Пепельные цветы

Притуляк Алексей

– Меня зовут Липси, - поклонился господин в сторону Беатрис.
– Нид Липси.

– Вот и славно, - кивнула хозяйка.
– Полно вам, господин Липси.

– Да, меня поселили в курительной, - продолжал тот, не глянув на хозяйку.
– Но я не жалуюсь. Не жалуюсь, госпожа...

– Беатрис. Просто Беатрис.

– Да, прекрасное имя. Я не жалуюсь, я прекрасно понимаю, что нужно радоваться тому, что имеешь. Это правило номер одиннадцать, записная книжка номер один. И потеряв большее, нужно благодарить судьбу за то, что осталось

хотя бы и меньшее. Номер двадцать семь, там же.

«Какой он странный, этот Нид Липси, - подумала Беатрис.
– Даже не знаю, кто из них больший чудак — вчерашний мой знакомец, или этот».

– Замечательно, мистер Липси, - сказала она вслух.
– Мне кажется, вы очень жизнерадостный человек, и легко шагаете по жизни.

– Да, в жизни гораздо больше поводов и причин для радости, чем для уныния.

– Это кому как, - вставила хозяйка.

– Совершенно с вами согласен!
– подхватил Липси.
– Не найдёшь двух одинаковых жизней. Вот только начало и конец у всех одинаковы, хе-хе. Простите за грустную мысль.

– Видать, не так-то уж вам и весело приходится, вот что я вам скажу, - обрадовалась Меган Маклахен, направляясь к двери на улицу.

Она ещё не успела взяться за ручку, когда дверь сама вдруг открылась и на пороге возник суховатый, поджарый человек в плаще, в шляпе, надвинутой глубоко на глаза, и с сигарой, небрежно торчащей в уголке рта.

Беатрис немедленно представила, как этот человек поднимался, пыхтя своей сигарой, на холм — ей отчётливо увиделся табачный дым, циркулирующий по его усердно работающим лёгким. Стало дурно.

В следующий момент внешность вошедшего напомнила ей давно когда-то виденные гангстерские сериалы. Именно в таких длинных плащах, в шляпах и с сигарами в зубах появлялись в кадре бандиты. Они доставали из карманов длинные револьверы и безжалостно грабили и убивали.

Она не знала, кого напомнил новый гость Меган Маклахен, но та, охнув (от неожиданности, наверное), отошла в сторону.

Назнакомец бросил на неё мимолётный взгляд, небрежно кивнул и прошествовал в комнату, даже не потрудившись закрыть за собой дверь. Когда он шагал, стало видно, как сильно он хромает. А его левая нога впечатывала в пол подошву ботинка с такой силой и с таким звуком, что сразу становилось ясно: вместо ноги у него протез.

Вдобавок ко всему, незнакомец был рыж, бородат, хмур и, кажется, неразговорчив. Беатрис никогда не любила рыжих мужчин, относилась с осторожностью к бородатым мужчинам, избегала хмурых и неразговорчивых мужчин. В общем, никаких причин присутствовать при разговоре у неё не было, и она направилась к незакрытой двери.

– Вы кто?
– услышала она вопрос Меган Маклахен.

– Ч-ч-человек, - сильно заикаясь ответил пришелец.
– Шон Д... Д... Деллахи.

Беатрис передумала уходить. Она только закрыла дверь и отошла к стене, с любопытством разглядывая вошедшего и гадая, что будет дальше.

Господин Липси с радостной

улыбкой пошёл, почти бросился, к гостю, протягивая руку.

– Здравствуйте!
– радушно воскликнул он.
– Мы с вами братья.

– М?
– произнёс незнакомец, блеснув навстречу глазами из-под поля шляпы.

– Ну как же...
– с готовностью пояснил Липси.
– Все люди — братья. Я тоже, подобно вам, человек. Следовательно, мы с вами братья... Ну, это же элементарно.

– У-у-у, - качнул головой Деллахи, небрежно пожав протянутую руку и усаживаясь на ближайший стул.

– А что это вы здесь курите?
– подала наконец голос Меган Маклахен.

Шон Деллахи повернулся, взглянул на хозяйку так, будто не видел её только что, минуту назад.

– С-сэ-э-сигару, - молвил он.

– Мистеру Маклахену это не понравится, - хмуро предупредила Меган.

– Он н-не любит с-сигары?

– Ему не понравится, что вы курите.

– А-а, - кивнул Деллахи.
– М-моему в-вэ-э-рачу это т-тоже не нра-авится.

– И кур ите, кур ите, правильно!
– вмешалась Беатрис. Она не терпела табачного дыма, но сейчас готова была обожать любого, кто сумеет причинить чете Маклахенов хоть какое-то неудобство.

Меган, кажется распознав мотивацию Беатрис, осуждающе покачала головой:

– Как это мелочно с вашей стороны, милочка!
– произнесла она, надув губы.

Нахалка! Она ещё смеет обижаться!

– Да что-о вы говорите?!
– вспыхнула Беатрис.
– А запихнуть гостя в вонючий чулан — это не мелочно, да?

– И совсем он не вонючий, - ещё больше обиделась хозяйка.
– Я каждый день там убираю. И потом, это не я выдумала.

Показывая, что разговор с Беатрис закончен, она повернулась к Деллахи.

– Бросали бы вы курить, - строго, но с опаской произнесла она.

– Я к-курю т-тэ-эридцать лет, - ответили ей.
– П-поздно б-бэ-эросать.

– Но почему — здесь?
– настаивала Меган.
– Идите курить куда-нибудь в другое место.

– Я здесь живу, - был ответ.

– Чего?
– опешила хозяйка.

– К-кэ-это из вас х-хозяин этого с-са-а-сарая?

– Я жена хозяина отеля, - ответила Меган Маклахен, поморщившись и налегая на «отеля».
– Можете называть меня «хозяйка».

Деллахи без всякого выражения (сколько было видно под полями шляпы) посмотрел на Меган, затянулся, выпустил облачко дыма.

– Мне н-не нужен отель. Мне нужен х-хозяин этого п-п-пэ... пансиона.

– Я о нём и говорю, - недовольно проворчала Меган.
– Только это — отель. Так и запомните.

– Мне нужна к-комната.

– Я дам вам комнату, только бросьте курить, - сдалась хозяйка.

– Вы слишком м-многого х-хотите. Я к-курю т-тэ-э... т-тэ-э...

– Он курит тридцать лет, - произнёс Липси.