Под куполом
Шрифт:
– А… очень больно будет?
Расти распечатал шприц. Потом уколол три куба ксилокаина с эпинефрином [58]– смесь обезболивающих, которую он по старинке называл новокаином. Подождал немного, чтобы приступить, наконец, к аккуратной очистке раны, надеясь не причинить мальчику боль, большую, чем та, которой невозможно было избежать.
– Где-то так.
– Bay, бэби!
– воскликнул Бэнни.
– Сигнал к атаке: три синих свистка.
Расти расхохотался.
58
Ксилокаин -
– Так это ты крутанул полную трубу [59] прежде чем вилсонуться?
– ему это действительно было интересно, как бывшему бордеру, который сам уже давно оставил это дело.
– Только половинку, но ощущение было чумовое!
– расцвел Бэнни.
– А сколько швов нужно, как ты думаешь? Когда Норри Келверт прошлым летом шлепнулась с парапета в Оксфорде, ей наложили двенадцать.
– Да нет, так много не будет, - заверил Расти. Он знал эту Норри, девочку мини-готку, чьим главным желанием, как казалось, было разбиться на скейтборде раньше, чем она успеет родить от какого-нибудь урода. Расти надавил кончиком иглы возле раны.
– Чувствуешь здесь?
59
«Полная труба» - оборот-«солнце» на доске внутри большой бетонной или металлической трубы.
– Конечно, чувак, сполна. А ты слышал, как там что-то громыхнуло такое, будто бы стрельнуло?
Сидя в трусах на осмотровом столе, с подложенным под окровавленную ногу бумажным полотенцем, Бэнни махнул рукой куда-то в южном направлении.
– Да нет, - ответил Расти.
На самом деле он слышал два звука, и не на выстрелы похожие, а на взрывы, к величайшему сожалению. Надо быстрее заканчивать с мальчиком. И где же этот Чудотворец? Делает обход, говорила Джинни. Что, скорее всего, означает - храпит в ординаторской больницы имени Катрин Рассел. Там и таким образом по большей части и происходили теперь обходы Чудотворца.
– А теперь чувствуешь?
– Расти вновь уколол иглой.
– Не смотри туда, зрение тебя обманывает.
– Нет, дядя, ничего. Ты шутишь со мной.
– Отнюдь. У тебя там уже все занемело.
– «И от страха тоже», - подумал про себя Расти.
– Хорошо, начнем. Ляг на спину, расслабься и наслаждайся полетом на лайнере авиакомпании «Кэти Рассел».
– Он промыл рану стерильным физиологическим раствором, очистил, подровнял своим надежным скальпелем № 10.
– Будет шесть швов наилучшей, какая только у меня есть, нейлоновой нитью.
– Супер, - произнес мальчик и тут же добавил: - Меня, кажется, нудит.
Расти подал ему специально рассчитанный на такие случаи лоток, рыгальник, как они его здесь называли.
– Блюй сюда, а если хочешь, можешь и отключиться.
Бэнни не упал в обморок. И не сблевал. Расти уже накладывал на рану стерильную повязку, когда прозвучал короткий стук в двери, и в комнату заглянула Джинни Томлинсон.
– Я могу переговорить с тобой минутку?
– Не волнуйся за меня, - сказал Бэнни.
– Мне сейчас хорошо, как после того, когда долго терпел, и помочился.
– Такой себе благонравный чувачок.
– Расти, пройдем в холл?
– спросила Джинни. На мальчика она и глазом не повела.
– Бэнни, я скоро вернусь. Сиди спокойно, расслабляйся.
– Без проблем. Буду прохлабляться.
Расти вышел вслед за Джинни.
– Ургентная пора?
– спросил он. Позади Джинни
Джинни кивнула.
– На сто девятнадцатом, около границы с Таркер Миллом. И еще одна авария, на другой границе - Моттонской, но я слышала, что там все ПВВП.
– Погибшие во время происшествия.
– Столкновение грузовика с самолетом. Самолет пытался приземлиться.
– Ты глумишься надо мной?
Элва Дрэйк подняла голову, поглядев в их сторону, и вновь погрузилась в чтение книжечки в яркой бумажной обложке. А может, она просто пялилась в нее, сама тем временем думая, будет ли поддерживать финансово ее муж до достижения Бэнни восемнадцатилетия.
– Это гарантировано серьезная ситуация, без дураков, - заверила его Джинни.
– Я получила сообщение еще и о других авариях…
– Пидерция.
– … и мужчина на том шоссе, которое пересекает границу с Таркером, еще жив. Водитель фургона, кажется. Говорят разное. А Твич ждет.
– Ты сама закончишь с мальчиком?
– Конечно, а ты езжай.
– А доктор Пейберн?
– Он посещал своих пациентов в мемориальном госпитале Стивенса.
– (Это была больница, которая обслуживала Норвей и Саут-Перис.) - Уже по дороге сюда. Отправляйся, Расти.
Он задержался на минутку сказать миссис Дрэйк, что с Бэнни все обстоит благополучно. Элва не очень обрадовалась этой новости, как ему показалось, но поблагодарила. Даги Твичел - Твич - сидел на бампере старенькой машины скорой помощи, замену которой всячески откладывали покупать Джим Ренни с его товарищами-выборными, и, греясь на солнышке, курил. В руке он держал портативную радиостанцию Си-Би [60] , из которой звучала бодрая болтовня: голоса, наскакивая один на другой, подпрыгивали, словно кукурузные зерна на сковородке.
60
Радиостанция «гражданского диапазона» на частоте 27 Мгц, которая в США свободно используется любыми лицами, а также общественными и коммерческими предприятиями.
– Выбрось эту свою канцерогенную гадость и поехали, - сказал Расти.
– Ты же знаешь, куда нам надо?
Твич стрельнул в сторону окурком. Вопреки его прозвищу [61] , он был самым спокойным санитаром изо всех, кого знал Расти, а это немало.
– Я знаю, что Джин-Джин тебе сказала - граница между Таркером и Честером, так?
– Так. Какой-то фургон перевернулся.
– Ну, а теперь планы изменились. Нам надо в другую сторону.
– Он показал на юг, где поднимался толстый столб дыма.
– Ты никогда не мечтал увидеть место авиакатастрофы?
61
Twitch - здесь: «Трах».
– Я видел. На военной службе. Двое ребят. То, что от них осталось, можно было намазывать на хлеб. Мне этого достаточно, это ты здесь новичок. Джинни говорит, там все погибли, так зачем…
– Может, да, а может, и нет, - ответил Твич.
– Но теперь там еще погиб и Перкинс, хотя, возможно, он еще жив.
– Шеф Перкинс?
– Именно он. Думаю, перспективы никудышные, если сердечный стимулятор у него взорвался через груди прямо наружу - так сообщил Питер Рендольф - но он же шеф полиции. Отважный вождь.