Прогрессоры
Шрифт:
Тщательно прицелившись чуть выше середины груди указанного ей оленя, девочка плавно, как ее учили, надавила на спуск. Выстрел, щелчок тетивы, негромкий свист, и олень, взбрыкнув ногами, падает на бок с пробитой грудью, в которую полуметровая карбоновая стрела ушла почти по самое оперение.
– Молодец, - сказал Петрович Ляле, - Пошли, посмотрим на твою добычу.
Олень еще был жив и сучил ногами, пытаясь подняться. Но это уже была агония. Перепуганное стадо бежало, а с пригорка к нему спускались двуногие убийцы с собакой.
Сергей Петрович посмотрел на умирающего оленя и сказал Ляле, - Помнишь,
Зажмурившись от страха и отвращения, девочка вытащила нож и перерезала оленю горло. Хлынула кровь, животное дернулось последний раз и затихло. Половина дела была сделана, теперь осталось разделать и освежевать добычу - занятие кровавое и довольно грязное.
Пока Ляля с Лизой вспарывали оленью шкуру от горла до паха, Петрович, оглядываясь по сторонам, достал рацию и вышел на связь с группой Андрея Викторовича. Одного молодого оленя, уже успевшего отъестся на весенней травке, весом чуть больше центнера, им всем должно было хватить за глаза и за уши, по крайней мере, на ближайшие день-два. Так что охоту на сегодня можно было считать законченной, зато совсем не лишней была бы помощь в разделке туши и перетаскивании мяса и шкуры. К тому же почуявшие запах крови местные шакалы уже завели за ближайшим холмом свою заунывную песню, и помощь в охране и обороне добытого мяса от них тоже будет совсем не лишней.
Группа Андрея Викторовича подошла минут через пятнадцать, когда орудовавшие острыми ножами Ляля и Лиза уже наполовину сняли с оленя шкуру.
– Кто?
– спросил старший прапорщик, бросив взгляд на девочек, с перемазанными в крови руками возящихся вокруг туши.
– Ляля, - негромко ответил Петрович.
– Молоток, девка!
– так же тихо сказал Андрей Викторович, - Значит, с нее будет толк?
– Будет!
– подтвердил Петрович, - На том и стоим. Считаю, что свой экзамен на зрелость она уже сдала.
– Заметано!
– кивком подтвердил Андрей Викторович, - Возражений нет. Сегодня же торжественно и перед строем вручу ей все, что положено в вечное и безраздельное пользование...
Услышавшая эти слова Катя, тут же с визгом полезла к Ляле обниматься. Впрочем, до возвращения на 'Отважный' впереди у них еще было немало дел.
10 июня 1-го года Миссии. День двадцать седьмой. Ночь. 35 километров северо-восточнее Дувра.
Около полуночи крапающий дождик неожиданно перешел в самый настоящий ливень, сопровождаемый ураганным западным ветром. Крутая волна, разогнавшаяся на просторе Великой Реки, перекатывалась через низкую песчаную косу и раскачивала 'Отважный' несмотря на то, что тот стоял на двух якорях и был притянут швартовыми к вбитым в берег деревянным кольям. Буря ревела, потоки дождевой воды падали почти горизонтально, гром, правда, не гремел и молнии во мраке, тоже, не сверкали, но и того что было оказалось вполне достаточным. Природа разгулялась во всю свою мощь, показывая, что шутки с ней плохи.
Проснувшийся от раскачивания корпуса 'Отважного' и заунывного воя ветра в снастях Сергей Петрович откинул занавеску, быстро оделся при свете мотающейся под потолком тусклой дежурной лампочки, схватил мощный светодиодный фонарь и выскочил на палубу проверить обстановку. Там его сразу же ослепили бьющие с ураганной скоростью потоки
– Ляля?! Что ты тут делаешь?
– удивленно произнес Сергей Петрович и сразу же вспомнил тот разговор, который вечером завела с ним Марина Витальевна.
– Т-с-с!!!
– тихо сказала захватчица, - Только не шуми, Петрович. Не видишь разве, что девушке одной страшно. Ну, пожалуйста!!!
– Ляля, - строго сказал Сергей Петрович, - молоденьким девочкам вроде тебя не место в постели взрослого мужчины.
– А вот и нет, товарищ учитель, - высунула язык Ляля, - я уже не девочка, а взрослая женщина, как вы сами сказали, достигшая возраста фактического совершеннолетия и теперь сама могу решать, что мне делать и с кем...
– Ох, Ляля, - растерянно сказал Сергей Петрович, - а что на это скажет Марина Витальевна?
– Витальевна сказала, - ответила Ляля, прикрыв глаза, - что если очень хочется и по взаимному согласию, то можно. Я, например, согласна...
Приоткрыв один глаз и внимательно посмотрев им на растерявшегося Сергея Петровича, Ляля повернулась на бок, отодвинувшись к самому борту.
– Ну что ты стоишь, как неродной, Петрович, - с придыханием сказала она, - ты же совсем замерз! Иди ко мне - я не кусаюсь. Не видишь что ли, что барышня уже легли и просят?
Петрович подумал, что если сейчас кто-нибудь проснется и увидит - как Ляля заманивает его к себе под одеяло, а он упирается и ломается как какой-нибудь мальчик-ботаник, то вопросов потом будет явно больше чем ответов. Поэтому он быстро разделся и юркнул под приглашающее откинутое одеяло, задернув за собой занавеску.
– Какой ты холодный, прямо как лягушка, - прошептала Ляля, прижимаясь к нему всем своим горячим телом, - даже с пупырышками. А я тебе и место уже нагрела...
– Пупырышки бывают только у жабы, - машинально ответил Петрович.
– Это совершенно не важно, - отмахнулась Ляля, - мы не на уроке биологии. Я тебя буду греть, а ты, милый, слушай. Мы тут с девками немного посовещались и решили, что Катька, раз уж она теперь замужняя женщина и влюблена как кошка, остается со своим Сергеем, Лизе нравится Мускул, а я ухаживаю за тобой, тем более, что ты мне тоже нравишься. Не могу сказать, что я влюблена в тебя до безумия, как Катька в своего Сергея, но ты умный, добрый, совсем не страшный и относительно молодой. Мне с тобой хорошо и спокойно. В конце концов, не с местными же мне путаться, когда прямо под боком есть такая замечательная кандидатура?
– А как же Валера?
– тихо спросил Петрович, отогреваясь в блаженном тепле.
– Валерка, - хихикнула Ляля, - какой-то он квелый - третий сорт не брак. Но холостой он не останется - мы с девками об этом позаботимся.
Ляля тряхнула головой, отбрасывая со лба волосы.
– Короче, Петрович, - сказала она, - если ты сегодня ничего не хочешь, то давай спать. Теперь дай мне руку. Правильно. Вот так.
Положив голову на плечо Петровича, Ляля обняла его за грудь, чмокнула в щеку и сказала, - Спокойной ночи, милый. Сладких снов.