Прах
Шрифт:
— Кое-какие записи одного человека. Я должен был прочитать их сегодня.
— А о чём там?
— Да так… Не бери в голову. Ты сейчас на учёбу?
— Ага. Вот решила посмотреть перед отъездом, жив ли ты тут?
— Ещё жив, — усмехнулся я. Но осталось недолго, добавил про себя. Тело моё, конечно, продолжит жить, вот только это буду уже не я.
Когда Ира уехала, я вернулся в нашу спальню, немного вздремнул и привёл себя в порядок: помылся, побрился, надел чистый костюм для официальных визитов. После чего отправился
Мы сидели в кабинете или, точнее сказать, приёмной великого князя и общались. Ростислав прекрасно знал о пропаже Сергея Вельяминова, знал он и то, что многие считают, будто я убил канцлера. Но это никак не повлияло на его решение поддержать меня на грядущих выборах.
Ростислав заявил, что мирное существование между Московским и Новгородским княжествами возможно лишь в том случае, если я стану канцлером и новгородцы войдут в состав правительства. И не то чтобы Ростислав так жаждал войны и раскола, просто он считал, что если Голицыны останутся у власти, выдвинув свою очередную марионетку, то Новгороду придётся либо окончательно прогнуться под них, либо разорвать отношения с Союзом.
Я же сидел и думал о том, как много от меня зависит. Неужели решение мелкого князька, каким я по факту являлся, могли разрушиться целое государство?
Одно можно было сказать наверняка: если откажусь от поста канцлера, моя жизнь не будет стоить и гроша ломаного. Голицыны и Вельяминовы попытаются убить меня, у Николая не хватит сил, чтобы организовать защиту, а ГСБ и Ростислав Борецкий просто утратят ко мне интерес. Им больше незачем станет меня опекать. Ещё и разозлятся за то, что не оправдал их ожиданий.
А меня уже тошнило политики и от тех, кто наседает на меня, пытаясь использовать в своих интересах. Все они хотят власти, а я хотел послать их на три буквы и провести оставшееся время с теми, кто мне дорог, кого я люблю.
Но я не торопился раскрывать свои намерения. Предупредил Ростислава лишь о том, что наши противники могут попытаться убить меня и что в ближайшее время, возможно, стоит ждать незваных гостей. Великий князь заверил, что всегда готов встать на защиту своих подданных.
Так же я поинтересовался, удалось ли добыть какие-нибудь сведения во время ночной кибератаки на базу.
— Без сомнения, — ответил Ростислав. — Благодаря вам, мои люди извлекли много полезной информации по серым зонам. Сейчас материалы переданы учёным. Более того, я уже основал компанию, которая в будущем займётся разработками в области применения аннигилированной материи. Пока она существует, можно сказать, лишь на бумаге, но с полученными данными мы очень быстро пойдём в гору. Треть, как мы и договаривались, передам вам в скором времени.
— Не забудьте, о чём мы с вами вели речь: расширение серых зон следует ограничить, — напомнил я. —
Это должно стать одним из приоритетных направлений в работе.
— Я помню
Ростислав говорил складно, но я, к сожалению, не знал, как проконтролировать исследования. Конечно, теперь мне эта компания ни к чему, как и прибыль, которую она принесёт. Переживал я только об одном: чтобы учёные нашли-таки способ остановить бедствие.
Вечером мы с Ирой сидели на диване в прилегающей к нашей спальне комнате и смотрели кино. Было хорошо, последние, отведённые мне дни хотелось наполнить такими моментами.
Я понял, что что-то не так, когда круглые от ужаса глаза Иры, таращащиеся на меня. Фильм уже закончился, а я даже не заметил, как это произошло. Экран был выключен. Значит, снова случился провал в памяти.
— Что с тобой? — спросила Ира.
— А что со мной? — переспросил я.
— Я тебя звала, а ты никак не реагировал — просто сидел и смотрел в одну точку, — в глазах Иры читалось беспокойство. Можно представить, как её напугало моё состояние.
— В последнее время со мной такое бывает, — я потёр лицо и огляделся, стараясь понять, всё ли осталось по-прежнему и не перенесло ли меня в иную реальность.
— Это из-за серой зоны? Может, не стоит туда больше ездить?
— А я туда больше и не поеду, — я улыбнулся и прижал Иру к себе. — Не о чем волноваться.
— Ну ты же всё равно уедешь.
— Да. Я тебе говорил, что мне надо скрываться. Это ради вашей же безопасности. Если враги узнают, что я тут, будет плохо всем.
— Как бы я хотела поехать с тобой. Мы бы прятались вместе.
Мечтательная улыбка расплылась на моём лице: да, было бы здорово.
— Знаешь, что я подумал, — сказал я. — Завтра же суббота, так? У тебя короткий день. Давай погуляем? Куда хочешь: в город или где-нибудь здесь на природе?
— Хорошее предложение. Но давай лучше здесь. Я и так в город езжу каждый день. Хочется отдохнуть от суеты. Жаль темнеет рано.
— Ну так мы можем и в воскресенье провести время вместе. Хочешь на снегоходе покататься?
— Хм, я ни разу не каталась. А ты?
— Кстати, я — тоже. Поэтому, наверное, не стоит. А то вдруг в аварию попадём. Мне-то ничего не будет… Во, придумал! Давай на лыжах. Просто пойдём куда-нибудь по полям вдоль озера, где никого нет. Тишина, покой — то, что надо.
— Тоже хорошая идея, — улыбнулась Ира. — Давно не катались на лыжах.
— Вот и договорились. А в понедельник поеду обратно.