Префект
Шрифт:
– Пока нет, но сейчас дадите.
Шлюз заработал – начал нивелировать разные протоколы давления и состава атмосферы, действовавшие на кораблях. Дрейфус тем временем попытался начисто отбросить предубеждения. Ультранавт – воплощение обманчивости. Порой внешне он не отличается от служащих «Доспехов», а внутри напичкан опасными устройствами.
Портмейстер Серафим показался Дрейфусу не такой уж диковинкой. Туловище и конечности капитана поддерживала ярко-зеленая броня экзоскелета. Голова словно сморщилась, рот и нос скрывались за серебряными решетками дыхательного аппарата, очевидно вживленного в череп.
– Спасибо, что позволили подняться на борт, – поблагодарил Серафим гортанным голосом.
Дрейфус представился и проводил ультранавта в жилой отсек катера.
– Могу я что-нибудь вам предложить, ну, как гостеприимный хозяин?
– Гемодиализ мне проведете?
– Боюсь, нет.
– Жаль. Мой корабль плохо вычищает токсины усталости. Наверное, пора менять фильтры… А к сервисному центру мне слетать некогда.
– Может, лучше кофе?
– Нет, спасибо. Вернемся к неприятной теме, которую мы хотели обсудить.
– Тема не просто неприятная. Девятьсот шестьдесят мертвецов. Об этих людях я ни разу прежде не слышал. А значит, капитан, они жили тихо-мирно и никого не трогали.
– Мне очень жаль погибших. Правда, жаль. Душа у нас есть, префект Дрейфус, и совесть тоже. Но все наверняка случилось не так, как кажется на первый взгляд, уверяю вас.
– «Аккомпанемент теней» находился так близко к анклаву, что участие другого корабля исключается.
Серафим коснулся дыхательного аппарата, будто слегка меняя параметры подачи воздуха.
– Вам не приходило в голову, что расправу учинили другие, а вину решили свалить на экипаж корабля, который оказался неподалеку?
– Ссора с ультранавтами нам с шефом совершенно не нужна. Но мы знаем, что вскрыть «пузырь» Раскин-Сарторий мог лишь корабль сочленителей.
– Другие варианты исключаются? Пушка, например?
– Такое ни одной пушке не по силам.
– Из нам известных, может, и ни одной. Только все слышали, какое страшное оружие создавалось в прошлом. Вдруг что-то дотянуло до наших дней? Все наслышаны о пушках класса «Ад»…
– Серафим, я префект и работаю с фактами, а не с домыслами, – спокойно напомнил Дрейфус. – Мифические пушки из темного прошлого искать не нужно. Есть доказательства, что здесь замешан субсветовик, большего мне не требуется.
– Тем не менее тут наверняка ошибка. Ни один экипаж на такое зверство не пойдет.
– Даже из-за нарушенного договора?
– Действовать со зла – это очень по-детски, а мы не дети.
– Ладно, а вдруг это случайность?
– Квантовые лучи самопроизвольно не образуются.
– Ясно. Значит, кто-то нажал на кнопку. Хорошо, что мы с этим разобрались.
– Ни с чем мы не разобрались. Что я, по-вашему, должен делать?
– Хочу, чтобы вы не выпускали «Аккомпанемент теней» из парковочного сектора. Это первое. Второе: не позвольте членам экипажа захватить корабль. И третье: воспользуйтесь своей властью, чтобы предать капитана правосудию.
– Многовато вы от меня
– Работа такая.
– А если ослушаюсь?
– Мы пересмотрим существующие торговые соглашения. Блистающий Пояс – десять тысяч анклавов, открытых для бизнеса, но без нашего благословения никто с вами разговаривать не станет.
– Тогда мы найдем обходные пути.
– Охотно верю, только что останется от прибыли? Для вас, капитан, может сложиться пренеприятнейшая ситуация.
– Не угрожайте нам, префект, – предупредил капитан. – Никогда.
– Это почему же?
– Потому что мы нужны вам больше, чем вы нам.
Перегородка осталась прозрачной, но, прежде чем войти к Талии, Спарвер постучал. Как младший префект третьего уровня – Спарвер был на два уровня выше Талии и ждал перевода в полевые префекты, – он имел право входить без приглашения; Дрейфус наверняка так бы и поступил. Но с тех пор как Талия влилась в их команду, Спарвер держался с ней на равных. Дочери Джейсона Нг приходилось несладко и без глупой субординации, которая была уж совсем излишней в отношениях с другим помощником Дрейфуса.
– Шеф передохнуть не дает? – осведомился Спарвер, когда Талия оторвалась от работы.
– Ничего не поделаешь. – Талия хлебнула кофе из термоса и потерла глаза. – Сперва самым важным и срочным было дело Дома Перигалов, потом его перекрыл Раскин-Сарторий. Рада, что Дрейфус доверил мне оба дела.
Спарвер стоял у ее консоли и просматривал данные, прокручивающиеся на нескольких мониторах. Талия шутила над своей способностью к скорочтению, хотя у нее индекс Клауснер [1] был куда выше, чем у Спарвера.
1
Индекс Клауснер – индекс скорочтения. Термин придуман Рейнольдсом и назван в честь Гарриет Клауснер, самого плодовитого обозревателя «Amazon.com». (Здесь и далее примечания переводчика).
– Не волнуйся, шеф тебе доверяет.
– Но сомнения у него есть.
– Почему ты так думаешь?
Талия остановила прокрутку данных.
– Имело смысл взять в «пузырь» Раскин-Сарторий меня. Структура поверхности «пузыря» известна мне, как никому другому.
– У тебя уже было столько дел…
– Сейчас их еще больше. Разве это повод не брать меня с собой?
– Дрейфус понимал, что в «пузыре» и я справлюсь, – проговорил Спарвер. – Если бы возникли сложности, ты бы взяла катер и через час прилетела к Раскин-Сарторию.
– Хочется в это верить.
– Слушай, Талия, шеф очень тебя ценит. Возможно, не показывает, но это так. Иначе просто не взял бы тебя в команду.
– Боюсь, он думает, что я недорабатываю.
– Он прямо об этом сказал?
– Нет, не говорил.
– Вот и хорошо.
– Все равно не пойму, почему он не позвал меня в «пузырь».
– Потому что операция была потенциально опасной.
– Опаснее наложения блокады?
– Потенциально да. Те, кто практически уничтожил «пузырь», вполне могли вернуться для добавки, если бы увидели деловито суетящихся префектов.