Поток алмазов
Шрифт:
— Что? Сноу? Не может быть…
— Может, может!
— Что же нам делать? — беспомощно спросил Ламбэр.
— Что делать! — рассмеялся Уайтей, — дел хватит по самое горло! Мы должны разыскать Сноу, уличить его и засадить за решетку! Как видишь, есть что делать!
Глава 7
Петер Муск, занимающий последний этаж, считался образцовым жильцом, так как аккуратно вносил деньги за квартиру.
Из трех комнат одна была гостиной, вторую занимал Сноу — «племянник
Петер как раз читал книжку, в которой описывались похождения великолепного Хэйка, грозы Техаса, когда вошел Сноу.
Закрыв за собой дверь, он громко расхохотался.
Петер посмотрел на него поверх очков и опустил роман на колени.
Сноу вынул из кармана два плоских и тяжелых пакета, завернутых в газетную бумагу, и положил их осторожно на стол. Затем он подошел к камину, на котором горела лампа и стал внимательно осматривать свой костюм.
— В чем дело? Что ты ищешь?
— Кровь, мой Петер, — ответил Сноу, — пролитую человеческую кровь. Я вынужден был немного круто обойтись с одним джентльменом, имея при себе лишь оружие первобытного человека, то есть, кулак!
— Ну? Рассказывай!
— Читай дальше, больше я тебе ничего не скажу.
Петер пожал плечами.
— Предательских пятен нет, — резюмировал Сноу и подошел к столу, на котором лежали пакеты. Он вынул из кармана еще одну плоскую, круглую коробку и нажал на пружину. Крышка коробки поднялась с тихим звоном.
— Да ведь это компас, — заметил Петер удивленно.
— Верно, мой Петер, это компас, причем особенный. Он умышленно сделан так, чтобы неверно указывать части света.
— Зачем? — спросил Петер.
— Вот и я хотел бы знать, зачем это им понадобилось…
Развернув пакеты, Сноу обнаружил две металлические пластинки со странной гравировкой…
Сноу торжествующе рассмеялся.
— Ты затеваешь что-то непонятное, — сказал Петер. — Я же вижу, что ты затеваешь…
— Да, я затеваю кое-что, — ответил Сноу, тщательно заворачивая пластинки. — И если бы полиция нашла здесь эти штучки, я отправился бы за решетку лет на семь, да и ты тоже как соучастник!
Даже при слабом освещении комнаты можно было заметить бледность Петера.
— Это дело так опасно? — спросил он шепотом, — если ты так много ставишь на карту — то что же это?
— Фальсификация, — спокойно ответил Сноу. — Фальсификация банкнот, денежных знаков королевства Великобритании.
— Закопать, — пролепетал Петер.
— Не возражаю, — ответил Сноу. — Я отнесу их в надежное место…
— Куда? Будь осторожен, не попадись и не втяни меня в эту историю, я не хочу возвращаться в тюрьму! Брось их в реку, найми лодку внизу на площади Ватерлоо, — говорил он быстрым шепотом, пока Сноу собирался уходить.
Сноу направился к Лондонскому мосту. По дороге он встретил полисмена, который, как на беду, знал его и поэтому весьма радостно окликнул его. Сноу никак не разделял
— Ну, мистер Сноу, — хохотнул полисмен, — как вижу, вы опять на свободе! Ну-ну… Решили исправиться?
— Настолько, — сказал Сноу, — что вы, сэр, сможете с меня брать пример.
Он знал, что из его кармана выглядывают злополучные пакеты, знал, что полисмен со скуки начнет интересоваться их содержимым… Оглянувшись, он заметил приближающееся такси и поднял руку.
— Любопытно, какую авантюру вы затеяли на этот раз, — весело сказал полисмен.
— Это секрет, — ответил Сноу. В эту минуту возле них остановилось такси. — В Скотленд-Ярд, — бросил он шоферу и повернулся к полисмену.
— Как вы думаете, застану я сейчас главного инспектора Фельса?
— Инспектора Фельса? — изменил тон полицейский, — не могу вам сказать, мы мало что знаем о чиновниках Скотленд-Ярда… А зачем он вам?
— Очень сожалею, что не могу удовлетворить вашего любопытства, — ответил Сноу, садясь в машину, — но я сообщу инспектору, что вас это сильно мучает…
Машина тронулась, и Сноу видел через заднее окошко, что полисмен продолжает озадаченно качать головой…
За письменным столом сидел дежурный инспектор и что-то сосредоточенно писал.
— Я бы хотел видеть мистера Фельса, — сказал Сноу.
— Фамилия?
— Сноу.
— Не знаю. По какому делу?
Вместо ответа Сноу шагнул к письменному столу и скрестил два пальца.
Инспектор что-то промычал и снял телефонную трубку.
— Один из наружных… хочет говорить с мистером Фельсом… Да.
Он повесил трубку:
— Сорок семь, — сказал он, — вы знаете, как пройти.
Сноу не знал, но довольно быстро отыскал сорок седьмую комнату.
Инспектор Фельс вот уже двадцать лет занимался особо сложными криминальными делами. Это был коренастый невысокий человек, лысый, с коротенькой козлиной бородкой. Вздернутый нос, высокий лоб, кроткие голубые глаза и масса морщинок от постоянного смеха никак не соответствовали образцу сурового сыщика.
— Господи, Сноу, голубчик, — вскричал сыщик, — входите же, входите!
Он открыл ящик письменного стола и вынул сигары. Он всегда радовался своим клиентам, а Сноу был его особенным любимчиком, хотя, как ни странно, он со Сноу еще никогда не встречался… по долгу службы.
— Хотите сигару?
Сноу выбрал себе «Суматру» и закурил.
— Что вам угодно? Исповедь?.. О! Вы, вероятно, хотите кого-нибудь посадить за решетку. Мне сказали по телефону, что один из наружных меня желает видеть.
Сноу отрицательно покачал головой.
— Я это сказал затем, чтобы меня беспрепятственно допустили к вам… Один старый арестант, которого я встретил в тюрьме, ознакомил меня с условным знаком. — Он вынул из кармана пакеты и положил их на стол.