Подиум
Шрифт:
Зиночка замерла: ей с Татариновой не тягаться. Неожиданно Андреев пришел на помощь девушке.
– Поздно хватилась… – Он забрал отрез из цепких рук Татариновой. – Уже продано.
– Кому? Этой, что ли? – немедленно оскорбилась Танька.
Кудрявцева сжалась.
– А твое какое дело? – попер на нее Андреев.
Никому бы не спустила таких слов Татаринова, но против Егора Семеновича… Нет, ей не потянуть! Она смирилась, только злобно сверкнула глазами на Зиночку:
– Опоздала так опоздала…
Кудрявцева появилась
Официально ателье работало до семи вечера, но Андреев, как правило, задерживался. Иногда долго торчала в ателье Танька Татаринова, но сегодня она ушла вовремя. Остальные закройщицы всегда старались управиться до семи.
Когда Зиночка заглянула в цех, Егор увлеченно беседовал с Вадимом…
– Крой кроем, но оттяжку правильно надо делать. Понял? Без оттяжки морщить на шве будет. Ко второй примерке непременно все должно быть в лучшем виде. Гладильщица у тебя в бригаде хреновая. За хорошего мастера закройщик знаешь как держаться должен? Я вот, например, своих никогда не обижу.
На столе стояла початая бутылка коньяка.
– Заходи, Зинуля, – пригласил ее Андреев.
Кудрявцева робко подошла к мужчинам.
Андреев, не спрашивая, набулькал в стакан коньяку.
– Ой, что вы? – смутилась она.
– Коньяк хороший, армянский, поддержи компанию. – Он пододвинул к ней поближе блюдечко с лимоном.
– Конфеток бы, – подсказал Вадим.
– Мне конфеты не носят, – засмеялся Егор. – Достань у Татариновой из стола, там должны быть.
– Орать будет, – засомневался Вадим.
– На кого – на меня? – изумился Андреев. – Как-нибудь разберемся. Она у меня в долгу как в шелку. Не переживай, иди поищи: я отвечаю.
Вадим нашел в столе у Татариновой большую коробку конфет и поставил ее перед Зинаидой.
Она усмехнулась про себя: забавно, что конфеты именно татариновские… Но сидела тихо, как мышка, продолжая тянуть коньячок мелкими глотками.
С ее появлением Егор и Вадим заговорили про женщин.
– Наши женщины по сравнению с другими бабами одеваются как королевы, – утверждал Андреев. – Посмотришь на нее, когда выходит из ателье: фу-ты ну-ты! Костюмчик сидит как влитой, блузочка модная, что туфельки, что сапожки – засмотришься. Но… – Он поднял кверху палец. – Королева она до тех пор, пока рта не откроет.
– А зачем ей в рот заглядывать? – ухмыльнулся быстро захмелевший Вадим. Он еще не привык в таком количестве употреблять коньяк.
– Темный ты, как я погляжу, Вадя, парень. Я за день так про все эти вытачки, бортовки, гульфики наслушаюсь, что с души воротит. Поговорить о чем-то другом требуется, понимаешь?
Вадим вместо ответа пробурчал что-то невразумительное.
Егор заглянул ему в глаза:
– Э, да ты, я вижу, поплыл! Пора тебя собирать к выходу. Сам доедешь или отвезти?
– Сам, – довольно твердо сказал Вадим.
Андреев быстро выпроводил Вадима на улицу.
– Такси ловил. Водитель обещал доставить по адресу… – Он сокрушенно покачал головой:
– Пить не умеет. Здоровый парень, а так развезло. Что тогда про нас, стариков, говорить?
– Какой же вы старик? – возразила Зиночка.
Егор приблизился к ней и приобнял девушку за плечи.
– Не старик, говоришь?
– Нет.
Зиночка смотрела ему в глаза и видела, что в них вспыхнул знакомый огонек. Так глядели на нее те, кому она нравилась: обычно парни немного постарше ее. Таких же солидных мужчин, как Андреев, у нее еще не было.
– Ну что, будем юбку кроить?
Кудрявцева засмущалась:
– Может, в другой раз? Вы, наверное, устали.
– Иди сюда!.. – Не обращая внимания на ее слова, Андреев подошел к своему столу, вытащил сантиметр и приказал:
– Кофточку сними – мешает.
Зиночка замерла.
– Я что, баб не видел?
Она послушно стащила тонкий свитерок.
Андреев мгновенно снял мерки талии и бедер.
– Длина какая? – Он держал рукой сантиметр на мягком Зиночкином бедре.
Кудрявцева назвала цифру.
Андреев вытащил кусок ткани и разложил на поверхности стола.
– Спереди со складкой, – попросила Зинаида.
– Сделаем. Застежка сзади, да?
– Да, – пискнула Кудрявцева. – Как обычно, под молнию.
Андреев быстро, как фокусник, сколол ткань булавками и стал мелком наносить линии. В мгновение ока на отрезе обозначилась выкройка юбки.
– Сколько я за свою жизнь этих юбочек выкроил! – приговаривал во время работы Егор. – Кажется, с закрытыми глазами все сделаю.
– Я могу сама потом разрезать, – предложила Кудрявцева.
– Да ладно! – отмахнулся он. – Какие проблемы? Если умеючи – минутное дело.
Кудрявцева залюбовалась его ловкими движениями. Вот бы ей так научиться!
– Жилетку станем делать?
– А получится?
– У меня всегда все получается. Жилетку выкрою попозже, сейчас возиться не хочется. Руки подними: мерку для жилетки сниму.
Закройщик обхватил сантиметром высокую Зиночкину грудь и, не отнимая от ее груди своей руки, заглянул ей в глаза.
– Ты, никак, боишься меня?
– Я вообще не боюсь мужчин… – пролепетала она заготовленную заранее фразу. Прозвучало это не вполне убедительно.
– Фигурка у тебя хорошая, – похвалил он. Его длинные пальцы так и застыли на линии груди.
Кудрявцева замерла. Она стеснялась своего простенького бюстгальтера. Егор неторопливо спустил с ее плеча бретельку, обнажив грудь.
– Да, таким хозяйством можно гордиться! – Он быстро наклонился и приник губами к Зиночкиному соску.
Она словно только этого и ждала: закрыла глаза и подалась к нему всем телом. А потом… Зиночка опомниться не успела, как Егор Семенович, завалив ее на низкий столик, овладел ею.