Пропащие девицы

I_Do_Believe_In_Faeries

– Дай трубку Скай, – отсмеявшись, произнесла Патти, – если ты, конечно, не хочешь провести утро со своей сестрой, чистя перышки.

В ответ раздалось неразборчивое ворчание, за ним вполне разборчивые угрозы со стороны Иендо, и, наконец, в телефоне раздался притворно бодрый голос подруги. Патриция, не откладывая телефон, переоделась и вышла за дверь. Последней запоздалой мыслью было взять зарядное устройство. Оно сегодня должно было стать ее неотъемлемой частью, будто чья-то извращенная робототехническая фантазия наконец стала реальностью.

Эта

свадьба оскорбляла все ее мировоззрение. И дело было вовсе не в том, как ненормально счастлива была Робин или каким влюбленным по уши говнюком выглядел Крис. Ей нравилось видеть Уильямс такой, какой она была с ним. Она научилась верить в то, что Мартин действительно такой любвеобильный кретин, которым кажется, и даже прониклась к нему определенной симпатией. Что ее возмущало больше всего, так это вмешательство вот этой типично мартиновой источающей любовь веры в мировую гармонию и иже с ней. Она упрямо и с треском проникала в ее мир, как чертова зараза. В моменты, когда сама она отчаивалась найти решение, а метод террора не действовал, решение приходило само собой. Как постоянно твердил ей Мартин в те редкие моменты, когда они пересекались по вопросам церемонии: вселенная всегда находит ответы на твои вопросы, просто иногда стоит подождать.

– Гребаный Мартин, – проворчала Патриция, усмехаясь. Проблема с цветами была решена его гребаным кармическо-космическим методом.

– И тебе с добрым утром, Патти, – улыбнулся Крис, отсалютовав ей стаканом с молоком.

Просто, черт подери, невозможно. Невозмутимый и приветливый, как всегда, когда оставались считанные часы и гребаная туча последних приготовлений. Сама она вот уже полчаса пряталась на кухне от геев паникеров, которые, сервируя столы, обнаружили салфетки не того оттенка слоновой кости. Видимо, вместо африканского им попался индийский. Девушка хмыкнула и сделала еще глоток кофе.

– Утром? – скептически изогнув бровь, поинтересовалась Бэйтман. Ее биологические часы говорили, что уже приближается обед. Или счастливые часов не замечают, или она сегодня встала намного раньше, чем сможет выдержать, пока не отключится за ужином в одной из тарелок с лобстерами. – Или ранний завтрак превратился в поздний ланч в попытках спрятаться от нервной невесты?

Улыбка Мартина стала немного более напряженной: Патти попала в цель.

– Скорее, пытаюсь заставить ее поесть, – пожаловался мужчина.

Патти вдохнула и, прикрыв глаза, выдохнула, а затем поднялась из-за стола. Матрин достаточно хорошо изучил ее привычки, чтобы отпрянуть, защищаясь от того, что за этим могло последовать. Но вместо нападок на Криса девушка вцепилась в одного из пробегавших мимо сотрудников кухни.

– Мне нужен основательный завтрак, – сказала она, и когда несчастный никак не отреагировал, сжала его руку чуть сильнее и добавила: – Живо!

Крис схватился за поднос, который собрали быстрее чем в ресторанах быстрого питания, но Патти положила руку сверху и покачала головой.

– Ты же не хочешь увидеть невесту до свадьбы?

Мужчина

колебался всего мгновение и отпустил поднос, вспомнив, видимо, насколько суеверна Робин Уильямс.

– Все будет хорошо, – она попыталась утешить сердобольного Мартина, вспоминая, в каком именно из почитаемых Робби за истину в последней инстанции журналов она видела статью с советами невесте в день свадьбы, один из которых был плотно поесть.

Выходя из кухни, Патриция едва не столкнулась с кем-то, кто собирался так же беспардонно, как и она сама часом ранее, ввалиться в служебное помещение.

– Полегче… – прошипела девушка.

– Патти, – раздался знакомый голос, прежде чем она успела его оскорбить, обласкав в лучших своих традициях. – Неужели ты решила принести мне завтрак в постель? – Бен выглядел таким чертовски горячим со своей самодовольной бэт-ухмылкой, что на мгновение ей действительно отшибло способность соображать и она готова была, позабыв о своих главных обязанностях, подняться в номер и не выпускать его оттуда все выходные. – Нет, это для…

– О, Бен, это наш завтрак? – рядом появился не менее самодовольный Макс.

– … Робин, – закончила она и в ужасе уставилась на что-то за спинами мужчин. Она бы узнала этот голос где угодно, этим голосом разговаривали монстры в ее детских кошмарах. Этим голосом разговаривали бы монстры в ее нынешних кошмарах, если бы их место не занял Джек Уайт. – Мамаша Уильямс, – прошептала Патриция благоговейным шепотом.

– Валим отсюда, – отрезал Макс, быстро взяв ситуацию в свои руки, и вытолкал Патти обратно на кухню.

– Вам не кажется, что это немного… невежливо? – поинтересовался Бен. – Мы должны были хотя бы поздороваться.

Уильямс и Бэйтман переглянулись и уставились на Бена так, будто он сейчас сморозил самую большую глупость в своей жизни, которая, к тому же, еще и смертельно обидела его собеседников. Патти едва удержалась, чтобы не проверить температуру, а то уж больно все походило на бред.

– Ты в своем уме, чувак? – Макс мог высказать все, как есть, ведь Макс не спал с ним. Патриция нервно хохотнула, и Уильямс на мгновение задержал на ней понимающий сочувствующий взгляд. Даже одного мимолетного взгляда на его мамашу хватило бы, чтобы тронуться умом. – Эта женщина и так вытрахала мне мозги до конца моей жизни.

– У вас прям клуб по интересам, – в голосе Бена звучало явное неодобрение. – Может, пора уже вырасти и попробовать найти общий язык с родителями? Кстати, Патти, ты так и не сказала, будут ли твои родители?

В ответ раздался неприлично громкий смех.

– Я бы их обязательно пригласила, если бы захотела сорвать свадьбу лучшей подруги, – отдышавшись, ответила девушка.

Оглядываясь назад на недели подготовки, чертову кучу выжженных нервов и выпитой крови (при чем, справедливости ради стоит заметить, последним чаще занималась именно Патриция), все это казалось таким неважным теперь, когда все замерли в ожидании невесты.