Радио Судьбы
Шрифт:
Внезапно стало как будто холодно, Рита поежилась. «Вроде был нормальный парень. А оказался – какой-то маньяк. Идиот». Она зашагала быстрее.
Пройдя последние метры по высокой траве, Рита оказалась на утоптанной тропинке. Теперь, конечно, и речи не могло быть о том, чтобы ехать с ним дальше. С этим идиотом. Она зашагала назад, в сторону цистерны, прошла немного и остановилась.
«Он, конечно, идиот. Но в его словах есть резон. До тех пор пока бензовоз не оттащат с дороги, движение не восстановится. Значит, мне надо попасть на ТУ сторону, тогда, может, кто-нибудь
Она решила подождать, пока Джордж закончит со своими делами, сядет на мотоцикл и уберется отсюда. Тогда она тоже пойдет по тропинке вперед. «Пусть сначала уедет».
Она прислушалась. Двигатель «Урала» ровно стрекотал в какой-то сотне метров от нее. Рита огляделась, нашла удобный пенек и села, ожидая, когда шум двигателя начнет удаляться.
Она сняла с плеч маленький рюкзачок. Жаль, что там не было никакой еды: с самого утра, в ожидании прыжка, ее подташнивало от волнения, она даже не стала завтракать и не могла себе представить, что сможет сегодня впихнуть в себя хоть что-нибудь. А теперь червячок, живущий где-то под ложечкой, проснулся и настойчиво требовал свою дневную порцию. Рита достала из рюкзачка пачку тонких сигарет с ментолом, зажигалку и закурила. Кто бы мог подумать, что этот день окажется таким богатым на приключения?
«Правда, не очень-то приятные», – вспомнила она ухмылку Джорджа, расстегивающего штаны.
У нее не было страха – только отвращение. Если этот маньяк мог мочиться, значит, вид ее голой задницы не слишком-то его возбудил. А может, его вообще ничто уже не могло возбудить? Такое тоже бывает. Нет, этот байкер не казался ей опасным – только противным. Страшно противным. «Странно, что я не заметила этого раньше».
Она вспомнила, как ехала, прижавшись к его спине, и вкус ментола во рту показался ей отвратительным – словно она жевала грязную половую тряпку.
«Вот дура-то! И чего ты села к нему на мотоцикл?» – твердила рациональная часть ее сознания. Но другой, тонкий и вкрадчивый, голос шептал: «Откуда же ты могла это знать? И потом – ничего ведь страшного не случилось? Подумаешь! Разве не тем же самым ты занималась в детском саду, уступая просьбам мальчишек?»
«Ну... Одно дело – в детском саду, и совсем другое...»
«Нет. Ничего другого. Все то же самое. Никакой разницы, девочка! Или, может, ты хочешь сказать, что с ТЕХ пор ни разу не видела член?»
«Ну... Видела, конечно. Но это совершенно другое...»
«Это то же самое. Абсолютно то же самое. Как он сказал? Ничего нового? Но все равно приятно. Тебе ведь было приятно?»
Рита возмутилась:
«Мне? Было приятно видеть его вонючий, даже не напрягшийся член? О господи, это даже не смешно!»
«Тебя это сильно задело, да? То, что он не возбудился при виде твоей голой задницы – красивой задницы, надо отдать ей должное! Не так ли? Тебя ЭТО больше всего задело? Если бы он попытался тебя изнасиловать, это показалось бы тебе... Более естественным, правда?»
«Чушь! Чушь собачья! Я что, похожа на мазохистку, которая прямо-таки изнывает при мысли о том, что ее изнасилуют? Бред!»
Она прислушалась. Второй
«Надо было ему врезать! Между ног! Наверное, я бы так и сделала, если бы не боялась, что он окатит меня струей – с ног до головы!»
Рита засмеялась. Она сама не заметила, как засмеялась – тихо и дробно, будто рассыпала по полу нитку стеклянных бус, немного нервно. Раньше она никогда так не смеялась, но не обратила на это внимания.
Она бросила окурок на землю и раздавила его ногой. Встала с пенька и прислушалась: двигатель по-прежнему стрекотал где-то неподалеку. Наверное, этот байкер не собирался уезжать. Он, небось, сидит и ждет, когда она вернется. Придурок!
«Жди, жди. Я тоже подожду. Время есть...»
Внезапно она услышала негромкий шорох за спиной, и в следующий момент крепкая ладонь зажала ей рот, а рука – "Обхватила плечи. На нее будто накинули прочную веревку, которая не давала пошевелиться.
– Тихо, детка! Не дергайся! Я знал, что ты далеко не уйдешь! Тебе ведь интересно, что будет дальше? И мне тоже – очень интересно! Мне кажется, мы с тобой еще повальсируем...
Голос. Это был его голос. Даже не голос – а тихий, свистящий шепот, как воздух, выходящий из проколотой камеры. Свистящий и... прерывающийся, будто от возбуждения.
Рита попыталась пнуть его пяткой, но байкер налег всей тяжестью ей на плечи, теперь любая попытка оторвать ногу от земли неминуемо закончилась бы падением.
– Ммм! – замычала Рита, но Джордж не обратил на это внимания.
– А? Как ты думаешь, детка? Повальсируем?
Она изо всех сил дернулась, пытаясь освободиться, но байкер крепко держал ее. Он был сильнее, что, в общем-то, неудивительно. Нет, он был ГОРАЗДО сильнее.
– Ты не хочешь со мной разговаривать? А так?
Большой палец его правой руки – той, что закрывала рот – прищемил ей нос. Девушка почувствовала, что задыхается. Она попыталась вздохнуть – и не могла. Левая рука байкера сжимала ей грудь, выдавливая остатки воздуха, а правая – перекрывала все дыхательные пути, предусмотренные природой.
– Ну как? – прошептал он ей в самое ухо. – Может, теперь ты будешь поласковее?
Рита забилась, чувствуя, как паника постепенно заполняет все ее существо, лишая последних сил для сопротивления. Она пробовала мотать головой, но все тщетно – Джордж прижал ее голову к своему плечу. Теперь она вовсе не могла пошевелиться.
– Детка, ты не любишь вальс? Это такой замечательный та нец... Ну что? Не передумала? – Он подождал еще минуту, и в тот момент, когда Рита окончательно перестала сопротивляться, когда ее тело стало мягким и податливым – когда он ее немного ПРИДУШИЛ, – отпустил палец и слегка ослабил захват.
Струя воздуха с шумом ворвалась в легкие Риты. Она судорожно вздохнула – так глубоко, как только могла. От этого в носу появилось неприятное ощущение – будто ей прижгли ноздри раскаленными железными прутьями. На глазах у девушки выступили слезы.