Противотанкист
Шрифт:
Стрелять нам сегодня больше так и не пришлось. Позицию-то мы заняли и даже окапываться начали, но сначала над деревушкой взлетели две зелёных ракеты, а потом прибежал посыльный с приказом от ротного, прибыть в Рысное. Так что в полном составе взвода, уже в сумерках, приходим на место возможной ночёвки. Неужели получится поспать ночью? Как-то в это даже не верится. Оказалось получится, и не только поспать, но ещё и поужинать. Для ночлега нам выделили одно из подворий на юго-восточной окраине деревушки. И пока ездовые распрягают и обихаживают лошадей, устанавливаем орудия на позиции, замаскировав прямо в саду, по быстрому хаваем и, выставив часовых, отбиваемся. Наше пехотное прикрытие остаётся с нами, так что людей для парного поста, хватает с избытком, поэтому смену часовых, назначаем через час. Ну а я, пользуясь тем, что сержантского состава помимо меня хватает, проёживаюсь от обязанностей начкара и заваливаюсь спать на всю ночь.
Насчёт всей ночи я, конечно, погорячился, потому что в четыре утра нас поднимают, а в пять
Расстояние в тринадцать километров мы преодолели часа за четыре, могли бы и быстрее, но пришлось подождать остальные подразделения нашего батальона, да и несколько незапланированных остановок с укрытием лишнего состава в лесу после команды «воздух», не добавляли нам маршевой скорости. В первый раз мы остановились недалеко от подбитого Мишкиным расчётом броневика, и я не отказал себе в удовольствии, рассмотреть это «чудо враждебной техники». Броневичок был небольшого размера, с бронёй, расположенной под углом, и эффективно защищающей машину от пуль и небольших осколков снарядов (несколько царапин и следов попаданий из стрелкового оружия было на корпусе), зато от снарядов сорокапятки броня не спасала. Как там говорил Василий Иванович в одном из анекдотов, — «Куда им с голыми пятками против моей шашки», — так и тут, как хвастался Мишка, они стреляли прямо через кустарник, метров с пятидесяти. Правда потом он признался, что в первый раз они стреляли осколочным, и граната скользнув по покатому заднему борту, рванула в воздухе, зато бронебойным они попали прямо в жо… мотор удирающего броневика, а потом на всякий случай влепили в него ещё парочку снарядов. Судя по пулемёту винтовочного калибра, это был S.d. 221, но получить с него, кроме морального удовлетворения, было нечего, Мишанин наводчик разделал эту коробку как бог черепаху, да ещё и огонь с двигателя, перекинулся на все остальные «части тела» и данный кусок обгоревшего железа, годился только в переплавку. С прибытием на станцию, наше участие в этой операции закончилось и, позавтракав, мы грузимся в вагоны и отбываем к месту постоянной дислокации.
Глава 4. Передышка
Приехав на станцию Земцы, платформы с нашими орудиями, повозками а так же вагон с лошадьми, прицепленные в хвосте состава, отцепляют, личный состав взвода, вместе с едущими с нами разведчиками выходит из пассажирских вагонов, а батальон практически в полном составе, правда без нашего противотанкового взвода, следует дальше, на станцию Нелидово. Выводим лошадей и, разгрузив повозки, передки и орудия, возвращаемся к себе в расположение, где и организовываем парко-хозяйственный день. Почистив оружие, приведя в порядок технику и снаряжение, уже вечером идём в баню. Целую неделю нас никто не трогает, 143-й ОРБ продолжает вести разведку в различных направлениях, но обходится своими силам.
Взводный, конечно, не даёт нам скучать, устраивая через день полевые выходы и боевые стрельбы, но это в принципе не плохо. В результате я пристрелял, и довёл до ума весь свой арсенал стрелкового оружия, которого у меня скопилось изрядно. Во-первых, это мой штатный карабин образца 1938 года; во-вторых, дважды трофеи: СВТ-40, и ППД-40; ну и в-третьих чисто немецкие трофеи: МП-40, и два друга Вальтер и Люгер он же парабеллум, причём все под стандартный немецкий 9-мм патрон. Если бы я был простым пехотинцем, то весь этот арсенал мне бы и нафиг был не нужен, но при наличии транспорта с двигателем даже в одну лошадиную силу и места в повозках, проблема лишнего груза снималась. Минимум по одному запасному трофейному стволу, было у каждого бойца нашего взвода, так что при желании, можно было вооружить ещё столько же народу. У самых ленивых был просто пистолет, а у тех кто поушлее, трофейный ПП или карабин.
Являясь по должности командиром первого орудия, я получается ещё и заместитель командира взвода, поэтому свалив свои обязанности по командованию отделением, на «хрупкие» плечи младшего сержанта Задорина, взваливаю на себя обязанности старшины батареи, хоть такой должности в противотанковом взводе штатом и не предусмотрено. Но мы действуем в отрыве от своей родной части, и тут без старшины как без рук, начиная с вещевого имущества, и заканчивая продовольствием и вооружением. Наш лейтенант парень неплохой, но ещё молодой, и любой старшина-сверхсрочник, тем более не из своей части, мог послать его. Не по матери, конечно, а к своему начальству или просто сказать, что нету, кончилось или не завезли. Я вообще-то тоже не старый в своём нынешнем теле, но всё таки 45 это не 24. И если где-то я ещё не волоку в этом времени, то вот насчёт
Одним из таких пистолетов и был «Баярд» калибра 6,35 мм. Где мы его откопали, я уже и не помню, скорее всего, с тушки фрицевского офицера. Сначала я хотел его оставить себе, как оружие последнего шанса, всё-таки маленький и компактный, да и спрятать его легко, но отстреляв из него одну обойму и больше не найдя патронов, презентовал этот трофей одной тыловой крысе, за нужную подпись. При этом я сочинил историю, в которой немецкий оберст, отстреливался из данного пистолета и застрелился последним патроном. Красивая игрушка этому чмошнику понравилась, и мы расстались довольные друг другом, ну а где он будет искать патроны, это не моя проблема, «не делал бы мне нервы», ходил бы как все нормальные люди с парабеллумом.
Вот и сейчас, я решал вопрос, где можно, кроме вещмешка, таскать противотанковые гранаты, перебирая отечественное и трофейное снаряжение. Всё-таки взвод у нас противотанковый, и воевать нам в первую очередь против танков и другой бронетехники врага, и есть или нет у нас снаряды для этого, это никого интересовать не будет. Орудия так же могут разбить, а потом проутюжить огневые, сравняв их с землёй, или застать врасплох на марше, так что пусть уж лишний груз будет под рукой. Из всего перебранного мною имущества, я остановился на немецких сухарных сумках, два «Ворошиловских килограмма» входили туда без проблем, сумку можно было повесить как через плечо, так и таскать её на ремне, правда, на ремне тяжеловато, да и детонаторы лучше хранить отдельно, но это уже не проблема. Ну а трофеев у нас хватит на всех, ещё в первом бою нахватали всякого нужного и не нужного барахла, так что и каптёрку немного разгрузим. Да и взводному можно новую идею подкинуть насчёт учебного гранатометания, всё полезней, чем строевая подготовка, и хоть Иван ею и не злоупотребляет, но когда у него заканчиваются другие идеи, взвод занимается строевой.
Экипируюсь по боевому и, повесив сумку с парой гранат через плечо, иду к командиру взвода, демонстрировать новую снарягу.
— Ты куда это собрался? — спрашивает Ванька, когда я вхожу в хату, где он планирует завтрашние «культурные мероприятия».
— Злые вы, уйду я от вас.
— Ну и уходи, — только зачем сюда-то пришёл?
— Попрощаться, да и вот эту вещь продемонстрировать, — отвечаю я, похлопав по новому подсумку для противотанковых гранат. Лейтенант идею оценил и, болтающийся без дела лишний состав взвода, почти что до ужина занят изготовлением учебных болванок, для завтрашнего гранатометания. А сам я пошёл мастерить разгрузку для боеприпасов к немецкому автомату. Но примерив снаряжение к тому и другому виду оружия, решил не заморачиваться, а оставить всё как есть, всё-таки что наши, что немцы проходили с этой снарягой всю войну, основной проблемой было только то, что в Красной армии её на всех не хватало, и часть боеприпасов или магазинов приходилось носить просто в карманах. Но у нас с нехваткой снаряжения проблем пока нет, да и что портной, что шорник из меня, как пуля из известной субстанции, поэтому прихватив с собой фляжку со шнапсом и отпросившись у взводного, иду к ремонтникам артвооружения, чтобы обсудить с ними одну интересную мысль, постучавшуюся в мою голову.
Товарищеский ужин с артремонтниками прошёл в тёплой и дружественной атмосфере, мы не столько пили, сколько обсуждали мою задумку. В результате пришли к консенсусу, как говорил последний генсек, и после завтрака, оседлав один из трофейных БТРов и припахав обоих танкистов, цепляем к нему оба передка и едем в расположение артмастерских, которые находятся в помещении железнодорожного депо. Старший лейтенант ремонтников, или точнее воентехник 1-го ранга, выделил в моё распоряжение толкового слесаря и работа закипела. Сильно ломать голову и изобретать велосипед мы не стали, как говорил один товарищ — «всё уже украдено до нас», в данном случае придумано, так что к обеду управились. Правда для этого пришлось снять с двух трофейных бронетранспортёров, некоторые «лишние» детали, зато они добавились на наши артиллерийские передки, и сейчас на левом борту каждого из них, стояли откидывающиеся кронштейны, для немецкого эмгача, а в зарядном ящике, вместе с прицелом к пушке, лежал ещё и зенитный прицел к пулемёту.