Полюблю до гроба
Шрифт:
– Да я уж молчу, – я пожала плечами, – сама его выбрала…
Из служебного помещения к нам бежала директор – высокая женщина в длинной черной юбке и белой блузке. Блузка у горла была заколота зеленой яшмовой брошью.
– Проблемы? – спросила она охранника.
– Кажется, у вас, – я показала глазами на клиентку.
– Наталья Викторовна! – Дама всплеснула руками. – Что случилось?
– Ничего, что должно бы вас интересовать, – сухо ответила Наталья, –
К концу этой фразы возле нас не осталось никого – охранник, официантка – все куда-то испарились.
– Наталья Викторовна, бога ради простите! – Директриса молитвенно сложила руки на груди. – С персоналом прямо беда! Ну куда подевались достойные работящие люди?
– Простите, я могу сесть на место? – спросила я.
С лица директрисы мигом сползла приторная улыбка, она оглядела меня с подозрением и принюхалась, потом обернулась к Наталье, но та смотрела в сторону.
– Ну, наконец-то! – вздохнул дядя Вася, когда возле нашего столика не оказалось никого.
– Эта сова… – заговорила Наталья, не глядя на нас, – я ее подарила. Игорь любил антикварные вещи… А Ольга, она… она сделала их квартиру по своему вкусу. А он как-то признался мне, что любит старые вещи. Дескать, много поколений людей ими пользовались, от этого возникает какая-то аура. В общем, ему нравились разные безделушки, эту сову я нашла в одном магазине на Пятой линии и подарила ему на прошлый день рождения. Игорь так обрадовался… Он держал ее на письменном столе… говорил, что это его талисман…
– Не знаю насчет талисмана, но мне она жизнь спасла, – сказала я. – Ну ладно, мы, пожалуй, пойдем, тяжелый денек сегодня выдался. Да, вот еще, чуть не забыла…
Я вытащила из кармана злосчастные золотые часы и положила их на стол.
– Как видите, мы работаем честно, – медленно сказала я, – подряжались добыть ваши часики – вот они, извольте получить. А что вы со своей стороны договор не выполняете – уж это пускай будет на вашей совести.
– Но я… я же не знала, – встрепенулась клиентка, – и я, разумеется, все оплачу!
Она полезла в сумочку, но под моим взглядом опустила руки.
– Что ты оплатишь? – спросила я тихо. – Мой страх смерти? Мои последние мысли в ледяной воде рядом с трупом? Мою решимость и жажду жизни? Случайно встреченного доброго человека, который не дал мне замерзнуть насмерть?
Клиентка застыла на месте, только смотрела на меня расширенными глазами. Я развернулась и направилась к выходу.
– Дура! – бросил на прощание Наталье дядя Вася и пошел за мной.
Ненормальный секьюрити куда-то исчез, дверь
Я молча забралась в машину и закрыла глаза. Тотчас стало холодно, показалось, что вода подступает к подбородку, легкие сдавило.
– Васенька, – плачущим голосом сказал дядя Вася, – деточка, ты прости меня, дурака старого, что я тебя на такое опасное дело послал. А сам себя я в жизни не прощу! Это же уму непостижимо – так вляпаться! А я-то еще думал – простое дело, управимся быстренько…
– А как вы возле Невы оказались? – вспомнила я.
– А я жду-жду – нет тебя, – вздохнул дядя Вася, – что-то мне беспокойно стало, пошел я тебя искать. Но меня охранник тормознул – куда да зачем. Пока мы с ним препирались, я гляжу – «Мазда» проехала темно-красная, и номер тот же самый. Этот морж вислоухий со мной базарил, на «Мазду» даже не взглянул, за что ему деньги платят! А меня как током ударило – похитили тебя! Вот даже показалось, что волосы твои сзади мелькнули. Да пока я до своей «ласточки» добежал, пока то-се…
– Уж скажите, что встала ваша «ласточка», – ворчливо заметила я, – как всегда, в самый нужный момент машина вас подводит! Давно менять ее надо!
– Но-но, – насупился дядя Вася, – моя «ласточка» еще всем иномаркам сто очков вперед даст!
Тут он вспомнил, что машина таки его подвела, не завелась вовремя, и окончательно расстроился.
– Все-таки кто этого Игоря убил? – вдруг спросил он. – Знаешь, этой Наталье я верю, что не она. Просто все как-то запутанно…
– А она, стало быть, совсем ни при чем? – усмехнулась я. – Вы ее еще пожалейте…
– Да я ничего… – Он тронул машину с места. – Теперь это нас не касается, мы к этому делу больше непричастные. Про машину утонувшую я сразу же сообщил – так, мол, и так, видел аварию. А чья машина, пускай милиция разбирается. Пока они водолазов найдут, пока лебедкой или подъемным краном машину поднимут – неделя может пройти. Они как рассуждают? Водителю ведь уже все равно…
– Ужас какой! – Меня передернуло, потому что перед глазами возникло лицо утопленника рядом со мной. – Слушайте, хватит уже об этом, я забыть все хочу как страшный сон!
– Все понял, везу тебя домой, там Бонни, верно, извелся!
– Дядя Вася, а что они все принюхивались? – спросила я, немного помолчав. – И клиентка, и эти в ресторане… Вроде бы я одежду прокопченную сняла…
– А-а, – он отвел глаза, – понимаешь, тиной от тебя несет, как… как от кикиморы болотной! Вот люди и удивляются.