Протекторат
Шрифт:
Он удивленно посмотрел на меня:
— Прошу прошения, барышня. Мы знакомы?
Внезапно у меня возникло дикое ощущение, что я нахожусь в кабине лифта и набираю на комлоге номер таксопарка. Погас свет… И я снова очутилась за столиком. Игорь с пиццей и чашкой шел ко мне. Хотя нет, не ко мне. Он сел за ближайший к раздаточному автомату столик и принялся есть, не обращая на меня ни малейшего внимания. Тем временем толстый мужчина доел свой гамбургер и пошел себе дальше по набережной. Мы с Игорем остались вдвоем — теперь он искоса поглядывал в мою сторону,
Я сидела как парализованная и пялилась на него обалделым взглядом. В моей голове творился сплошной бедлам, мысли совсем перепутались и бросались друг на друга, словно бешеные звери. Я чувствовала, как мир уходит у меня из-под ног. Реальность, в чью твердость и незыблемость я свято верила, вдруг рассыпалась на кусочки, превратившись из цельного монолита в гору мелких осколков, которые можно слепить и так и эдак.
Боже милосердный! Это что, шутка? Или я сошла с ума? Или (о ужас!) все происходит всерьез и на самом деле? Неужели я попала в прошлое? Неужели Тори — это я?..
Наконец я сообразила заглянуть в мысли Игоря. Да, так и есть — только сегодня, всего лишь час назад, он закончил дело Алены Габровой и сейчас с горечью
и унынием думал о том, как его, взрослого сорокалетнего мужчину, угораздило влюбиться в несовершеннолетнюю девушку. Мало того — в свою клиентку. Мало того — в убийцу…
Нет, это невероятно! Этого не может быть. Не должно быть! Как же тогда свобода воли? Как же принцип причинности? Как можно влиять из будущего на то, что уже осталось в прошлом?..
А получалось, что можно. Как раз это сейчас и происходило со мной. Не было у меня никакого двойника по имени Тори — это была я сама, совершившая путешествие во времени. И других двойников, похоже, не было — ими тоже была я… то есть, конечно, еще буду. И Василова предупрежу о бомбе, и Ломбардо шарахну по голове, и устрою похищение Келли Симпсон, и даже найму киллера для собственного убийства… Бред какой-то!
Игорь повернул голову и вопросительно уставился на меня. В ответ я непроизвольно улыбнулась, встала со своего места и подошла к нему. Я не собиралась этого делать, ноги сами понесли меня. А мои уста сами собой проговорили:
— Вы не возражаете, если я посижу с вами? — Не дожидаясь согласия, я села. — Мне одной скучно.
— Такая красивая девушка — и вдруг одна, — любезно произнес он. — Как же это получилось?
— Да вот так и получилось, продолжала я на полном автомате. — Беда в том, что я слишком разборчивая. Далеко не каждого я считаю достойным составить мне компанию.
— А я, по-вашему, достоин?
— Более чем. — Это я сказала уже сознательно, притом совершенно искренне. — Вы вне всякой конкуренции.
Немного смутившись от такого явного комплимента, Игорь переменил тему:
— Давно на Дамогране?
К этому времени я уже овладела собой и, назло прошлому и будущему, ответила.
— Вообще-то меня здесь еще нет. Сейчас я только улетаю с Эль-Парадисо.
— Как это?
— Спросите что-нибудь полегче. Факт тот, что я должна прилететь на Дамогран аж через
Перед моими глазами снова мелькнула тьма — и опять я оказалась за своим столиком со стаканом апельсинового сока в руке. Игорь доедал пиццу и украдкой бросал на меня любопытные взгляды.
Значит, вот как решаются парадоксы времени! Свободы воли нет, есть лишь необходимость, а принцип причинности неукоснительно соблюдается — в прошлом происходит лишь то, что нужно для будущего. Любые отклонения стираются из ткани существования, и эпизод переигрывается заново…
Игорь открыто посмотрел на меня. Я сделала над собой усилие и осталась сидеть на месте, торопливо опустив глаза. Немая сцена между нами продолжалась около минуты, затем Игорь поднялся и подошел ко мне.
— Не возражаете, если я посижу с вами? — Он присел напротив меня, — А то я смотрю: такая красивая девушка — и вдруг одна. Как же это получилось?
Ага, понятно! Прошлое все же допускает некоторую гибкость — но только в пределах, не влияющих на общий поток реальности. Это утешало — правда, совсем немного, чуть-чуть…
— Нет, — решительно сказала я. — Так не годится. Мне больше нравится, когда я проявляю инициативу.
Игорь удивленно взглянул на меня, но спросить ничего не успел — мы уже вернулись к началу эпизода. Я встала и подошла к его столику.
— Вы не возражаете, если я посижу с вами?..
Дальше все пошло как по маслу. Я не помнила в точности наш разговор, но по ходу дела нужные слова сами всплывали в моей голове. Иногда я позволяла себе импровизировать — и, пока оставалась в определенных рамках, это сходило мне с рук. Однако несколько раз неумолимая реальность все же заставляла меня переигрывать тот или иной «запорченный» эпизод, так что сильно отклониться от генеральной линии прошлого мне не удавалось.
Убедившись в тщетности своих усилий вырваться из-под пресса времени, я в конце концов подчинилась неизбежному, расслабилась и стала получать удовольствие. Я провела волшебный вечер и еще более волшебную ночь, а утром за завтраком безукоризненно отыграла свою роль перед Юлей. На сей раз мне совсем не мешала ее «нечитаемость» — я наперед знала, как себя вести, и за каких-нибудь полчаса сумела добиться того, что девушка влюбилась в меня без памяти.
Как и следовало ожидать, мои попытки остаться в квартире Игоря ни к чему не привели. После десятка безуспешных «дублей» я сдалась и, попрощавшись с Юлей, ушла. В лифте между сороковым и тридцать девятым этажами мигнул свет — как тогда, в гостинице. Теперь я была к этому готова и даже почувствовала, как слегка дрогнул пол под моими ногами.
Я тут же достала из сумочки комлог и посмотрела на его дисплей. Как и раньше, он высвечивал сообщение об отсутствии учетной записи. Значит, я по-прежнему находилась во времени, предшествующем тому моменту, когда зарегистрировала свой номер в планетарной сети.