Память любви
Шрифт:
– Я не ревную, – сказала Ана сладким голосом. Просто рассказываю тебе то, что я видела.
Он посмотрел на отпечатки, оставшиеся от укуса.
– Ты ведешь себя как животное.
– Я знаю, – она улыбнулась и обняла его за талию. – Может, погуляешь со мной?
– Как со щенком?
Она снова попыталась укусить его, —. Нет, как с пантерой на поводке.
Когда они вышли из дома в патио с высокими величественными колоннами, Ана удовлетворенно вздохнула.
Дул прохладный ветерок, и она
– Я скучала по прогулкам, – сказала она. – Я хотела бы больше бывать на свежем воздухе.
Солнце заходило за верхушки холмов, окрашивая небо в розовый и красный цвет.
– Будет красивая ночь, – сказал Лусио.
Вилла была расположена достаточно высоко на холме, и они могли видеть долину и город, сверкающий внизу желтыми и белыми огнями.
– Я как будто во сне. Все вокруг нереально. – Она взглянула на Лусио. – Тебе так не кажется?
Он вздрогнул.
– Кажется.
– Может, это из-за этого места и дома, но я чувствую себя Алисой в стране чудес. Кажется, что время смешалось. Жизнь смешалась. Кажется, что я могу видеть прошлое и будущее одновременно.
Он искоса взглянул на нее.
– И что же ты видишь?
Она придвинулась ближе, обняла его и засунула руку в задний карман его брюк. Ее сердце бешено колотилось.
– Я вижу… я вижу… – она еще раз вздохнула и замолчала.
Анабелла боялась сказать то, о чем думала. Она не знала действительности, и у нее было плохое предчувствие. Как будто темные облака собирались на горизонте.
– Я вижу аллею, – сказала она, опустив руку.
Было довольно прохладно. Хорошо, что она надела свитер. Лусио рассказал ей далеко не все, и Ана не знала, как раскрыть неизвестное.
Не торопись, говорила она себе, втягивая руки в рукава свитера. Зачем спешить? Сегодня был хороший день. Каждый день, проведенный с Лусио, прекрасен. А он здесь. Ты же хочешь именно этого?
– Ты озябла? – спросил Лусио, взглянув на нее.
Анабелла улыбнулась и покачала головой. Было тяжело скрывать страх.
– Нет. Я в свитере, спасибо.
Они спустились по ступенькам в сад и пошли по тропинке, окруженной по бокам самшитовыми деревьями.
Гравий скрипел под ногами, в воздухе разносился аромат роз. Если бы не угрюмое лицо Лусио, вечер был бы очень романтичным.
– Что-то произошло между нами? – спросила она, когда они прошли мимо цветочных часов. – Мы поссорились? Это из-за ребенка?
– Нет.
Она видела, что он нахмурился, почувствовала, что он отдаляется от нее. Что-то все же случилось.
– Я разозлилась на тебя за то, что ты не был рядом со мной, когда я потеряла ребенка?
Он прищурился.
– Ты разозлилась на меня, потому что я не был с тобой?
– Да, ведь мне не оставили ребенка.
– Ребенок родился
Она покачала головой.
– Я не верю. Я думаю, ребенок жив.
Они остановились. Лусио посмотрел на нее.
– Сколько тебе лет? – вдруг спросил он.
Она вспыхнула. Как грубо. Бесцеремонно. Она говорила о своем пропавшем ребенке, а ему вдруг стало интересно, сколько ей лет.
– Ты смеешься?
– Нет.
– Что это за вопрос? Это шутка?
– Нет, Ана. – Его лицо было серьезным. – Ответь мне на вопрос.
– Мне восемнадцать, и это очень глупый вопрос.
Он пробормотал что-то невнятное, потом повернулся и быстро зашагал обратно к дому. Ана побежала за ним.
– Что случилось? – крикнула она. Отблески солнечных лучей, словно свечи, играли на деревьях. И не говори мне больше, что заботишься обо мне. Я знаю, что что-то не так. Скажи мне, в чем дело.
Лусио отрицательно покачал головой и нахмурился.
– Это из-за меня? Я чем-то рассердила тебя?
– Нет, Анабелла. Оставь меня в покое.
– Я не могу! Я ведь знаю, что произошло что-то ужасное!
– Да, есть проблема. Ты была больна, я очень боялся за тебя. Мне сказали, что ты можешь умереть.
Было очень тяжело, Анабелла.
– Но я не умерла. Я здесь и хочу быть с тобой.
– Мне нужно время.
– Зачем?
– Чтобы привыкнуть ко всему. – Его голос был грубым, он говорил быстро и отрывисто. – Я рад, что тебе лучше, но не знаю, что делать.
– Ничего не надо делать. Мне с каждым днем все лучше и лучше. – Она дотронулась до его щеки, он вздрогнул от ее прикосновения. – Мне лучше, – повторила она.
Он кивнул, не глядя на нее, и она испугалась. У нее опять возникло дурное предчувствие, она снова видела прошлое и будущее одновременно.
– Может, ты все еще беспокоишься? – спросила она, но он продолжал упрямо молчать. – Я знаю, что такое смерть, Лусио. Смерть – это навсегда. Болезнь – нет. Это я нашла Тадео, – она с трудом произносила слова. – Я никогда не рассказывала тебе. В тот день я вошла к нему в комнату. Он лежал на кровати. Я вызвала «скорую помощь» и оставалась с ним, пока они не приехали, потому что мама умерла, а папа…
Отец разбился в автокатастрофе через два года после отъезда Эстрельи в Италию. Поздно вечером в воскресенье он поехал в город, не правильно рассчитал поворот на узкой дороге, и это был конец.
Конец графу Тино Гальвану.
Потом Тадео. Тадео.
– Я похоронила себя вместе с Тадео. – Она удивилась твердости своего голоса. – Но потом я встретила тебя, и все изменилось. Ты собрал мое разбитое сердце по кусочкам. Ты дал мне веру. – Она подняла голову и посмотрела на него. – Когда ты рядом, у меня есть надежда.