Помнишь?..

Хэтчер Робин Ли

– Не может быть, чтобы ты так поступила, – недоверчиво проговорил он. – До свадьбы всего три дня. Я всем сказал, что мы переезжаем жить в Бойсе. Что они скажут?

Она еще раз посмотрела на него. Выражение на его лице изменилось, посуровело и сделалось неумолимым. Она вдруг поняла, как много обиды и злости хранил он против брата на протяжении многих лет. Теперь он затаит и на нее еще более страшную обиду. Она слишком сильно ранила его гордость, чтобы он мог забыть или простить. Она для него будет врагом на веки вечные.

– Я

ничего не могу сделать по поводу того, что будут говорить люди, – сказала она наконец. – Я только знаю, что сделала бы ошибку, если бы вышла за тебя. Я... Я сделаю тебя несчастным, Уоррен. Я не такая женщина, которая нужна тебе. Он вскочил на ноги.

– Откуда тебе знать, что мне нужно? Я выбрал тебя, так как хотел тебя, так как знал, что ты будешь для меня прекрасной женой. Я ждал тебя пять лет.

«Но ты не любишь меня».

– Я знаю, – прошептала она.

– Я проявлял терпимость. – Он зашагал по комнате. – Я все понимал и никаким образом не давил на тебя.

– Уоррен...

Внезапно он остановился перед ней и поднял из кресла.

– Я слишком долго хотел тебя, чтобы теперь выпустить. Ты – моя.

Он грубо поцеловал ее, не обращая внимания на ее приглушенные протесты.

Сара отталкивала его, а он все больнее сжимал ее в объятиях. Ее охватила паника.

Неожиданно он отпустил ее.

– Я не позволю тебе сделать это, Сара. Я не позволю тебе расстроить этим наши жизни. Ты будешь моей женой и поедешь со мной в Бойсе.

– Нет. Нет. Я не люблю тебя, Уоррен! И не выйду за тебя.

– В браке есть вещи поважнее, чем любовь. От охватившего ее гнева Сара повысила голос:

– Не для меня. Я выйду за человека, которого люблю, или не выйду замуж вообще.

Уоррен отступил на шаг назад. Выражение его лица изменилось, когда он стал всматриваться в нее, раздражение сменилось разочарованием, потом мелькнула догадка и, наконец, уверенность.

– Боже мой, – прошептал он.

Она повернулась к нему спиной и, подойдя к камину, стала смотреть на теплящийся в очаге огонь. Почему он не ушел? – задавала она себе вопрос. – Почему не хочет просто принять ее решение? Он ее любит не больше, чем она его. Считает любовь ненужным чувством. Она так не считает.

– Это Джереми, да? – лишенным эмоций голосом спросил Уоррен.

В языках пламени мелькнуло лицо Джереми, и в сердце ее отозвалось сочувствие к Уоррену, хотя она и покачала головой, не находя в себе сил громко произнести слова отрицания.

Она не слышала, как Уоррен подошел к ней, поэтому для нее было полной неожиданностью, когда он схватил ее за плечо и резко развернул лицом к себе.

– Ты думаешь, что влюбилась в Джереми, да? – От ярости он почти кричал и до боли сжимал ее руки выше локтя. – Что произошло между вами на ферме на прошлой неделе?

– Ничего, – сказала она и почувствовала, как покраснела. Она вызывающе

подняла подбородок, надеясь, что он не сможет прочитать в ее глазах правду.

Он долго разглядывал ее, а потом вдруг отпустил, как будто обжегшись.

– Я убью этого мерзавца, – выдавил он сквозь сжатые зубы, и она поняла, ч го он увидел то, что она больше всего на свете хотела от него скрыть.

Сара попыталась удержать его.

– Уоррен, подожди!

Но он, не обращая на нее внимания, направился к двери и, громко хлопнув ею, вышел из дома.

Джереми сидел на краю своей койки и смотрел на тлевшие в печи угли. Стоявшая на табуретке лампа была прикручена и тусклым светом освещала его скудно обставленную комнату.

Она уезжает. Уезжает с Уорреном. Это самое лучшее для всех. Ему не придется видеть ее с Уорреном, не придется вспоминать то, что нужно забыть – вкус ее рта, душистый запах ее волос, милую прелесть ее улыбки.

Нет, это к лучшему, что Уоррен женится на ней и увезет с собой. Лучше для всех. И, в первую очередь, для Сары. Джереми нечего предложить ей. Нечего.

Сара...

Он провел рукой по голове и тихо выругался. Все те годы, прошедшие после смерти Милли, он почти не думал о женщинах, с которыми встречался. Так почему же переменить сложившуюся привычку должна была женщина, принадлежащая его брату?

Он услышал шаги по лестнице, ведущей в его комнату, и перевел взгляд на дверь в тот же момент, как она открылась.

– Ты – сукин сын! – заорал Уоррен, кинувшись на него через всю комнату.

Кулак Уоррена врезался в скулу Джереми раньше, чем тот успел защититься. Удар сбил Джереми с койки. Стоя на четвереньках, он посмотрел на брата.

– Вставай! – потребовал Уоррен.

– Я не собираюсь с тобой драться.

– Вставай, ты, никчемный, лживый ублюдок! Поднимайся, чтобы я мог вернуть тебе все сполна.

Джереми сел опять на койку. Он не проронил ни слова. Да и что он мог сказать в свою защиту? Он знал, что заслуживает наказание.

– Тебе мало того, что отец до самой смерти думал только о тебе? Тебе мало, что ты получил ферму, хотя все эти годы я обрабатывал землю и она по праву должна принадлежать мне? Тебе всего этого мало? Так ты еще должен отнять у меня Сару? – Он еще раз попытался ударить Джереми.

Джереми удалось уклониться, но он не стал подниматься с койки. Его молчание, кажется, подливало масло в огонь, и это злило Уоррена еще больше.

– Черт бы тебя побрал!

Джереми поднял руку, молча призывая Уоррена угомониться и выслушать его.

– Я не знаю, что тебе сказала Сара...

– Ничего она мне не сказала, только то, что не собирается выходить за меня замуж. Ей и не нужно было говорить больше ничего. Об остальном я догадался.

Джереми осторожно встал с койки.