Освободители
Шрифт:
Поначалу позиция Боливара оправдывала себя: роялистов, казалось, и след простыл. Городок Сан-Кристобаль сдался без боя. 23 мая, через две недели необременительного конного перехода по красивой холмистой местности, Боливар вошел в город Мерида. Он прошел уже сотню миль по своей родной Венесуэле — пятую часть пути к ее столице Каракасу. Всего девять месяцев назад, опозоренный и преданный, он был жестоко изгнан оттуда.
Красивый колониальный город Мерида находился высоко в горах. Над ним возвышалось почти семьдесят горных вершин, средняя высота которых — около тринадцати тысяч футов. Прогуливаясь по крутым узким улочкам Мериды, вдыхая пьянящий горный воздух, Освободитель — именно
В Мериде Боливар не встретил никакого сопротивления. Весь город вышел приветствовать его солдат. Более того, отряд добровольцев под командованием испанского майора Висенте Кампо Элиаса присоединился к армии Боливара. Майор поклялся убить каждого испанца, который окажет сопротивление повстанцам.
Армия Боливара состояла из двух колонн: передовая насчитывала пятьсот шестьдесят человек, тыловая — восемьсот восемьдесят три человека. Теперь это была внушительная сила. Солдаты Боливара были хорошо обучены и дисциплинированны. Казалось, что завоевание Венесуэлы не будет слишком сложной задачей для такой армии.
Удача продолжала сопутствовать Боливару. Отряд его армии с легкостью одержал победу над остатками войска Корреа вблизи Эскуке. Солдаты Корреа отступили в зловонные низины в районе озера Маракайбо. Это одно из самых жарких и труднодоступных мест на земле. Боливар тем временем направил передовой отряд в город Трухильо. 14 июня, пройдя по древнему пути конкистадоров, Боливар вместе с основными силами вошел в Трухильо, который находился на полпути к Каракасу. Задачу, поставленную перед ним правительством Тунхи, Боливар выполнил: приграничные территории Венесуэлы были освобождены.
Испанские войска отступали почти без сопротивления. Боливар, однако, понимал замысел Корреа — тот пытался заманить его в глубь своих растянувшихся на двести миль коммуникационных линий, чтобы затем взять в окружение. Потому решил не рисковать и подождать, пока завоеватели начнут сами отступать. Боливар не стал добивать испанскую армию, в результате она получила возможность восстановить утраченную мощь.
Значительные силы противника окружили войско Боливара с севера и с юга. На восточном направлении, прямо перед армией повстанцев, также находилось сильное войско испанцев. Боливару следовало отступить. У него, казалось, не было другого выхода. Он должен был остановиться и объединить завоеванные территории. Иначе Корреа опередил бы его. Вместо этого Боливар неожиданно вступил в бой с превосходящими силами врага. Это самоубийственное решение удивило всех — и испанцев, и его соратников. Поражение в этой битве не только отдалило великую победу Боливара, но и оставило пятно на его репутации.
Ночь на 14 июня 1813 года стала поворотной в судьбе Боливара. Для продвижения вперед и освобождения Венесуэлы Боливар хотел использовать войска Новой Гранады. Сам он оправдывал свои действия тем, что освобождение Венесуэлы — лишь шаг на пути к освобождению всей Латинской Америки. Он верил в возможность освобождения Южноамериканского континента от испанских колонизаторов. Боливар считал, что, пока Венесуэла находится в руках испанцев, независимости Новой Гранады угрожает опасность.
И с этим трудно не согласиться. Боливар принял судьбоносное решение идти на Венесуэлу. Теперь он уже не мог отступать. За нарушение военной субординации и поражение в последней битве ему грозила смертная казнь. Боливар, что называется, сжег все
Жители Мериды и горных районов страны приветствовали Боливара. Население города Трухильо, напротив, узнав о приближении войск повстанцев, оставило свои дома. Крестьяне спрятались в окрестностях и увели с собой скот. Испанцы умело использовали конфронтацию между низшими и высшими слоями южноамериканского общества. Вокруг озера Маракайбо жили много чернокожих рабов и метисов, использовавшихся на самых тяжелых работах. Они ненавидели своих угнетателей — землевладельцев-креолов, а Боливар был представителем именно этого класса.
Простые люди видели в Испании и короле защиту от притеснений их хозяев. Они неспособны были понять, что в основе эксплуатации — сама испанская экономическая система. Боливар вряд ли мог найти поддержку среди этих людей. Они ненавидели патриотов и боялись возмездия испанцев. Армия Монтеверде была набрана из людей, принадлежавших к низшим слоям общества. Она нарушила условия перемирия, заключенного Мирандой, — ее солдаты убивали всех подряд, занимались грабежом. Боливар не преувеличивал, когда писал:
«Революция чернокожих, кок свободных, ток и рабов, спровоцирована агентами Монтеверде. Они же и поддерживают ее. У этих жестоких людей руки по локоть в крови патриотов. Они отняли у них их имущество. Пройдя по окрестностям Каракаса, они убили и ограбили огромное количество мирных сельских жителей. Ужасными были их преступления в городе Гуатире.
Те, кто сдался, мирные труженики, почитаемые граждане, были застрелены, зарублены или варварски обезглавлены уже после того, как условия перемирия вступили в силу. Страна утонула в крови. Города Гуатире, Калабосо, Сан-Хуан-де-лос-Моррос и много других, в которых когда-то жили мирные, трудолюбивые люди, были завалены трупами. Тех, кто осмелился защищаться или попытался спрятаться в горах, безжалостно убивали без суда и следствия. Роялисты приговаривали к смертной казни всех, кого они считали патриотами. Та же участь ждала тех, чье имущество приглянулось испанцам».
Последствия террора, который чинили солдаты Монтеверде, проявились очень скоро. До Боливара дошли известия об антииспанском восстании, которое возглавил известный юрист Антонио Николас Брисеньо. Это был очень мягкий, интеллигентный человек, но расправы с населением, творимые роялистами, пробудили в нем яростный протест. Брисеньо собрал отряд из местных жителей и начал буквально истреблять испанцев. Продвижение по службе в его отряде зависело от количества убитых испанцев. Если солдат приносил тридцать голов испанцев, ему присваивали звание лейтенанта, за пятьдесят голов можно было получить звание капитана.
Узнав об этом, Боливар ужаснулся и приказал немедленно арестовать Брисеньо. Тот ответил в своем духе, прислав Боливару две головы испанцев в подарок. Боливар был в шоке, он не знал, как ему поступить, но вскоре испанцы сами схватили Брисеньо и его людей. Мятежный адвокат был предан суду военного трибунала и расстрелян вместе с членами его семьи и приближенными в местечке Баринас. После чего испанский военачальник Тискар уничтожил весь отряд Брисеньо.
Казнь Брисеньо и его людей больно ранила Боливара, хотя в сложившихся обстоятельствах эти действия были вполне оправданны. Уже в Мериде Боливар сделал резкое заявление: «Наша месть не будет уступать в жестокости испанцам. Нашему терпению пришел конец. Колонизаторы объявили нам смертельную войну. Они будут уничтожены. Мы очистим нашу землю от этих монстров. Наша ненависть непоколебима. Мы будем драться насмерть». В Трухильо Боливар издает манифест: