Рукопись Ченселора
Шрифт:
– Как я уже говорил в прошлый раз, Ченселор возобновил работу над романом. Вараку удалось ознакомиться с рукописью. Повороты событий романа поразительны. А еще появились два новых действующих лица. Одно из них – слегка замаскированный персонаж из его книги, а другое – встречается в его записях. Это человек, которого ищет Ченселор. Первый персонаж – журналистка Филлис Максвелл, второй – бухгалтер по фамилии Пол Бромли. Он работал в управлении общих служб. У кого-нибудь есть информация об этих людях?
Ни у кого такой информации не оказалось. Но имена были названы, вторая ловушка поставлена. «Если выводы Варака окажутся верными, –
Разговор затих. Браво дал понять, что совещание окончено. Он отодвинул было кресло, но тут раздался голос Уэллса:
– А Варак в прихожей?
– Да, он здесь, – подтвердил дипломат. – Как обычно, обеспечивает наш покой.
– Мне бы хотелось задать ему вопрос, однако сначала я задам его всем вам. В доме в Роквилле были установлены микрофоны. Вы говорили о звуках, которые свидетельствовали о вторжении каких-то людей в дом, о том, что они вели обыск в кабинете Макэндрю, однако при этом никто из них не произнес ни слова. Снаружи была установлена кинокамера, но и она ничего не зарегистрировала, так как налетчики оказались вне ее поля зрения. Получается, будто они знали об установке аппаратуры.
– К чему вы клоните? – резко спросил Монтелан. – Я не уверен, что мне нравится ваш намек.
Бэнер взглянул на Пэриса. «Безошибочный шаг, – подумал Сент-Клер. – Граница проведена. Граница между львами. Между молодыми, которые восстают против стариков и друг против друга. И каждый из них рычит, отстаивая свое право быть вожаком».
– Мне это кажется странным. Досье было похищено таким образом и в такое время, что, по-видимому, смерть Гувера для похитителей не была неожиданностью. Месяцы интенсивного расследования ничего не дали. Один из лучших специалистов разведки докладывает, что ничего не обнаружил. У Браво рождается идея использовать для этой цели писателя Ченселора. Специалист разведки приводит план в исполнение. Писатель получает информацию и приступает к работе. Те, кто завладел досье Гувера, встревожены и принимают меры против Ченселора, причем действуют так нагло, что кажется, вот-вот обнаружат себя. Но на кинопленке мы никого не видим, а на магнитофонной ленте ничего не слышим…
– Вы хотите сказать… – подавшись вперед, начал Монтелан.
– Я хочу сказать, – перебил его Бэнер, – что, хотя наш специалист славится своей методичностью и обстоятельностью, вчера эти качества ему явно изменили.
– Это уж слишком! – взорвался Кристофер. Вся его худощавая фигура сжалась, костлявые руки задрожали. – Вы имеете представление о том, кто такой Варак? Что он видел в жизни? Что движет им?
– Мне известно, что его переполняет ненависть, – мягко ответил Бэнер. – И это пугает меня.
За столом воцарилось молчание. Правда, высказанная Фредериком Уэллсом, произвела должный эффект. А что, если Стефан Варак руководствовался иными категориями, нежели они? Что, если им руководила ненависть, о которой никто из присутствующих не знал?
Сент-Клер вспомнил слова Варака: «…Я найду наци в любом обличье, в какие бы одежды он ни рядился, и буду преследовать его. И если вы думаете, что существует разница между порядками Третьего рейха и тем, что пытаются насадить с помощью этих досье, то здорово ошибаетесь». А после того как наци найден и уничтожен, самый лучший способ взять под контроль его приспешников – овладеть досье.
Браво отпихнул
– Попросите, пожалуйста, мистера Варака.
Стефан Варак встал за пустующим креслом Генезиса, изучая членов Инвер Брасс. Сент-Клер внимательно наблюдал за агентом, пока не встретился с ним взглядом.
– Мистер Варак, у нас к вам вопрос. Мы хотели бы получить на него точный ответ. Прошу вас, Бэнер.
Бэнер повиновался:
– Мистер Варак, используя Ченселора, вы надеялись добиться такого развития событий, которое вывело бы нас на досье Гувера. Достаточно было опознания, визуального или по голосу. Вы устроили ловушку, и это свидетельствует о том, что вы понимали, насколько ответственно порученное вам задание. И все же ваша признанная методичность, ваш профессионализм на этот раз никак не проявились. И вот я задаю вопрос: почему? Было бы просто установить две, три, шесть камер, если в этом была необходимость. Сделай вы так, охота теперь бы уже закончилась, досье были бы в наших руках. В чем дело, мистер Варак? Почему вы не позаботились об этом?
Кровь бросилась Вараку в лицо. Все признаки, обнаруживать которые он учил Браво, появились на лице самого лучшего учителя. Неужели гнев, как и страх, вызывает не поддающуюся воле человека химическую реакцию, о которой говорил Варак? Сент-Клер положил палец на спусковой крючок. Прошло мгновение. Варак овладел собой.
– Ваш вопрос справедлив, – спокойно сказал он. – Попытаюсь ответить на него как можно точнее. Как вам известно, я работаю один, за исключением редких случаев, когда приходится прибегать к помощи других. Но эти люди никогда не сумеют узнать меня. В данном случае мне помогал шофер нью-йоркского такси. Он посадил к себе в машину Ченселора и женщину, повез их до аэропорта. Их разговор он записал на пленку. Потом позвонил мне в Вашингтон и прокрутил запись. Так я впервые узнал о том, что они остановятся в Роквилле. У меня было очень мало времени, чтобы собрать аппаратуру, добраться до дома и установить ее там. Хорошо, что удалось установить хотя бы одну камеру с инфракрасной пленкой. Вот мой ответ.
Снова воцарилось молчание. Члены Инвер Брасс испытующе смотрели на Варака. Держа руку под столом, Сент-Клер снял палец со спускового крючка. Он потратил целую жизнь, чтобы научиться отличать правду от лжи. По его мнению, то, что он сейчас услышал, было правдой. И он молил бога, чтобы оказаться правым.
Глава 21
Питер проснулся по привычке в половине пятого. Как обычно, встал с постели, подошел к креслу, на котором лежал портфель, и извлек из него блокнот в кожаной обложке.
Он и Эдисон занимали люкс в отеле «Хей-Адамс». И сейчас Элисон предоставлялся случай познакомиться с привычкой Питера работать в столь ранние часы.
Она услышала, как он встал, и вскочила в постели:
– Горим?
– Прости. Я не думал, что ты проснешься.
– На улице еще темно. Я даже не вижу тебя. Что случилось?
– Ничего. Уже утро. Именно в эти часы я люблю работать. Усни, а я пойду в другую комнату.
Элисон покачала головой и снова улеглась. Питер улыбнулся и с блокнотом в руках направился в гостиную, к кофейному столику, который стоял около дивана.