Отродье мрака

Rotten Apple

Но на мосту кто-то стоял.

Очертания невысокого, но крепкого существа, изваянные из подвижной тени. Шевелящийся тлен, вырванный из небытия чёрной рукой пустоты. Его смолистая борода подрагивала на ветру, легко позвякивали звенья крошащейся от старости кольчуги. Голову венчала остроконечная корона, но то был не головной убор, а лишь продолжение черепа. Глаза отсутствовали, вместо них — две тёмные пропасти, столь же бездонные, как у Арли во сне.

Каждая живая душа, что была в тот миг на мосту, задержала дыхание. На мгновение ужас парализовал всех — и наставника, и матёрых адептов, — и мост висел над пропастью

в безмолвии.

Тишину разбил хриплый глас наставника:

— Кто ты такой? Желаешь пересечь мост или ищешь боя?

Вопрос, лишённый смысла. Каждый из присутствующих знал, что явилось им, хотя если бы его спросили, не сумел бы дать чёткий ответ.

Прозвучавшая в ответ речь не была речью незнакомца. Это был говор пещер. Слова медленно грохотали в воздухе без помощи уст, как земля, трепещущая во время оползня.

ГНУСНЫЕ ОРМЫ. ЖАЛКИЕ ОРМЫ. ВАШИ ДНИ СОЧТЕНЫ, ПУСТЬ ВЫ ПОКА ДОЖИВАЕТЕ СВОЁ. НА ВАШЕЙ СТОРОНЕ БЫЛ ХЪЯРТБРАНД. НА МОЮ ВСТАЛ БРОНН. БРОСТЕНГАРД НЕ БУДЕТ ОБРУШЕН, Я СДЕЛАЮ ТАК, ЧТОБЫ РЕКИ НЕСЛИ ПО ТАРТАРИИ ВАШУ КРОВЬ ВМЕСТО ВОДЫ.

Служители попятились назад, но сохранили строй. Грегори и стоящие позади него адепты усилили Пламя в руках, увеличивая ослепительную черту света, отделявшую их от существа.

— Выходит, происходящее — твоих рук дело, тварь? — голос наставника дрожал от ярости. — Как хорошо, что ты перестал прятаться и наконец явил нам свой лик…

Существо даже не шелохнулось. Тени клубились и опадали вокруг него, то расползаясь по камням, то снова вплетаясь в его зыбкую плоть.

Грегори, Дормо и Росс уже сложили вместе ладони и создали меж ними мощнейшие пламенные шары. Они готовы были атаковать, но выжидали подходящей возможности.

ВЫ САМИ НАВЛЕКЛИ НА СЕБЯ СМЕРТЬ, ОРМЫ. НАВЛЕКЛИ, КОГДА ПРЕДАЛИ НАС И ПОДЧИНИЛИ СЕБЕ ХЪЯРТБРАНД И ФЛЕЙМОГЛОВ. НО Я ДО СИХ ПОР ЗДЕСЬ, Я НЕ ЗАБЫЛ ВАМ СТРАДАНИЙ МОЕГО НАРОДА. ВАШЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВО БУДЕТ ОТПЛАЧЕНО КРОВЬЮ. ВАШИ ГОРОДА БУДУТ РАЗРУШЕНЫ, КАК БЫЛИ РАЗРУШЕНЫ НАШИ. НА ЭТОМ МОСТУ ЗАХЛЕБНЁТСЯ ВАШ ПОХОД ПРОТИВ МОЕГО ВОЗМЕЗДИЯ.

Грегори выбросил вперед руки.

— Ещё увидим! — прорычал он, обрушиваясь на противника.

Пламенный шар Грегори полетел в сторону врага, следом метнули пламенные шары Росс и Дормо. Ни один из них не достиг цели, ибо фигура в тот же миг растворилась в воздухе, струйками чёрного дыма проскользнула под ногами Служителей и проникла в их плотный строй.

Снаряды разбились о чёрный камень, расплёскивая по нему раскалённые частички Пламени. Коротко вскрикнул Росс — и сразу разлетелся на кровавые ошмётки, фонтаном взметнувшиеся во все стороны. Тень пронеслась возле Реда — и тот тоже перестал быть человеком, вмиг обернувшись кровавым месивом. Адепты в панике отшатнулись, а тень уже была сзади и рвала на куски ошеломлённых слуг.

— Пламя унять! — рявкнул Грегори, но овладеть положением было уже невозможно. Оглушительные вопли разлетались по ущелью. Арли хотел повернуться к телегам, но волна бегущих слуг и теснимых назад адептов толкнула его на кого-то из стоящих рядом. Вдруг тень снова выросла среди Служителей. Арли заготовил Пламя, но не смог сконцентрироваться на цели. Он заметил, как Дормо бросился к врагу с объятыми Пламенем кулаками, но кто-то из адептов неуклюже метнул снаряд, и тот завопил, охваченный жёлто-оранжевым светом, и с душераздирающим криком исчез за краем моста.

Бой неуклонно

превращался в избиение. Противника невозможно было окружить; он не являл себя — и был повсюду, он не защищался — но оставался неуязвим в своём кошмарном натиске. То ли пресытившись кровью, то ли из обыкновенного желания продлить муки жертв, тень вернулась на изначальное место. Зыбкая смоль вновь собралась в кучу; вновь перед Служителями выросла коренастая фигура в остроконечной короне.

Большинство адептов получили ранения, двое или трое лежали на земле. Те, кто ещё стоял на ногах, кое-как помогли им подняться, восстанавливая эфемерное подобие боевого порядка, и неизбывный ужас отпечатался на озарённых Пламенем лицах. Со стороны обоза доносились крики Друзи и рыдания служанок.

— Назад! — не гася Пламени, скомандовал Грегори. Он чуял близость поражения. Любой простак мог бы побиться об заклад: второй схватки Служители не переживут. — Назад! Уходите в пещеры! Я сдержу его, а вы — спасайте себя!

Арли шагнул в его сторону, не желая верить ушам. Рядом с Грегори возник Джошуа, зажимавший ладонью резаную рану на животе.

— Наставник… — сдавленно обратился он. — Это твоё решение?..

— Иного выхода нет, — решительно прохрипел Грегори. — Я использую всю свою силу, чтобы сразить эту тварь. А вы доберётесь до Железных Нор и свяжетесь с Гэллуэем. Мы слишком далеко зашли, мой старый друг. Завершите нашу миссию, ибо я отдаю за неё свою жизнь.

Джошуа не спорил, как всегда. Ещё раз взглянув на товарища, он трусцой бросился к адептам, на ходу выкрикивая:

— Отступать! Отступать! Уводите фургон, спасайте раненых! Наставник приказал отступать!

Никто и не вздумал ослушаться. Некоторые моментально поддались панике и пустились наутёк, не разбирая дороги. Лишь каким-то чудом отступление не переросло в бездумное бегство окончательно, ибо каждый Служитель, ещё сохранивший рассудок, стремился убраться как можно дальше от моста.

Завизжали свинокрысы, застучали колёса телег. Бардак криков, стонов и брани отдалялся к тоннелю. Один только Арли не сдвинулся с места.

— Я велел уходить! — через плечо вскричал Грегори, не сводя глаз с врага и накапливая Пламя в ладонях. — Тебя это тоже касается!

— Не смейте меня прогонять! — голос Арли дрожал от горькой смеси гнева и обиды. — Все ваши уроки, все ваши наставления были только ради этого!? Ради вашей смерти!? А мне как теперь быть?! Как понимать ваши изречения, если весь мир смешивает их с грязью!? Кому я должен верить!?

— Себе, — ответил Грегори. — Верь себе, юный адепт.

Наставник раскинул руки, совершая ими широкие обводящие движения. Пламя стало описывать вытянутые дуги вокруг него, сбиваясь во всё более плотные сгустки, яркими вспышками слепившие Арлинга.

Между тем пещеры зарокотали вновь.

ТЫ УЖЕ ПРОИГРАЛ, ГЛУПЫЙ ОРМ. СПЕРВА Я УБЬЮ ТЕБЯ, А ПОТОМ НАСТИГНУ ТВОИХ БРАТЬЕВ И РАСПРАВЛЮСЬ С НИМИ. ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ОДОЛЕТЬ МЕНЯ. Я БУДУ ЖИТЬ, ДОКОЛЬ НЕ ИСТРЕБЛЁН ВАШ ПРОКЛЯТЫЙ РОД.

Вращающийся пламенный вихрь окутал Грегори и стал медленно вздуваться, пока не перекрыл собой всю мостовую. Цвергов мост превратился в огромный факел, вспыхнувший посреди тёмного ущелья; Пламя выло и гудело, бешено крутилось и ослепляло взор. Арли хотел броситься на помощь наставнику, но исходящий от вихря жар был до того силён, что обжигал лицо.