоняется к фонтанчику попить воды.
Входит Джон, ее одноклассник. Из трубочки во рту он стреляет в спину Альме горошиной. Та испуганно вскрикивает и оборачивается. Джон смеется.
Джон. Приветик, поповна! (Приближается к ней.) А я как раз искал тебя.
Альма. Правда?.. А зачем?
Джон. Это ты положила платки мне на парту? (Альма робко улыбается.) Чего молчишь?
Альма. Да, я. Я положила коробочку с носовыми платками.