Овермун
Шрифт:
Наконец машина остановилась в тесном пустынном дворике. Там стояли три черные иномарки, около которых словно дежурили два доберман-пинчера. Собаки, однако, лаять не стали, когда "Феррари" плавно вкатился во дворик и занял место рядом с черными иномарками. Когда обе девушки вышли, собаки куда-то исчезли. И тонированное окно одной из иномарок тихо поднялось.
Дом был действительно не самым впечатляющим. Около десяти этажей своим белым цветом резко контрастировали на фоне других серых построек, столь же безликих, как и сами они. Впрочем, даже белая штукатурка явно требовала новой покраски:
– Алиса, у меня галлюцинации или я только что видела снайпера в том окне?
– ужаснулась Акиллер.
– Тебе почудилось. Будь это настоящий снайпер, ты бы его не увидела.
– Тогда почему на нас только что была направлена винтовка?
Малинина предпочла не ответить.
На втором этаже было всего две двери. Как ни странно, на обеих красовалась одна и та же золотая цифра - "25". Алиса позвонила в правую дверь:
– И Карина, прежде чем мы сюда войдем, запомни, что с Воландом спорить категорически нельзя!
– прошептала блондинка.
– Тебе ясно? Это не Форс, который, при всей своей жестокости, о которой ты даже не подозреваешь, всегда будет с тобою уступчив. Карина, помни, что Воланд, как и Форс, боится только твоего отца. Но, в отличие от Форса, он знает, что ты с отцом в ссоре...
Щелкнуло несколько замков. Бордовая бронированная дверь открылась наружу. В проходе показалась высокая полуобнаженная девица. Ее белокурые волосы были затянуты в тугой узелок, голову покрывал пышный карнавальный плюмаж. Она была на очень высоких каблуках. Ее лицо украшал яркий макияж. Девушка свысока посмотрела на новоприбывших.
– Вы к кому?
– К Воланду.
– Идите за мной.
Карина вошла за Алисой в светлую прихожую. Здесь красная ковровая дорожка тянулась к трем закрытым застекленным дверям. Все выглядело так по-домашнему, что, входя сюда, можно было сразу потерять бдительность. Что и сделали обе гостьи.
– Эй, отпусти!
Карину схватил какой-то высокий лысый амбал в черном похоронном костюме. Прижав ее к стене, он стал обшаривать все места, где, по определению, можно что-нибудь спрятать. В итоге этих поисков, ему удалось изъять из ее заднего кармана новый телефон и ключи от машины.
– Убери руки, верзила!
– воскликнула девушка.
– Я Акиллер, а не киллер! Или ты увидел в моем декольте дуло?
– Не дергайся, красотка!
– сказал угрюмо амбал, повернув ее боком и вложив телефон с ключами обратно в задний карман.
Алиса подверглась точно такому же строгому осмотру. Однако в отличие от подруги - не сопротивлялась. Она сумела сохранить более или менее целый вид, в то время как Карина моментально стала изрядно потрепанной. Акиллер сопела и быстро дышала, ей хотелось врезать обидчику добрую пощечину, но силы были явно неравны. Потому она только со злостью забросила волосы за плечи и обтянулась майкой. В то же время вновь показалась девушка
– Пошли, - сказала она, кивнув на центральную дверь.
Алиса последовала за ней. Карина же остановилась, наблюдая, как два телохранителя вновь заняли свои незаметные позиции по бокам дверей. Девушка метнула в них яростный взгляд, но этим все и ограничилось. Она догнала Алису.
Центральная дверь, как оказалось, вела в то же помещение, что и две остальных. В этой части этажа было одно сплошное помещение. В невысокие потолки были вмонтированы вереницы желтых лампочек в блестящей металлической оправе: они создавали собою целые узоры. Стены были покрыты красными тканевыми обоями, кое-где висели золоченые декоративные букеты и картины прелестных девиц. Пол почти везде был укрыт красным ворсовым ковром.
– Снимите обувь, - сказала провожатая.
Обе девушки покорно сняли туфли, ощущая мягкое прикосновение ковра. Девица на высоких каблуках, усердно виляя бедрами, пошла куда-то вперед.
Наконец, осмотревшись, гостьи заметили целую группу девушек впереди. Два декоративных фонтана в виде белых слонов, мягко журчали в такт легкой восточной музыке. Около них вилась в танце живота невысокая танцовщица в низких пышных штанах. На ее обнаженные плечи падали черные вьющиеся волосы, доносился четкий звон множества браслетов. Красавица делала замысловатые движения, дергая тазом и мягко ступая по ковру. Наконец, музыка окончилась. Девушка ускользнула куда-то за фонтаны.
Карина увидела множество бархатных подушек, разбросанных по полу. Местами стояли наполненные драгоценностями вазы и чаши. Очаровательные томные девицы в восточных одеждах и легких пурпурных вуалях перебирали нежными пальчиками бирюзу, сапфиры, изумруды, рубины и другие дорогостоящие кристаллы. Одна из них поглаживала голову огромного зеленого питона у себя на шее. Заметив его, Карина вздрогнула. Как ни странно, самого хозяина всего этого великолепия она обнаружила самым последним. Как и его здоровых телохранителей в строгих костюмах.
Это был худой человек со сморщенным лицом и нездоровым, сероватым оттенком кожи. Его лысая голова, словно натертая до блеска, сияла в лучах желтых ламп. Воланд был спокоен, как удав на шее стоящей рядом прелестницы. Он, до того момента наблюдая за завораживающим танцем, покуривал из высокого темно-синего кальяна с длинной бархатной трубкой и чудной инкрустацией пояса. От этого дыма веяло ароматом спелой вишни. Хозяин здешних пышных красот был одет довольно просто: в бежевые мешковатые штаны и такую же мешковатую рубаху. Единственным его украшением был огромный перстень на указательном пальце.
– А вот и вы, мои милые, - сказал он громким голосом, в котором прослушивалась легкая хрипотца. Черными блестящими глазами он сверлил обеих новоприбывших девушек.
– Не стойте, садитесь рядышком.
Одна из темноволосых красавиц положила напротив него несколько бархатных подушек. Девушки присели.
– Что же, я рад видеть тебя, Алиса, - говорил он неспешно, как будто специально затягивая слова, - а с тобой, Карина, рад познакомиться лично.
– Взаимно, - ответила она спокойно. Этот человек не внушал ей доверия.