Печаль Танцора
Шрифт:
– Как обычно. Восемьдесят на двадцать.
– Восемьдесят?!
Панг простер руки, одновременно пожимая плечами.
– Эй, погляди, сколько я вынужден тратить. А тебе только и нужно, что нож.
Дорина так и подмывало показать толстому мерзавцу, как он использует нож. Но вокруг была почти сотня присягнувших Пангу громил, так что он лишь отпрянул от стола и двинулся к выходу.
Вся банда бешеных псов ухмылялась ему, неслышно посмеиваясь.
Он подумал, что заключил самую паскудную в жизни сделку. Но ведь она была первой, так что вряд ли можно было ожидать лучшего. Плата за вход,
Разумеется, если сумеешь прожить так долго...
На середине коридора он обернулся и крикнул: - Грен! Дай чертов ключ!
Задача поисков в подземельях не особо испугала его: Дорин был убежден, что тощий недоносок, обманщик-маг уже прошел полпути к Анте. Слишком жарко ему тут было, подогревали со всех сторон. А дети, пленники тоннелей тоже давно разбежались.
Однако ему не пришлось идти далеко, чтобы понять: они все еще были здесь. Свежие следы, порванная паутина, сметенная пыль - все признаки недавних посещений. Почему они слоняются тут? Громилы Панга обыщут катакомбы, едва поверят, что монстр ушел и внизу безопасно.
Он нес факел, зажженный от фонаря у двери. Было трудно оценивать время, но он знал, что выследить юнцов будет нетрудно. Им просто повезло, что "наемные мышцы" Панга не обучены выслеживать и загонять добычу.
Он избегал узких тоннелей, выбирая те, в которых было больше свежих следов. Путь привел в самый нижний ярус катакомб. Факел был совершенно необходим: сюда вовсе не проникал дневной свет. Приходилось нести проклятую штуку, выдавая себя, но иначе он оказался бы в кромешной тьме. Он постепенно замедлялся, ибо все следы, казалось, сошлись в один коридор, выводя к одному помещению. Шаги сзади показали, как оживлена эта секция катакомб. Он торопливо сунул факел в нишу меж камней и спрятался в ближайшем ответвлении.
Прошла группа детей, передовой нес фонарь. Дорин успел заметить, что все они щеголяют в доспехах и носят оружие, пеструю смесь, добытую или украденную во всех странах мира. Вид слишком больших шлемов и провисших кольчуг был бы комическим, если бы не изрядная примесь абсурда. На что они надеются? Громилы Панга отберут всё и забьют их до бесчувствия. Возможно, убьют или искалечат вожаков, чтобы запугать остальных. Он стиснул зубы: все было так глупо...
Едва тоннель опустел, Дорин подхватил факел и как можно осторожнее прокрался к арке. За ней открылась особо большая гробница. Он встал, моргая от неверного света фонарей, показавших удивительное зрелище: груды мерцающих похоронных даров, серебряные и золотые фигурки богов - Бёрн, Фандерай, Тогг, Фенер - среди кубков, масок, целых куч браслетов, ожерелий и брошей.
Человек в пыльной одежде сгорбился над камнем саркофага, неистово черкая что-то на развернутом пергаменте. Проклятый маг из Даль Хона.
Дорин вошел внутрь и обогнул каменный гроб. Он уже был готов схватить треклятого глупца за шею, когда тот заговорил.
– Выпьем? Погоди, один момент.
Руки Дорина опустились, он выпрямился и проскрипел: - Ты меня заметил.
– Заметил твою
– Не отрываясь от работы, парень жестом указал на второй саркофаг, уставленный высокими хрустальными графинами и глиняными горшками. На серебряных блюдах - тоже из даров мертвецам - лежали яблоки, сушеные груши и куски копченого мяса.
Дорин пораженно изучал эту роскошь.
– Вижу, ты не бедствуешь...
– Вспомнив об Улларе, он прикарманил пару яблок.
Держа уголь во рту, маг распрямился и поднял рисунок, внимательно рассматривая в свете.
– Столько полных камер, запрятанных богатств и складов - и еще больше неисследованных тоннелей, только копай, - сказал он, вздыхая.
Дорин прищурился, глядя на рисунок. Он походил на обычный пейзаж - деревня на речном берегу - но обитатели поселения вовсе не напоминали людей. Маг скатал пергамент и бросил в сторону. Заинтересованный Дорин спросил: - Зачем рисуешь?
Мелкий тип поджал сухие губы, смотря на него с те же выражением, как на рисунок. Пожал плечами.
– Это вроде карты. Но я не могу понять. Никуда не ведет.
Вблизи Дорин раздраженно понял, что дурачок так и носит иллюзию старости. Указал пальцем на лицо мага.
– Со мной можешь сбросить свой обман.
Морщинистая, похожая на обезьянью голова медленно качалась.
– Нет. Это не видимость. Я впитал все свои обличья.
Дорин нахмурился, смутно удивившись. "Все?"
– Видимости, - продолжал дальхонезец.
– Они и работают против нас.
– Нас?
Парень кивнул, внезапно став до невероятия уверенным, почти наглым.
– Ты юн, строен, ловок. Не несешь в себе угрозы. Тупые мышцы не принимают тебя всерьез, верно? Ни один из нас не внешне не соответствует своей роли. Согласен? Это становится помехой - хотя временной, сели мы сумеем выжить.
"Мы?" Дорин прижался к холодному известняку саркофага. Казалось, парень ведет спор, сама суть которого непонятна - и явно выигрывает. Он махнул рукой, отметая слова.
– Слушай.... Ты знаешь, зачем я здесь.
– О да.
– Парень казался до странности равнодушным к ситуации.
– А я знаю, почему ты не нападаешь.
Дорин сложил руки на груди, подавив желание закатить глаза к нависшему над головой потолку.
– Почему же?
Парень постучал узловатым дряхлым пальцем по виску.
– Потому что умеешь думать. Любой дурак может взять нож и резать им людей. Вот чего ждут все Панги мира - тупых клинков, готовых исполнять чужие прихоти. И в мире нет недостатка в дураках. Но ты не из их числа.
Дорин начинал чувствовать себя униженным. Кто он такой, чтобы так разглагольствовать? Он его совсем не знает. Ассасин огляделся, выделил один из графинов и налил алого вина.
– Не дурак, гмм?
– сказал он, выпил и тут же выплюнул невозможно горькое пойло. Боги! Мерзостнее крысиной мочи! Он посмотрел в стакан и поставил его. Сколько столетий ждало их вино?
Парень явно готов был всё объяснить, но Дорин поднял руку.
– Слушай. Ты должен выметаться. Если сам не хочешь бежать, прогони детей. Панг не будет церемониться. Говорят, он перерезает сухожилия, чтобы они никогда не смогли ходить. Подумай, если голова еще варит.