Прогрессоры
Шрифт:
– На себя посмотри, подруга, - гордо вскинула голову Лиза, - со своим Сергеем счастлива и довольна как кошка.
– Тихо, леди, - вмешался в разговор Андрей Викторович, - не надо ссориться. Живите сами и давайте жить другим, пока эти другие не мешают вам, и сами никому не мешайте.
– А мы и не ссорились, - сказала Катя, высунув язык, - просто, слишком много сладкого вредно.
– Сама такая, - ответила Лиза.
– Хватит, я сказал!
– нахмурился Андрей Викторович, - Сейчас обе у меня получите по наряду на кухню вне очереди.
– Слушаюсь
– Выполняй!
– сказал Андрей Викторович, и Лиза быстро юркнула по трапу в трюм - делиться своим счастьем с Мариной Витальевной. Катя же, хмыкнув, поднялась на бак к своему супругу Сергею-младшему, пришла их очередь принимать вахту впередсмотрящих.
– Что это такое с нашими девками?
– пожав плечами, спросил Андрей Викторович у Сергея Петровича, сдавшему вахту у штурвала Антону Игоревичу, - Они как с ума посходили.
Сергей Петрович осмотрелся по сторонам.
– Понимаешь, Андрей, - тихо сказал он, - сегодня в нашем девичнике произошла своего рода революция. До того, если не считать Витальевну, высшую точку в рейтинге занимала Катя, единственная замужняя дама, своего рода 'первая леди', которой вполне официально можно было 'все', а Лиза и тем более Ляля находились по отношению к ней в подчиненном положении...
– И что из этого следует?
– озадаченно спросил Андрей Викторович.
– А то, - сказал Сергей Петрович, - что если Ляля станет моей женой, а Лиза твоей, то с того момента вся женская иерархия перевернется вверх ногами, так как наш с тобой статус куда выше чем у Катиного Сергея. Вот от этого она и бесится.
– Теперь понятно, - кивнул Андрей Викторович, - И что нам с тобой делать?
– А нам ничего делать и не надо, - сказал Сергей Петрович, - Ляля и Лиза девки неплохие, мы с тобой тоже далеко не старики, так что пусть все идет как идет. А Катя перебесится и успокоится. Сегодня вечером Витальевна как раз по этому поводу собирает большой сход. Там все подробно и обговорим.
10 июня 1-го года Миссии. День двадцать седьмой. Вечер. Ночная стоянка 17 километров западнее современного города Булонь-Сюр-Мер.
Вечером, еще до наступления темноты, 'Отважный' бросил якорь у 'британского' берега в том месте, где Великая Река, дойдя до конца гряды, делала поворот почти на девяносто градусов вправо, и дальше текла почти ровно на запад. Пролив Па-де-Кале был пройден, впереди был будущий Ла-Манш, или как его звали в древности - Узкое море.
Убитый Лялей олень еще не был до конца съеден, поэтому охотничьи партии высылать не стали. Прошло совсем немного времени, и на берегу, под обрывистыми склонами прибрежного холма был разожжен огромный костер из набранного тут же плавника. Вскоре оранжевое ревущее пламя ярко освещало узкие прибрежный пляж, береговой обрыв и пришвартованный к берегу бортом 'Отважный'. К пламени этого костра вынесли даже Гуга. Ребра его подживали, гематомы рассасывались, воспаления не было, и он вполне уже мог сидеть, опираясь спиной на покрытый шкурами
– Итак, - сказал Сергей Петрович, когда все, наконец, расселись вокруг костра, - перед лицом живого огня, который олицетворяет принесенный Прометеем прогресс, позвольте мне считать общее собрание клана Прогрессоров открытым. Слово предоставляется Марине Витальевне.
– Сегодня, - сказала Витальевна, поднявшись на ноги, - нам всем надо окончательно решить по каким правилам мы будем дальше жить, вступать в брак и принимать в наш клан новых людей. Две семейные пары у нас уже есть, это если считать и меня с Антоном Игоревичем. Еще две наших девушки положили глаз на наших вождей Сергея Петровича и Андрея Викторовича и желают создать с ними семьи, несмотря на имеющуюся между ними разницу в возрасте.
– Марина Витальевна, - приторно сладким голосом сказала Катя, - скажите, а как сами женихи относятся к такой идее? Не слишком ли Ляля и Лиза молоды для брака с Сергеем Петровичем и Андреем Викторовичем?
– Молодость, - сказала Марина Витальевна, - это такой недостаток, который имеет свойство проходить сам собой. Кроме того, по законам нашего клана, с которыми вы все согласились, в том числе и ты, Катя, и Ляля и Лиза считаются фактически полностью совершеннолетними, способными самостоятельно решать свою судьбу. Сергей Петрович, официально тебя спрашиваю, как ты относишься к браку с Лялей?
– Она с ним уже спала, - выкрикнула Катя.
– Катя, - строго сказала Марина Витальевна, - клан Прогрессоров это не тюрьма. Когда ты до свадьбы 'спала' со своим Сергеем тебе никто и слова дурного не сказал, лишь бы это не шло в ущерб остальным. Тем более что и Ляля и Сергей Петрович утверждают, что они просто спали, а не делали ляльку как вы. Если ты и дальше будешь устраивать тут беспорядок, то мы все попросим твоего мужа сделать тебе строгое внушение. Да, да, через то самое место - на котором ты сейчас сидишь. Итак, Петрович, мы тебя слушаем?
– Я думаю, - сказал Сергей Петрович, - что для того чтобы люди собирающиеся вступить в брак могли проверить свои чувства и правильность принятого ими решения нам надо ввести в практику обряд обручения, после которого двое официально считались бы женихом и невестой. И пусть между мною и Лялей нет никаких особо пылких чувств, с этого момента при полном ее согласии, я официально прошу считать нас двоих женихом и невестой до того времени пока не завершится наше путешествие и мы не найдем того места на котором будет построен наш дом и разбит сад.
– Ляля, ты действительно согласна?
– спросила Марина Витальевна.
– Да, Марина Витальевна, - кивнула Ляля и, бросив на Сергея Петровича косой взгляд, чуть слышно сказала, - Согласна.
– Хорошо, - сказала Марина Витальевна, и задала такие же вопросы Лизе и Андрею Викторовичу, получив при этом, по сути, точно такие же ответы.
– Итак, - сказала она, выслушав Лизу, - если возражений нет, то решение по обоим этим случаям можно считать принятым единогласно.
Катя было дернулась, но Сергей-младший положил руку ей на плечо.