Прах
Шрифт:
Глава 21
Вечному требовалось дело, которое увлечёт его ещё на несколько сотен лет и он занялся самосовершенствование. Он жил в Гималаях и медитировал месяцами и годами, открывая в себе потаённые стороны силы. Он научился мгновенно перемещаться на большие расстояния, дематериализовать своё тело и прочим необычным вещам. Позже он нашёл особое «развлечение» — создавать различные варианты реальности и путешествовать по ним, наблюдая и изучая.
«Тогда-то я и обнаружил то, что назвал „лабиринтом вариаций“, — писал Вечный, — я создавал всё
Было похоже, что вместе с силой, мне передались и некоторые способности Вечного. Теперь я сам оказался в лабиринте вариаций, по которому блуждал, не понимая, какая из реальностей правильная.
Около сотни лет Вечный жил в образе эдакого полуматериального существа. По его словам, ни один человек в мире за последнюю тысячу лет не достиг подобного, хотя в прошлом, как он считает, возможно, имелись прецеденты.
«Я знаю имена сотен богов, которым люди поклонялись и поклоняются до сих пор, — писал он, — но все боги остались в прошлом. Если в этом мире сейчас кого-то и можно назвать божеством в традиционном человеческом понимании, то только меня. Я существую и одновременно не существую, я всё и одновременно ничто, я везде и одновременно нигде.
Моё бытие должно было давно прекратиться, но этого не происходит. Почему я обрёл столь устойчивую форму — на этот вопрос ответа я не имею. Да он и не имеет смысла, как и подавляющее большинство вопросов, которыми задавались люди».
Так же Вечный обратил внимание на проблему серых зон.
«Люди уничтожают планету. Они уничтожают дом, в котором живут и в котором будут жить их потомки. Если бы мне не было всё равно, я, наверное, вмешался бы и остановил их. Но какой в этом смысл? Всё однажды придёт к своему концу, всё завершится. Людей всегда отличало стремление к самоуничтожению, а с развитием технологий они очень сильно преуспели на данном поприще».
В книге было много подобных размышлений, они занимали значительную часть рукописи. Так же тут имелись некоторые краткие объяснения, касающиеся развития способностей.
Однако, несмотря на повальное равнодушие Вечного ко всему мирскому, имелась одна вещь, которая его всё же волновала.
«Я достигал много, но любое достижение оборачивалось ничем, я познал пустоту и скоро растворю своё сознание во Вселенной — это значит, я прекращу то, что люди называют жизнью. Если ты это читаешь, мой дальний потомок, значит, я осуществил свою последнюю волю и меня больше нет. Давно было пора уйти, но меня постоянно что-то держало. Сейчас не держит ничего. Только одно я хочу сделать напоследок: оставить наследие, передать другому человеку плоды своих тысячелетних трудов.
Но кому отдать их? Кого избрать для этой непростой роли? На земле несколько миллиардов человек, среди которых я должен найти одного. У людей во все времена было принято оставлять наследство тем, кто имеет похожий генотип, то есть кровное родство, и я тоже решил воспользоваться данным способом отбора. Я сузил число потенциальных наследников до сотни человек — тех, кто по крови являются моими дальними родственниками, и стал ждать удобного момента, чтобы ввести одного из них в такое состояние, когда в его разум будет возможно внедрить частицу моего сознания.
Мне
Таким образом, я исполнил свою волю и передал частицу моей силы тебе, мой дальний потомок. Ты откроешь или уже открыл в себе некоторые необычные способности, но к несчастью для тебя, скоро сила начнёт поглощать твою личность. У тебя начнутся провалы в памяти, и вскоре возникнет чувство, будто ты не принадлежишь самому себе, твоё сознание будет всё меньше и меньше участвовать в жизни твоего физического тела, пока не исчезнет вовсе.
Когда начнётся процесс вытеснения, ты поймёшь, где искать ответы на вопросы, которыми наверняка озаботишься к тому времени. Информация сия уже заложена в твоём подсознании, как и многие другие данные. Кроме того, подсознание защитит тебя в случае опасности, высвободив скрытые силы, поэтому я уверен, что ты, мой дальний потомок, всё ещё жив и проживёшь достаточно долго, дабы окончательно переродиться.
Думаю, ты хочешь получить объяснение происходящему, и хоть не считаю, что в этом есть смысл, всё же решил написать данную книгу, дабы ты имел общее представление».
Дальше шли пространные рассуждения, но я их читал по диагонали. Главное понял: скоро моя личность исчезнет. Вечный называл сроки от полугода до двух лет, когда полностью закончится перерождение. Полгода уже позади, и ничего хорошего не случилось, а дальше будет только хуже. И вовсе не серая пустыня виновата в моих галлюцинациях и провалах в памяти, а предок, которое умудрился прожить более тысячи лет и который «наградил» меня своей древней силой.
Вначале пришла злость. Я злился на этого тысячелетнего мудака, который даже разрешения моего не спросил. Фактически он просто убил меня, и я ненавидел его за это.
А потом пришла тоска. Минуты утекали, мой короткий жизненный путь заканчивался, едва начавшись. Скоро меня не станет, а последние дни мои превратятся в сюрреалистический ад, и чем дальше, тем будет хуже. Это заставило меня переосмыслить многое.
Казалось, что прочитав записи Вечного, я и сам постарел лет на сто. Всё, о чём я мечтал и к чему стремился, теперь выглядело бессмысленной суетой. Месть? Бизнес? Власть? Что из этого настолько важно, чтобы потратить на него последние месяцы своего существования? Да и вообще мир вокруг казался каким-то ненастоящим. Может, это снова совсем другая, неправильная реальность? Может, мне надо вернуться в лабиринт и выбрать вариацию, в которой Вечный не наделил меня древней силой и я остался простым человеком?
За этими размышлениями меня и застала Ира, заглянувшая в комнату. Наступило утро, хоть за окном ещё было темно.
— Ты сегодня так и не поспал, — Ира подошла и обвила рукой мою шею. — У тебя вид какой-то грустный. Всё в порядке?
— Ну а какой ещё может быть, когда не спал всю ночь? — я через силу улыбнулся и взял её за руку. — Прости. Мы не виделись целый месяц, а я тут… Сегодня ночью буду весь в твоём распоряжении.
— Жду не дождусь, — Ира обняла меня и прижалась своим личиком к моей щеке, а у меня слёзы наворачивались на глаза от понимания, что скоро всё закончится. — А что за книга? — Ира потянула руку к обложке, но я отстранил её.