Память любви

Портер Джейн

Он вздохнул и посмотрел в сторону.

– Почему ты такой? – спросила она, сверкая глазами. – Почему ты не смотришь на меня? Почему ты боишься прикоснуться ко мне? Ты обращаешься со мной, как будто я смертельно опасна. Ядовита.

– Ты не ядовита, – сухо сказал Лусио. – Далеко не ядовита.

– Тогда в чем дело?

– Ты очень красивая. Умная. Сексуальная. Смешная. – Он замолчал и посмотрел на небо. – У меня было счастливое детство. Я всегда чувствовал себя удачливым, поцелованным Богом. – Он повернулся к ней. –

А потом появилась ты.

– И это было началом конца?

Горечь в ее голосе заставила его вздрогнуть.

– Нет, Ана, это было началом начала. Я понял, что не жил по-настоящему до встречи с тобой. Я жил только для себя. Ты изменила меня. Ты открыла для меня мир. – Его лицо было серьезным, но голос оставался мягким. – Ты открыла для меня смысл любви, смысл жизни. Я изменился навсегда. – На его лице промелькнула тень улыбки. – Все из-за тебя.

– Почему?

– Ана, это ты должна сама знать. Ты, Анабелла Гальван, объяснила мне смысл любви. У меня были мать, отец, но их любовь не сравнима с твоей любовью. И моей любовью к тебе. – Он замолчал и внимательно посмотрел на нее. – Из-за тебя я стал совершенно другим человеком.

У нее защемило сердце.

– Это плохо или хорошо?

– Хорошо.

– Звучит великолепно, – прошептала она.

– Это так.

Но почему у нее продолжало щемить сердце?

Почему его слов было недостаточно? Чего-то не хватало…

– Ты говоришь обо всем в прошедшем времени.

Мы потеряли это, Лусио?

– Нет. Да. – Он пожал плечами. – Мы оба говорили и делали разные вещи. Совершали ошибки.

– Значит, мы поссорились.

– Это была не ссора. Это… мы… – Он пожал плечами – беспомощный жест далеко не беспомощного человека. – Ана, я думаю, мы просто повзрослели.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Ана боялась узнать правду, но и не могла остановиться. Она продолжала задавать вопросы, которые смогли бы собрать воедино все частицы прошлого.

Она должна была понять, что произошло между ними, узнать о судьбе их ребенка.

Анабелла глубоко вздохнула.

– А что с ребенком? Мы нашли его?

– Ана.

Она стиснула зубы, стараясь успокоиться.

– Ты не хочешь, чтобы я говорила об этом, не хочешь слушать меня, но ведь ребенок существует, Лусио. У нас был ребенок.

Бедная Анабелла, с нежностью подумал Лусио.

Она так и не смирилась с потерей ребенка и с тем, что она никогда больше не сможет иметь детей.

После выкидыша ей пытались вылечить геморрой и изрезали ее тело так, что она больше не сможет зачать. Бог свидетель, они пытались! Сколько же Анабелле пришлось вынести, чтобы привести свое тело в форму!

– Ана, ты много говоришь о ребенке, – тихо сказал он, – но никакого ребенка нет. Ты потеряла его.

– Не правда!

– К сожалению, это правда.

Он взял ее руку, чувствуя внутреннее сопротивление

Аны, но не стал обращать на это внимания.

– У нас мальчик, – грустно сказала она.

Лусио с трудом сдерживался. Доктор предупреждал, что у Анабеллы могут быть странные воспоминания и изменения в настроении. Ничего серьезного.

Они вышли на веранду. На небе светила луна, и маленькие огоньки бегали по растениям в горшках, словно светлячки.

– Лусио, ты меня слушаешь?

– Да.

Он должен был поддержать ее. Он должен был слушать ее, относиться к ней серьезно. А она затронула больную тему.

– Где тогда ребенок? – спросил Лусио, стараясь говорить спокойным голосом. – Где он живет? Кто о нем заботится?

Она вздрогнула.

– Я не знаю. Поэтому я должна найти его.

Лусио сел в кресло и притянул ее к себе. Она села рядом, и он ощутил изгиб ее бедра и плечо.

Они молча сидели рядом друг с другом. Лусио стал вспоминать ее обнаженное тело, руки, бедра, шелковистость кожи. Но ему сейчас нельзя думать о любви. Он должен помочь Ане. Он должен понять, что происходит в ее голове.

– Малышка, если ребенок действительно существует, если у нас сын, ты бы давно уже мне об этом рассказала, – мягко сказал он. – Я знаю тебя, Анабелла. Ты бы не смогла хранить это втайне от меня.

Ее темные зеленые глаза наполнились слезами.

Она смотрела в сторону, губы дрожали.

– А если я так и сделала? – прошептала она. Что если я сохранила это в тайне, и боль от этого съедала мое сердце, и я не могла ни спать, ни есть, ни думать?

Он посмотрел на нее, не веря своим ушам. Либо она серьезно тронулась рассудком, либо действительно многое скрывала от него.

Она сложила пальцы в замок.

– Я надеялась, что мне удастся найти ребенка до твоего возвращения. Я пыталась отыскать его, но потеряла след.

Он накрыл ее ладони своей рукой.

– Дорогая, по-моему, ты слишком многое от себя хочешь сейчас.

– Я не сошла с ума!

– Я этого не говорил, – сказал он, внутренне сжимаясь.

– Но думаешь так, – она крепко сжала его руку. Я говорю правду, Лусио. У нас есть ребенок. Он не умер. Его должны были вернуть мне после того, как я оправлюсь после родов. Но они забрали его, они… – она глубоко вздохнула, – продали его.

Лусио почувствовал приступ тошноты и встал.

Его начинал раздражать бред Анабеллы. Ее воображение выходило из-под контроля, и ему стало казаться, что, возможно, он уже не сможет ей помочь.

Если бы только она перестала нести эту чушь! Перестала говорить эти ужасные вещи!

Ребенок? Сын. Отняли у матери и продали.

Продали.

Ана сошла с ума.

Лусио ослабил воротник, чтобы стало легче дышать.

Не думая о том, что оставляет ее одну, он пошел обратно в дом. Сейчас он сядет в машину. Ему нужно немного развеяться и успокоиться.