Пропащие девицы
Шрифт:
– Я рад, что ты повеселилась, малышка. Как остальные?
– Патти никогда еще так не нажиралась, – смеясь, ответила она, опуская голову на грудь Криса. – А какую она там речь выдала! Скайлер в этот момент даже, кажется, протрезвела. Обожаю Патти! Они так все классно организовали там, Крис! Ты бы только видел! А я покажу тебе фотки!
И приподнялась, взглядом пытаясь отыскать свою сумочку, но Мартин вновь потянул ее к себе, возвращая в исходное положение. Крепко обнял, поглаживая нежную спину и прошептал:
– Все потом…
И правда, все что угодно могло подождать,
– Давай трахаться, – шепнула Уильямс на ухо Крису, чувствуя, как внизу он весь напрягается.
– Ни капли стыда, – Мартин резко перевернулся, теперь оказавшись сверху. Ее возбужденное дыхание и жадные руки заставляли его поддаться. Соблазн был слишком велик.
– Люблю тебя, – выдохнула Робби, опуская ресницы.
Оставалось всего несколько дней до церемонии. Завтра утром должны были прилететь родители Робин. И все вокруг немного сходили с ума.
Но сейчас, когда они занимались любовью в залитой солнцем комнате, отдавая друг другу всю свою нежность, остальное казалось лишь шумом со сцены.
Они были влюблены. Они были счастливее всех на свете.
Разве не так это бывает?
========== Глава 48. Закаты и хеппи-энды ==========
Проснуться с роскошным мужчиной на огромной кровати в номере одного из лучших отелей побережья – такое утро можно было вставить на поздравительную открытку откуда-то из тропического рая. Такому утру можно было бы позавидовать… если бы в качестве будильника она ощутила поцелуй самого роскошного в мире мужчины, а не противное дребезжание телефона по прикроватному столику и очередные панические причитания на том конце связи.
Флорист была в панике. Ее поставщик что-то там напутал, и теперь вместо нежно-розовой андромеды привезли фиолетовые цветы. Хорошо, что Патти накануне уговорила Робин отдать ей свой телефон, иначе у кого-то случился бы нервный срыв, а за ним сорвало крышу у всего отеля. Вместо того чтобы выместить на бедной женщине все свое дикое негодование Бэйтман глубоко вдохнула, посмотрела на Бена, который упрямо пытался вернуться ко сну, и попыталась предложить выход из ситуации, не прибегая к помощи крепкого слова.
За последние несколько недель она, кажется, израсходовала весь их богатый запас. И приобрела новую профессию. Если вдруг с фэшн бизнесом все сложится не так успешно, как хотелось бы, всегда можно заняться организацией свадеб. Благо, ее гнева теперь боятся и все несчастные, которым пришлось работать над свадьбой еще несколько часов мисс Уильямс. А с масштабом предстоящей церемонии сюда можно было смело записать ту часть ЛА, которой до того везло не встречаться с Патрицией Бэйтман.
– Да, я сейчас вышлю несколько контактов. Перезвоните по результатам, – попрощалась она и, прикрыв глаза, со стоном опять опустилась на подушки.
– Неужели я не ослышался. Ты никого не послала гореть в аду и даже не отправила по любимому направлению Макса? – Бен улыбнулся и поцеловал ее в оголенное плечо, стягивая бретельку ночнушки с другого. – Хочется верить, что это все мое позитивное влияние.
Девушка провела рукой по его взлохмаченным
– Если какой-то черт меня дернет под венец, напомни о свадьбе Робби, – в сердцах произнесла Патти. – Судья решает все намного проще.
– Кажется, у меня и впрямь проблемы со слухом, – мужчина угрожающе навис над Патрицией, но та все еще не замечала угрозы, а потому беспечно ответила:
– Старость… – и не успела задушить тихий смешок.
– Не вижу ничего смешного, юная мисс, – он прибегнул к командному менторскому тону, которого не посмел бы ослушаться даже Бэтмен, – в том, что вы так беспечно отзываетесь об институте брака. Нам предстоит о-очень серьезный разговор.
Бэтмен со всеми своими продвинутыми детективными навыками, может, и распознал бы в голосе Аффлека нечто, что заставило бы отнестись к словам мужчины серьезно, только вот Патриция Бэйтман и дальше предпочитала игнорировать все опасные сигналы. Она сладко потянулась, насколько позволяло нависшее над ней тело, и с ленцой улыбнулась.
– Вот бы каждый мой серьезный разговор проходил точно так же. Я могла бы не вылезать из постели целую вечность.
– Ты просто невыносима, – он улыбнулся в ответ.
– Если бы я была Уильямс, то сейчас затаила на тебя смертельную обиду, – Патти нахмурилась, изображая, как ее подруга обижается, – но тебе повезло, потому что я, так уж и быть, восприму это как комплимент моему ангельскому характеру, а не лишнему весу.
Телефон опять требовал внимания. Бэйтман схватила его и, оставив смазанный поцелуй на щеке Аффлека, скрылась в ванной. Начинался самый длинный и изнурительный день в ее жизни. Складывалось впечатление, что замуж выдают саму Патти, а не ее лучшую подругу. Что бы там себе не думал этот традиционалист, но белое подвенечное платье на нее нацепят только в случае, когда будут опускать на шесть футов под землю. Тогда она точно не будет сопротивляться.
Став под душ, когда вода начала смывать с нее последние остатки сна и легкую помятость, девушка вновь улыбнулась. Кажется, ни в одном из журналов о свадьбе, которые Робин с приближением церемонии читала уже килограммами, не было о том, какая глупая идея рассчитывать на массаж и релакс в утро дня икс… если ты подружка невесты и организатор торжества в одном флаконе.
Обернувшись полотенцем, Патти опять потянулась к телефону. На массаже с маникюрами развлекать невесту придется Скайлер.
– Чего тебе? – ответил грубый мужской бас, и Патриция вновь рассмеялась. Возможно, глупое безудержное веселье без повода и влекло за собой какие-то кармические катастрофы (примерно так, но в разрезе христианской религии любила вещать ее мать), но, представив Макса Уильямса в маске с огурцами на глазах за бабскими разговорами у маникюрши, невозможно было сдержаться.
Бен с тревогой покосился на девушку, чтобы убедиться, что с ней все в порядке и взваленные на ее нежные плечики хлопоты не привели к очередному коллапсу с нервным срывом.