Паслен
Шрифт:
Проклятый рот!
Она снова ошибочно заговорила о своей матери.
– Твоя мать охотилась?
Презрительный изгиб его губ подсказал Люстине, что там к подобным вещам отнеслись неодобрительно.
– Только когда у нас заканчивалась провизия. Зимы в лесу могут быть особенно суровыми. Иногда мы полагались на Фергюса .
– Фергюс?
– Наш кот. Ну, не наш, как таковой. Он дикий .
Мальчик поморщился.
– Кошки - ужасные существа. Худший вид
Люстина не смогла удержаться от смешка над его нелепым замечанием.
– Ты охотишься на медведя и кабана, но боишься кошек?
– Я не боюсь , - отрезал он.
– Я сказал, что они были злыми.
Практически паразиты .
– Приношу свои извинения, если я вас оскорбила.
– Извинения приняты.
Молчание повисло между ними довольно долго, пока он не спросил:
– В вашей деревне нет венатора?
Венаторы были назначенными охотниками, с которыми она и ее мать обменивались в редких случаях.
– Да, но мы не часто пользовались привилегией их улова. Мы были... в основном сами по себе .
– Как это, должно быть, ужасно. Святой отец оказал тебе великую милость, позволив тебе и твоей матери остаться в монастыре .
– Я осталась в монастыре одна. Без моей матери .
– Верно. Вы упоминали об этом. Мне жаль, - сказал он, сочувствие застало Люстину врасплох.
Они вышли на опушку леса, где звук журчащей воды был слышен сквозь треск веток у них под ногами. С берега реки мальчик опустился на колени, позволив ручью попасть в ведро.
– Сюда, позволь мне. Это была моя задача, которую я должна была выполнить.
Она потянулась за ведром, но он мягко похлопал ее по руке.
– Чепуха. Я наполню его для тебя .
– Нет, я настаиваю .
Она снова потянулась, и он отдернул руку так быстро, что ведро выпало у него из рук и упало в воду, где поток унес его на противоположный берег.
– О, нет!
– Прижав руки ко рту, Люстина хихикнула.
Поднявшись на ноги, мальчик тоже усмехнулся.
– Прелестно. Я полагаю, нам придется наполнить наши ботинки, чтобы отнести его обратно.
– Мне очень жаль. Это моя вина .
Улыбка на его лице, когда он повернулся к ней, сменилась хмурым выражением, как будто его взгляд зацепился за что-то позади нее.
Этот взгляд, такой мрачный и испуганный, заставил ее обернуться и увидеть другого мальчика, примерно того же возраста, что и ее сопровождающий, по ее оценкам, стоявшего неподалеку.
Иссиня-черные волосы, как и у нее, обрамляли ледяные голубые глаза, которые вызвали холод глубоко в ее груди. Ужасающий, но в то же время красивый, он смотрел на них двоих в ответ, как темное облако вдалеке.
– Мой господин, - произнес Драйстан сзади, и смущенная, Люстина оглянулась на него, а затем снова на темноволосого.
– Я
Господь.
Молодой барон, предположила Люстина. Все это время она думала, что это Драйстан.
– Без ведра. Как умно.
Голос мальчика был зловещим звуком, который разносился в воздухе, как клубящийся дым.
– Мы случайно потеряли ведро .
Молодой человек подошел ближе, и когда его взгляд обратился к Люстине, она почувствовала, как ее собственное сердце колотится о ребра. К счастью, он вернул свое внимание обратно к мальчику рядом с ней.
– Я вижу, ты нашел достойного сопровождающего для прогулок по лесу .
Драйстан опустил голову, сдвинув брови, как будто его разозлило это замечание.
– Она пришла с епископом Венейблом. Она помогает ему с твоей матерью.
– Помогает ему , - выплюнул он, слова были ядовиты у него на языке.
– Тогда она столь же бесполезна .
– Я умоляю вас не говорить о епископе таким образом, милорд. Он хороший человек, и такие слова имеют последствия .
– Да, я полагаю, что так и есть .
Веселье окрасило выражение его лица лишь на мгновение, прежде чем его холодные глаза снова нашли Люстину.
В панике она вспомнила о манерах, которые все еще были ей несколько чужды, и шагнула вперед, чтобы сделать реверанс.
– Барон Ван Круа, приятно познакомиться с вами.
Рядом с ней Драйстан прочистил горло, но этот звук не отвлек ее внимания от парня, который смотрел на нее так, словно кто-то испачкал грязью свои ботинки, его губа от отвращения отвисла.
– Это лорд Ван Круа, - поправил он, разглядывая ее платье.
– Похоже, твое праведное и святое воспитание подвело тебя в соблюдении надлежащего этикета. И одежда, если уж на то пошло.
– Изучающие глаза прошлись по ней, сжимая ее под своим весом.
– Кухонные тряпки были бы более подходящим материалом.
– Он понюхал воздух и нахмурился.
– И пахнуть лучше .
Вспышка унижения заставила ее пожалеть, что она не может заползти в какую-нибудь дыру и никогда не вылезать, и она молча упрекнула свое собственное невежество.
– Мой господин, она не хотела никого оскорбить.
– У вас двоих один и тот же разум?
– Она не более чем служанка.
– Мне не нужны твои наблюдения. Я точно знаю, кто она такая .
– Я приношу извинения за свое невежество, милорд.
– Все еще не отводя от него пристального взгляда, Люстина прервала их перепалку.
– Я еще не привыкла ко всем правилам благородства. Я происхожу из гораздо более простого образа жизни .
– В самом деле .
Разочарование взяло верх над ней, и Люстина сердито посмотрела в ответ на исключительно невежливого мальчика.