Под куполом

Кинг Стивен

– Где?
– требовательно спросил Марти Арсенолт.
– Я ничего не ви…

– Слушайте!
– сказала Бренда Перкинс.

Они услышали приближение ракеты; возрастающее потустороннее бормотание с западной окраины города, ммммм, которое за пару секунд превратилось на МММММ. На большом телеэкране они почти ничего не увидели, разве что только через полчаса после того, как ракета потерпела неудачу. Для тех, кто остался в ресторане, Бэнни прокручивал запись едва ли не покадрово. Они смотрели, как ракета возникает из-за поворота, известного под названием Колено Малой Суки. Она висела на высоте четырех футов

над землей, едва ли не целуя собственную тусклую тень. В следующем кадре, оснащенная разработанной для контактного взрыва осколочно-фугасной головкой, «Фастхок» застыла посреди воздуха над тем местом, где недавно находился лагерь морских пехотинцев.

На следующих кадрах экран становился таким ярко-белым, что зрители прикрывали себе глаза. А потом, когда та белизна начинала выцветать, они видели фрагменты ракеты - очень много черных черточек на фоне угасающего сияния - и огромную подпалину в том месте, где висел знак X. Ракета попала абсолютно точно.

После этого люди в «Диппере» увидели, как по ту сторону Купола начинает гореть лес. Видели, как на той стороне сначала вздыбился, а потом начал плавиться асфальт.

20

– Запускайте вторую, - мрачно приказал Кокс, и Джин Рой выстрелил. Эта ракета понаразбивала еще окон и вновь напугала людей в восточной части Нью-Хэмпшира и в Западном Мэне.

Что касается результата, то он был тот же самый.

ВЛИП

1

В доме №19 по Милл-Стрит, где жила семья Макклечи, после окончания записи зависло мгновение тишины. И тогда ударилась в горячие слезы Норри Келверт. Встретившись взглядами над ее склоненной головой, Бэнни Дрэйк и Джо Макклечи с идентичными выражениями лиц «что я могу тут поделать» положили руки на ее дрожащие плечи и сомкнули пальцы один у одного на запястье в своеобразном сердечном рукопожатии.

– И это все?
– спросила Клэр Макклечи разочарованным голосом. Мать Джо не плакала, хотя тоже едва сдерживалась, глаза у нее блестели. В руках она держала фотографию своего мужа, она сняла ее со стены вскоре после того, как Джо с друзьями пришел домой, принеся DVD.
– И это все?

Никто не отозвался. Барби примостился на поручне мягкого кресла, в котором сидела Джулия. «Теперь меня здесь ждут большие неприятности», - подумал он. Но не эта мысль вынырнула у него первой; первой была о том, что больших неприятностей нужно ожидать городу.

Миссис Макклечи встала. Продолжая держать в руках портрет своего мужа. Сэм, как и каждую субботу, поехал на базар, который к настоящим холодам регулярно собирался на гоночном треке в Оксфорде. Любитель реставрации мебели, на тамошних лотках он часто находил достойные его страсти вещи. Прошло уже три дня, а он так и оставался в Оксфорде, жил в мотеле «Рейсвэй», где также жило много газетчиков и телевизионщиков; возможности поболтать с Клэр по телефону у него не было, хотя они могли поддерживать связь по электронной почте. По крайней мере, пока что.

– Что случилось с твоим компьютером, Джо?
– спросила она.
– Он взорвался?

Джо, не переставая обнимать Норри, так и держа за запястья Бэнни, покачал головой.

–

Не думаю, наверное, он просто расплавился, - ответил Джо и обратился к Барби.
– От такой температуры там мог загореться лес. Кто-то должен был бы это предотвратить.

– Кажется, в городе сейчас совсем нет пожарных машин, - сказал Бэнни.
– Разве что парочка старых.

– Позвольте мне заняться этим делом, - произнесла Джулия. Над ней возвышалась Клэр Макклечи; ясно было, в кого таким долговязым уродился Джо.
– И еще, Барби, наверное, лучше будет, если буду заниматься этим только я сама.

– Почему?
– удивилась Клэр. Одна слезинка все-таки не удержалась у нее в глазу и покатилась по щеке.
– Джо мне говорил, что вас, мистер Барбара, руководить здесь назначило правительство, лично Президент!

– У меня был спор с мистером Ренни и шефом Рендольфом относительно видеотрансляции, - объяснил Барби. – Очень напряженный. И, у меня есть сомнения, чтобы кто-то из этих двух воспринял мои советы сейчас. И вашим, Джулия, едва ли они обрадуются тоже. Во всяком случае, не теперь. Если Рендольф хотя бы наполовину компетентен, он пошлет туда отряд подручных полицейских с тем оборудованием, которое осталось в пожарной части. По крайней мере, там должны быть шланги и портативные помпы.

Джулия взвесила его слова, а потом сказала:

– Барби, давайте с вами выйдем на минутку.

Он посмотрел на мать Джо, но Клэр уже не обращала на них никакого внимания. Она отодвинула своего сына в сторону и сидела рядом с Норри, которая спрятала свое лицо в плече у Клэр.

– Чувак, правительство должно мне компьютер, - напомнил Джо Барби, когда тот вслед за Джулией направился к дверям.

– Базару нет, - ответил Барби.
– Благодарю тебя, Джо. Ты чудесно сделал свою работу.

– Намного лучше, чем их проклятая ракета, - пробормотал Бэнни.

Барби с Джулией остановились на крыльце Макклечи и молча смотрели в сторону городской площади, реки Престил и моста Мира. И тогда, голосом низким и сердитым, Джулия произнесла:

– Он ничто. Вот в чем вещь. Вот где чертова проблема.

– Кто ничто?

– Питер Рендольф даже не полукомпетентный. И даже не четверть. Я знаю его с детсада, где он был чемпионом мира по мокрым трусам, потом мы перешли в школу и вместе учились до двенадцатого класса, в котором он принадлежал к бригаде хватальщиков за бретельки лифчиков. Его умственные способности всегда находились на тройке с минусом, а знания оценивались на четверку с минусом лишь потому, что его отец заседал в школьном совете, и с тех пор его мозг отнюдь не развивался. Наш мистер Ренни окружил себя тупицами. Единственное исключение - это Эндрия Гриннел, но и она наркотически зависима. От лекарства, которое носит название оксиконтин.

– Проблемы со спиной, - вставил Барби.
– Мне рассказывала Рози.

Много деревьев на площади уже сбросили с себя листву, и Барби с Джулией было видно и Мэйн-стрит. Сейчас улица была пустая - большинство людей все еще находились в «Диппере», обсуждали увиденное, - но вскоре, когда они, взволнованные, разочарованные, разойдутся по своим домам, тротуары будут переполнены. Мужчинами и женщинами, которые даже не осмелятся спросить друг друга, чего им ждать дальше.

Джулия вздохнула и запустила руку себе в волосы.