Пупсик
Шрифт:
До дворца герцогини мы не доехали. Возница остановила карету на краю похожей на просторную парковку площади.
– Приехали, Пупсик. Выгружаемся. Девочки подождут нас у кареты.
Гадюка приоткрыла дверь, и я увидел часть облицованного серым камнем здания, массивную с блестящей металлической окантовкой дверь. Не заметил ни вывеску, ни надписей, поясняющих, что за этой дверью скрывается.
Здание ресторана напоминало крепость. Мне еще не доводилось видеть в городе такие узкие, похожие на бойницы окна. Да и дверь ресторана наводила на мысль о том, что его
Я выбрался вслед за Гадюкой наружу, спрыгнул на землю. С удовольствием почувствовал, что пол под ногами не покачивается и не вибрирует. И главное: за время поездки я не успел отбить ягодицы о твердую лавку. Но домой все же надеюсь вернуться пешком.
На встречу с Сорокой мы не опоздали. Нам даже пришлось дожидаться ее.
Астра осталась в карете. В ресторан вошли только я и Гадюка.
Там нас встретили две широкоплечие девицы. Коротко стриженные, почти с меня ростом. Со шпагами и пулеметами. Пулеметы висели на уровне бедер девиц, вставленные в кожаные чехлы.
Увидев женщин, понял, почему, когда я сменил одежду, на улице перестали узнавать во мне мужчину. Одень я сейчас такую же, форму, повесь на бок шпагу, и органично вольюсь в их компанию. У меня даже грудь размером не отличается от бюстов этой парочки!
Гадюка предъявила наше приглашение на входе в клуб. Пожилая дама, выглянувшая из-за спин охранниц, поправила очки с круглыми стеклами, просканировала нас взглядом. На ее парализованном лице не дрогнул ни один мускул. Дама бесцеремонно отобрала позолоченную карточку у Гадюки, жестом подозвала к себе розовощекую женщину в фартуке официантки, двумя короткими фразами отдала той распоряжение.
Розовощекая кивнула и велела нам следовать за ней.
Женщина повела нас в ярко освещенный зал, в центре которого я увидел круглый стол, рассчитанный на восемь персон, в окружении обитых бархатистой тканью стульев с подлокотниками. Его зеленая скатерть напомнила мне бильярдное сукно. Она аккуратно обрамляла ножки стола, свешивая к полу короткую золотистую бахрому.
Остальные столы, более привычной для меня формы, двумя ровными рядами прижимались к краям зала. Их отгораживали друг от друга тонкие стены.
Официантка проводила нас в одну из таких кабинок. Я успел заметить, что все кабинки пустуют. Странно. В кафе «У Рябины» в это время всегда было многолюдно.
Женщина поправила на нашем столе белую скатерть и ушла, не сказав нам ни слова.
«Чувствую себя посылкой, которую бросили на стол дожидаться адресата», – пожаловался я.
«Персонал ресторана ясно дает понять, что не признает за вами права находиться в их заведении».
– Хороший тут сервис, – сказал я.
– Да уж, обслуживание здесь, наверняка, на высшем уровне, – ответила Гадюка. – Только не для всех. Без леди Сороки в этом клубе нам не подадут даже чай.
Рассматривая пустой зал, мы с Гадюкой скучали до прихода графини. Изредка обменивались пустыми фразами. Принюхивались к проникавшим в зал из кухни ароматам. Живот Гадюки приветствовал их урчанием. Я же старался не морщиться, мысленно
«Ты только обещаешь, – сказал Ордош. – Я пока даже яичницу в твоем исполнении не попробовал».
«Подожди, колдун, – сказал я. – Ты еще узнаешь, какие шедевры кулинарного искусства может творить хорошо обученный талантливый повар, имеющий за спиной сотню лет практики».
Леди Сорока ворвалась в зал полная энергии, источая хорошее настроение. Черную повязку на лице она заменила белой. Ее правый глаз задорно блестел, на пухлых губах сверкала улыбка.
– Вы уже здесь?! – сказала она. – Великолепно! Просто замечательно!
Чеканя шаг, позвякивая шпорами, графиня устремилась к нашему столу. Она шла уверенно, размахивая правой рукой, а левой пытаясь придерживать оставленную в гардеробе шпагу. Но я уловил, что к ароматам из кухни с ее появлением добавился спиртной запах.
– Неси бутылку вина, – приказала леди Сорока знакомой нам официантке, следовавшей за ней по пятам. – А лучше сразу две. И что-нибудь поесть. Чем это пахнет? Мясо с овощами? Великолепно! Его и подавай. А еще салаты и нарезки.
И сказала уже нам:
– Ваше с богиней лечение, мальчик, дало неожиданный результат.
***
– Хочу поделиться с вами своей радостью, – сказала графиня. – Дочь сегодня выглядит значительно лучше. Кушает с аппетитом. Даже порывается встать с кровати. Что бы там ни сидело в ее теле до вчерашнего вечера, сегодня в ней этого, без сомнения, нет. И еще…
Леди Сорока залпом осушила бокал вина.
– Великолепно!
Промокнула губы салфеткой.
– Богиня вчера излечила не только синюшку! – сказала графиня. – Пять лет назад моя девочка игралась с охотничьими псами. И кобель имперской гончей отхватил ей три пальца правой руки. Я, конечно, задушила гада собственными руками! Но это не вернуло дочери оторванные фаланги.
Графиня прикоснулась к прикрывавшей левый глаз повязке.
– Я знаю, что такое быть калекой. Но я лишилась глаза на службе. А представьте, каково остаться без пальцев в детстве! Слушать, как дети за спиной называют тебя беспалой! А ведь она еще и мечтала пойти по моим стопам, стать офицером. Кому нужны в армии инвалиды?
Я наполнил графине бокал. Убрал пустую бутылку.
Мы с Гадюкой успели лишь пригубить вино. Неплохое. Но, на мой вкус, излишне терпкое.
– А сегодня утром я увидела чудо! Богиня прислушалась к твоим молитвам, мальчик! И пожалела мою деточку. Она вырастила дочери пальцы! Мы заметили это только утром. Они еще тонкие, заметно тоньше остальных, хоть те и усохли за время болезни. Полностью отросли только кости. Но пальцы шевелятся! Они слушаются ее! Это главное. А мясо нарастет!
«А я-то гадал, почему заклинания растворяются, как в бездонной бочке, – сказал Ордош. – Всех голубей извел. А оказывается, я еще и пальцы восстанавливал. Ладно, хоть не ногу! Трех десятков голубей не хватило бы».