Ползи!

Громов Эл

Впрочем, спустя минуту я уже понял, какой я дурак. Закон престолонаследия никто не отменял. В королевской семье мог родиться какой угодно наследник.

Крестьянам до магов дела было не много. Их удел простой — землю копать, да урожай собирать, чтобы часть из него потом данью отдавать своему барону. Кстати, у рыцарей здесь не было таких привилегий, как в средневековой Европе, по крайней мере, крупных земельных наделов с кучей крестьян им не раздавали, хоть звание рыцаря и считалось почетным и прибыльным.

Нам пришлось прервать

беседу, потому что впереди что-то замаячило… дома! Не веря глазам, мы прибавили шагу, но постарались не сильно шуметь. Не знаю, как мальчишка, но я конкретно параноил на тему того, что в первом же поселении нас поймают и поставят на нас рабские метки.

Деревья становились реже, а вскоре и вовсю расступались, открывая вид на деревню, с другой стороны окруженную просторными золотистыми полями.

— Ну что, пошли скорей! — хотел рвануть туда Агнар, но я остановил его.

— Погоди. Надо подумать.

— Да это ж деревенские… они не причинят вреда.

— Мы не можем просто явиться к ним. Надо же будет как-то объяснить наш приход.

— Скажем, что разбойники напали. Тут это обычное дело.

— Для начала — мы братья, — сказал я. — А откуда мы шли? И куда?

— Давай рассуждать логично… Наша шахта находилась недалеко от столицы герцогства. Кажется… — смущенно добавил он. — Относительно недалеко, конечно… Значит, где-то поблизости должен быть главный тракт. Мы шли по нему, а по дороге наткнулись на разбойников.

— Как-то сомнительно все это звучит, — нахмурил я лоб. — Мы даже не знаем, в какой стороне главная дорога и насколько она далека.

Я напряженно пытался придумать план, но голова была чиста, как лист бумаги, и гениальных идей не генерировала.

— Ладно, оставим эту версию, но внесем коррективы. Какие ближайшие города отсюда?

— Я только столицу знаю, — уныло отозвался пацан.

Я тяжко вздохнул.

— Ладно. Поступим так: скажем, что мы мелкие торговцы. Ехали в повозке из столицы, но возле леса напали разбойники, пришлось делать ноги в лес, и вот мы здесь… Будут вопросы — молчи лучше. Сам попытаюсь выкрутиться…

Мы вышли, наконец, из-за деревьев. Деревня начиналась сразу — никаких ворот или частокола. Дома были простые, скромные, но добротные. В них были люди. Заметив наше приближение, они с любопытством стали высыпать на улицу и разглядывать нас. Я тоже впитывал глазами информацию, насколько позволяли приличия.

К слову сказать, пока я тут встречал людей только с внешностью, схожей с европейской. Так что меня за белую ворону не принимали, что уже существенно облегчает жизнь.

— Не подскажете заблудившимся путникам, где можно найти… старейшину? — спросил я громко.

— Идите до конца улицы. Там увидите его дом — не перепутаешь с другими, — ответил один из мужиков настороженно, но без враждебности.

Я поблагодарил, и мы продолжили путь. Пока шли, насчитал домов тридцать. Судя по всему, мы шли по главной улице. Справа и слева от

нас она ответвлялась еще на две поуже.

Мы дошли до дома старейшины. Да, он действительно отличался. Если остальные были просто деревянными и небольшими, то обиталище первого лица поселения было побольше и покрашено в красный цвет. Дворы тут не были обнесены никакими заборами, так что мы сразу увидели старика, стоящего на крыльце и встречающего нас пристальным взглядом.

— Могу вам помочь, путники? — спросил он, как только мы приблизились.

— Приветствуем, старейшина, — почтительно отозвался я. — И просим прощения за вторжение и беспокойство. Мы заблудились. Эти края мы знаем плохо. Мы мелкие торговцы, держали путь по главной дороге из столицы в повозке, да наткнулись на разбойничью шайку, пришлось удирать в лес… Чтоб им ноги переломало, зверюгам этим, честной народ средь бела дня грабят!

Старик спокойно и внимательно выслушал нас, затем сказал:

— Что ж, проходите, будете моими гостями, мы попавших в беду людей не прогоняем.

Я бесшумно выдохнул. Кажись, пронесло. Или нет? Еще неизвестно, что старейшина вздумает у нас спрашивать. Агнар, ни хрена не понимающий, что и где находится в собственном мире, потому что за всю жизнь он видел только свою деревушку, и я — даже в своем мире страдавший легким топографическим кретинизмом, а уж в чужом… Отличная команда, в общем!

Нас провели в дом. Я шустро завертел головой, с любопытством изучая интерьер. Он был прост, но идеальные чистота и порядок сразу сделали этот дом средоточием уюта в моих глазах. А уж после пещер, где срать приходилось у всех на виду…

Комнат было две — кухня и зал. Все деревянное, все простое, минимум мебели. Стол, скамейки, соломенные тюфяки, пара каких-то сооружений типа шкафов.

Из зала к нам вышла пожилая полноватая женщина. Старейшина представил ее, как свою жену — Раду. Самого старика звали Анвар.

Рада проявила верх гостеприимства. Нас тут же отправили во двор к тазу — умывать лицо и руки. Затем засадили за стол, на который хозяйка уже успела выложить хлеб, овощи, мясо и молоко.

Агнар, не сдерживая себя, накинулся на еду, я же постеснялся и ел, как бы трудно это ни было для меня, медленно и небольшими кусками.

Пока мы насыщались, нас не тревожили разговорами да вопросами. Ох, чую, этот старик еще возьмется за нас. Несдобровать нам, если на лжи поймает.

Я пытался себя успокоить. Даже если и заподозрит что-то — что с того? На нас ведь нет клейма. А без него фиг узнаешь, что мы беглые рабы. Еще от Маха я узнал, что свести клеймо — магическое искусство высочайшего уровня, и практикуется оно тут крайне редко, почти никогда.

Верно чуяло мое сердце — после того, как мы набили довольно заурчавшие животы, старик предложил мне посидеть с ним на крыльце, поболтать. Рада, видя, что Агнар еле держится на ногах от усталости, выделила ему место вздремнуть.