Приз
Шрифт:
Они заказали мешок муки на прошлой неделе, и Тилли по этому случаю обещала испечь пирог.
Фрэнк кивнул и поехал дальше.
Вирджиния улыбнулась Тилли, когда они остановились у витрины магазина. Там были выставлены золотые часы, красивый серебряный медальон, две прекрасные камеи и филигранные серьги с топазами. Серьги очень подошли бы Тилли. Вирджиния собиралась предложить зайти внутрь, когда раздался взрыв.
Он прозвучал очень близко, и Вирджиния страшно испугалась. Похоже, это взорвалась топка или печь, а может быть, артиллерийские
— Что это было? — испуганно спросила Тилли.
— Не знаю, — ответила Вирджиния.
Она схватила Тилли за руку, и обе побежали за угол, откуда открывался вид на бухту и Чесапикский залив.
— Господи! — прошептала Тилли.
Вирджиния в ужасе уставилась на воду. Два больших корабля вошли в бухту и находились в опасной близости от берега. Дюжины шлюпок с морскими пехотинцами в алом приближались к земле. Оба корабля одновременно выстрелили по городу.
Они завизжали и пригнулись. Ядро попало в дом в конце квартала. Позади них разбились окна.
Вирджиния и Тилли посмотрели друг на друга и прижались к стене здания.
Внезапно отряд милиции направился к ним. Мужчины в серо-голубой униформе домашнего изготовления держали в руках мушкеты или пистолеты, у некоторых были сабли. Корабельные батареи снова дали залп, и первая группа шлюпок почти подошла к берегу. Вирджиния посмотрела на ближайший фрегат. Она бы узнала «Вызов» на любом расстоянии. Это был корабль Девлина.
Тилли подбежала к милиционерам:
— Что происходит? — срывающимся голосом крикнула она, схватив одного из них за руку.
Парень лет восемнадцати с испаченным грязью лицом, светловолосый и голубоглазый, остановился, чтобы ответить:
— Британцы атакуют город. Это О'Нил и Кокберн. У них, должно быть, тысяча человек, а город защищает только милиция!
Он оттолкнул Тилли и побежал за своим полком.
Вирджиния остановилась рядом с Тилли, дрожа от ужаса. Она посмотрела на берег, куда уже выпрыгивали из шлюпок британские морские пехотинцы. Вирджинской милиции не было рядом, чтобы достойно встретить их. Грянул еще один залп. Тилли и Вирджиния побежали к ближайшему зданию для прикрытия. Пригнувшись, они увидели дым в северной части города, где, очевидно, начались пожары. Последовало еще несколько залпов.
— Мы должны найти Фрэнка и вернуться домой, — заявила Тилли.
Она была права. Но Вирджиния не двигалась с места, думая о Девлине, стоящем на шканцах «Вызова» и приказывающего своим людям атаковать ее город, ее народ, Тилли и ее саму.
Ребенок стал толкаться, и она положила ладонь на живот, пытаясь успокоить его.
Но ей было плохо, и это не была болезнь, беспокоящая ее последние месяцы. Она думала о том, что стало с их любовью и их браком.
— Пойдем, Вирджиния!
Тилли схватила ее за руку.
Вирджиния бросила последний взгляд на полоску берега, но, к ее удивлению и страху, милиция все еще не появилась, чтобы остановить атакующих. Сотни красномундирников бежали по берегу в сторону города.
— Пошли, — хрипло сказала она.
Держась за руки, они подобрали юбки и побежали, но сразу же остановились.
Сотни британских солдат, включая нескольких кавалеристов, мчались по улице, стреляя из мушкетов и размахивая саблями. Кучка милиционеров оказывала жалкое сопротивление. Вирджиния застыла как вкопанная, наблюдая за бойней, происходящей у нее на глазах. Американские милиционеры падали один за другим. Вирджиния никогда не видела столько крови и смерти. Она схватилась за живот, слезы текли по ее лицу. С ужасом она осознавала, что ее муж, ее Девлин был частью этого кошмара!
У нее началась рвота. Тилли поддерживала ее, громко шепча:
— Нам нужно идти!
Сердце Вирджинии разрывалось. Она повернулась и побежала, держась за Тилли. Свернув за угол, они остановились, в отчаянии глядя друг на друга.
— Должно быть, они спланировали вторую атаку с тыла — высадили другие отряды дальше в бухте, — прошептала Вирджиния.
— Как же нам выбраться отсюда? Мы не можем оставить Фрэнка! — крикнула Тилли.
Вирджиния сама не знала, как они выберутся из города.
— Идем, — шепнула она.
И, крепко взявшись за руки, они кинулись прочь от страшного места, но почти сразу за их спиной взорвалось здание и занялось пламенем. Они свернули на другую улицу и наткнулись на кирпичный дом. Сотня британских солдат сражалась с несколькими дюжинами милиционеров; палили мушкеты и звенели сабли. Через несколько минут ни одного милиционера не осталось в живых, все кругом было залито кровью.
Вирджиния задыхалась от подступавшей к горлу желчи.
Тилли беззвучно всхлипывала.
Красномундирники не видели их, стоящих в дверях. Конные офицеры приказывали пехотинцам перегруппироваться. Хэмптон пал. В городе идет бойня. Как же им спастись?
— Вирджиния!
Тилли толкнула ее локтем. Вирджиния проследила за ее взглядом и застыла в ужасе при виде конного офицера в голубом мундире британского флота.
— Туда! — крикнул офицер.
Вирджиния повернулась и увидела мужчину, вышедшего из конюшни. Она хорошо его знала — это был хэмптонскии кузнец Джон Эймс, в руках он держал охотничье ружье. Когда он поднял его, дюжина мушкетов выстрелила, и он упал.
Женщина с воплем выбежала из конюшни.
— Нет, Марта! — крикнула Вирджиния жене кузнеца, но было слишком поздно.
Марта упала на тело мужа, когда морской пехотинец навел на нее мушкет и выстрелил.
— Они убивают невинных людей! — хрипло сказала Тилли. — Нам нужно идти.
Вирджиния повернулась, ища офицера в голубом. Она сразу увидела его. Это был Томас Хьюз. Вирджиния уставилась на него через улицу, заваленную ранеными и мертвыми, и по ее спине пробежал холодок.
Что он здесь делает? Насколько она знала, его карьера протекала в офисах адмиралтейства в Лондоне. Но она не могла думать о нем сейчас.