Рок
Шрифт:
– Вижу, - ответила Маргарита и, ласково улыбнувшись, положила узкую ладонь на вздрогнувшую от прикосновения руку Марафета, - вам не придется взрывать муниципальную собственность. Я принимаю ваше приглашение. Вы интересны мне.
Едва сдерживая возбуждение, Марафет встал и, наклонившись, поцеловал руку Маргариты. Выпрямившись, он сказал:
– В восемь часов за вами приедет лимузин.
– Вы знаете, где я живу?
Марафет самодовольно ухмыльнулся и, не сказав ни слова, вышел из зала.
Володенька стоял,
При виде необычно воодушевленного босса, он отлип от стены и, сделав шаг навстречу, спросил:
– Ну, как телка, нормальная?
– Молчи на хуй! Не твое собачье дело, - ответил Марафет и летящей походкой направился к машине.
Вернувшись в гостиницу, Маргарита быстро приняла душ и, вытираясь мохнатым полотенцем с виньеткой отеля, вышла в спальню.
Взглянув на часы, она увидела, что до свидания с Марафетом остался еще час. Подойдя к зеркалу, занимавшему всю стену, она критически осмотрела себя и не нашла никаких изъянов, кроме маленького шрама на внутренней поверхности бедра, который остался у нее с детства. Однажды, когда она лазила с мальчишками на деревья, под ней обломился гнилой сук, и, свалившись на землю, она напоролась на кусок арматуры, торчавший из земли. Было море крови, родственники вокруг нее падали в обмороки, но все обошлось, и теперь Маргарита даже была рада тому, что у нее есть материальное доказательство того, что она когда-то была маленькой девочкой.
Одевшись, Маргарита подошла к зеркалу вплотную и стала смотреть себе в глаза. Она многозначительно шевелила бровями, презрительно щурилась, удивленно округляла рот, трепетала ноздрями, в общем, занималась мимической гимнастикой, и это занятие отняло у нее добрых полчаса. Роковая женщина всегда должна быть в форме, и Маргарита никогда не забывала об этом. Наконец она была вполне готова, чтобы идти на свидание с ничего не подозревавшим Марафетом и вернуться, неся на шесте его шкуру.
Маргарита села в кресло и поставила на колени телефон.
Наморщив лоб и подняв глаза к потолку, она пошевелила губами и, вспомнив номер, быстро набрала его. Пока в трубке звучали гудки, она еще несколько раз повторила мимический этюд милой девичьей забывчивости, затем на другом конце линии сняли трубку и голос Знахаря произнес:
– Посольство Занзибара слушает.
Маргарита усмехнулась и спросила:
– Это у вас продается славянская кровать с тумбочкой?
Знахарь ответил официальным тоном посла, зачитывающего ноту с объявлением войны:
– Свободные граждане Занзибара спят на своей свободной земле и не пользуются дьявольскими изобретениями белых ублюдков, - и, изменив тон, спросил: - Ну, что там у тебя?
– У меня все в порядке, - ответила Маргарита и потянулась за сигаретами, - клиент созрел. Он в меня влюбился, и теперь я стою перед выбором - ты
– Зато у меня больше денег.
– А у него лимузин.
– Тебе лимузин нужен? Сейчас пойду и куплю.
– А у него благородная седина и золотой перстень.
– Седина у меня тоже есть, а перстни я не ношу из принципа.
– Он солидный.
– А я молодой.
– Он ведет меня в ресторан.
– Я куплю тебе собственный ресторан.
– Он держит все Западное побережье.
– Но скоро станет нищим. Маргарита вздохнула и сказала:
– Вот именно это и удерживает меня от того, чтобы, забыв о тебе, броситься в его объятия.
Знахарь тоже вздохнул и ответил:
– Все вы, бабы, такие…
– Нет, не все! Я одна такая. Что, скажешь - нет?
– Одна, одна, успокойся. Давай, рассказывай, как все прошло.
– Ну… Он явился на выставку на второй день. Я встала в позицию номер восемь, сделала глазки номер тридцать один, и у него съехала крыша. Он с ходу заявил, что весь этот русский балаган не для меня, и пригласил в лучший кабак Лос-Анджелеса. Через час, когда мы с ним встретимся, он наверняка предложит мне стать его женой. А также подельщицей, бандершей и марухой.
– И вас обоих когда-нибудь расстреляют туманным утром у крепостной стены.
– Здесь тебе не Испания. Здесь сажают на электрический стул.
– Тоже нормально. Я бы посмотрел. Ты мне лучше скажи, заинтриговала ты его или нет?
– Ха! Я заинтриговала его так, что он теперь ночей спать не будет, пытаясь догадаться, что же у меня за тайные планы. Я использовала самый верный способ. А именно - сказал ему всю правду.
– Что значит «всю правду»?
– забеспокоился Знахарь.
– А то и значит. Я сказала, что эта русская неделя - только для отвода глаз, что у меня другие цели, что со временем общественность, в том числе и он, узнает все, и это окажется не таким интересным, как ему кажется сейчас. В общем, дала ему понять, что по бабской привычке делаю секреты на ровном месте.
– А он что?
– Он сверкнул глазами и сказал, что я поразила его в самое сердце. Обещал взорвать «Пэсифик Холл», если я откажу ему в свидании.
– Ого!
– Вот тебе и «ого»! Он, в отличие от некоторых, ведет себя, как настоящий влюбленный джентльмен. Не то что ты. Хвать меня в воде и давай трахать без разговоров. Чуть океан из берегов не вышел.
– А как еще с вами обходиться?
– Вот я сегодня и узнаю.
– Между прочим, в океане ты сама ко мне пришла.
– Ну и пришла.
Разговор перешел в фазу приятной болтовни ни о чем, но в это время в трубке у Маргариты раздался мелодичный сигнал.
– Извини, - прервала она себя на полуслове, - звонят по второй линии. Это, наверное, за мной лимузин приехал.