Разбойник
Шрифт:
Габриэль действительно выбрал самое дальнее от камина кресло, чтобы его лицо, больше не скрываемое маской, скрывал хотя бы полумрак. К тому же так ему удобнее было наблюдать за тремя мужчинами, которые знали Скарлетт с детства и которые, наверное, будут окружать ее всю оставшуюся жизнь. Роберт Лоренс, как понял разбойник, был расчетливым, но далеко не бездушным. Он сильно отличался от тех хладнокровных деловых людей, согласных даже душу дьяволу продать ради денег. Марк Джепкинс, отец Тайлера, являл собой копию своего делового партнера, но, как показалось Габриэлю, был добрее. Ну а младшего Джепкинса, жениха
Рассказы о компании Габриэль слушал лишь краем уха. Все равно это ему ни к чему. Он пришел сюда только ради Скарлетт. Она просто расцвела, когда увидела его в своей карете, и не переставала тайком улыбаться ему всю дорогу. А сейчас девушка заглядывала в комнату сквозь щель в двери. Габриэль это точно знал, потому что уже не раз бросал туда взгляд и встречался с зеленым блеском ее глаз.
Разговор тем временем подходил к концу. Джепкинсы готовились отправиться домой, а Габриэль еще не знал, как ему сделать так, чтобы остаться. На выручку пришла Скарлетт. Когда мужчины, наконец, вышли из гостиной, она встретила их у двери.
— Как прошли переговоры? — спросила она отца, стараясь не выдать сквозившей в ее тоне насмешки.
— Месье Винсенье выслушал нас и обещал подумать.
— Спокойной ночи, дорогая! — Тайлер склонился, чтобы поцеловать Скарлетт в щеку, но она улизнула так, что его губы только еле-еле коснулись ее кожи.
— Спокойной ночи. Папа, неужели месье Винсенье поедет сейчас в город? Уже поздно, на дороге очень опасно. Что, если нападут бандиты? — Скарлетт выражала искреннее беспокойство.
— Скарлетт права, Роберт, — вмешалась миссис Лоренс, присоединяясь к ним. — У нас готова гостевая комната?
— Я прикажу Мод приготовить, — выпалила Скарлетт, слегка улыбнувшись. Затем обернулась к Габриэлю: — Месье, мы будем рады предложить вам нашу комнату для гостей. Вы наверняка очень устали и захотите отдохнуть?
— Мерси, мадемуазель, — Габриэль слегка поклонился ей, а Скарлетт едва не захохотала.
— Что ж, тогда до завтра, — заключил Марк Джепкинс и они с сыном отправились во двор к своей повозке. Роберт пошел их проводить.
Скарлетт и ее служанка проводили Винсенье в его комнату. Пока Мод стелила постель, мисс Лоренс и француз о чем-то тихо болтали. Мод пожалела, что не знает французского. Она не подозревала, что Скарлетт намеренно взяла именно ее с собой, чтобы служанка не услышала разговора.
— Спокойной ночи, месье. Я приду, когда все уснут, — прошептала Скарлетт и ушла, оставив пораженного ее словами Габриэля одного.
Скарлетт переоделась в ночную рубашку с кружевами и набросила сверху халат. Она уже придумала с десяток предлогов, которые могла бы использовать, если вдруг встретит кого-то по пути. Вышла попить воды, мучает бессонница, головная боль, в конце концов, вышла в туалет или вообще можно притвориться, что она ходит во сне. Самое главное — добраться до гостевой комнаты, а там ей уже не придется никому ничего объяснять. Он и так все поймет без слов.
Она попыталась унять дрожь в коленках. Хорошо еще, что Мод была настолько сонной, что только помогла Скарлетт снять платье. Иначе сейчас она бы только путалась
Скарлетт еще раз посмотрела в зеркало. Она чувствовала себя настоящей распутницей. Подумать только — она сама идет к мужчине в комнату, чтобы лечь с ним в постель! Скарлетт глубоко вздохнула, поправила полог на своей широкой кровати, которая бы больше подошла для любовного свидания, чем комната для гостей. Но в спальню к Скарлетт в любое время мог кто-то войти, а вот в комнату к гостю — никто бы не осмелился без стука, а тем более, ночью.
Девушка потушила лампу и выскользнула в коридор. Кажется, где-то хлопнула дверь? Да нет, это ее сердце так бешено стучит. Скарлетт продолжила свой путь. К счастью, она ни с кем не столкнулась, пока шла в комнату, где расположили их сегодняшнего гостя. Скарлетт открыла дверь, стараясь не шуметь, и скользнула внутрь. Там стояла кромешная тьма.
— Габриэль? Ты здесь?
— Боже, Скарлетт, я думал, ты уже никогда не придешь!
На нее тут же обрушился шквал поцелуев. Габриэль прижал ее к дубовой двери за ее спиной. Его руки спустились с плеч девушки на ее талию, а затем ниже. Пальцами он подцепил подол халата и потянул вверх. Скарлетт, обнимая его одной рукой за шею, второй развязала пояс своего халата и сбросила его с плеч. Габриэль продолжил ту же игру с ее ночной рубашкой, пока девушка свободной рукой нашаривала позади себя дверной замок. Повернув ключ, она заперла дверь изнутри.
— Ты сумасшедшая. Ты знаешь об этом? — прошептал Габриэль ей в ухо, а затем покрыл это самое ухо влажными поцелуями.
— Не думала, что ты будешь жаловаться, — улыбнулась она, уткнувшись носом ему в шею. Она вдохнула такой знакомый аромат и лизнула кожу языком. Послышался тяжелый вздох Габриэля.
— Я не жалуюсь, — ответил он, когда снова смог произносить слова. — Просто не могу поверить, что ты настолько сумасбродна. Это опасно.
— Я в своем доме, — прошипела Скарлетт ему на ухо. — А в своем доме я буду делать то, что захочу. И пока ты мой гость, ты должен подчиняться мне. Так что заткнись и люби меня.
Габриэль подхватил ее на руки и понес к кровати. Слабый лунный свет проникал в комнату сквозь занавески, поэтому Скарлетт могла видеть очертания фигуры любимого мужчины. Он положил ее на постель, сбросил халат и присоединился к девушке.
Их любовь в этот раз была более чем страстной, всепоглощающей, но в то же время, необычайно нежной и трепетной. Габриэль учил ее, как доставлять ему удовольствие, и не оставлял без внимания Скарлетт. Она задыхалась, тело плыло на волнах удовольствия, пока он с протяжным стоном не задрожал на ней… в ней…
Отдышавшись, они лежали, не размыкая объятий, слишком счастливые, чтобы мыслить здраво и как можно быстрее расстаться, пока не наступило утро.
— Я так скучал по тебе, Скарлетт, — прошептал Габриэль в ее волосы.
Скарлетт вздохнула и потянулась, прижимаясь к нему еще теснее.
— Тогда давай не будем больше расставаться! — горячо зашептала она.
— Мы не можем…
— Мы можем все, что захотим, Габриэль. У тебя так хорошо получается играть роль богатого француза. Попроси у моего отца моей руки! Мы с тобой уедем куда-нибудь вдвоем, а они пусть думают, что во Францию.