Рюммери
Шрифт:
– Слезы Создателя, может, хоть поторгуешься? – прошипел бородач, покосившись на Рюмси.
– А зачем? – пожал плечами охранник, подмигнув девочке. – Я в этом не разбираюсь. А вот в оружии знаю толк, так что, как ты любишь говорить, сделка выгодная. И, возможно, этот самый нож даже спасет твою жизнь.
Торговец больше не стал противиться. Он неохотно протянул Рюмси мешок с зерном, добавив несколько слов на своем родном языке. Явно дегейских и явно обидных. Больше он не сказал ничего, хотя Рюмси продолжала чувствовать его недовольство и раздражение,
Рюмси ухватила мешок: он оказался приятно тяжелым.
Рядом появился Кир:
– Нам пора.
– Постойте, дети, – остановил их торговец. – Возможно, у вас есть серебро, точнее, эти… полумесяцы, – его голос стал тише. – Клянусь Создателем, я не стану спрашивать, как вы их получили.
Глаза Брэкки заинтересовано засияли.
– А Создатель не обидится? Он ведь все видит, – ехидно буркнул Кир.
Торговец вздохнул и снисходительно покачал головой, словно услышанное его горько разочаровало:
– Я ведь вам не враг, детки.
Кир лишь фыркнул.
– Идем уже отсюда – за нами следят, – толстяк украдкой огляделся по сторонам. – Черт побери, раздобыли, а теперь еще сберечь нужно. Рюмси, ты сможешь бежать со своим зерном?
Она неуверенно кивнула. Радость мигом улетучилась, и Рюмси осознала, насколько устала. И теперь пожалела, что мешок такой тяжелый.
Вдруг сзади нависла огромная тень. Рюмси сотрясла неприятная дрожь, она резко оглянулась, еле сдержав крик.
– Не пугайся. Я вас проведу, – прогремел тот самый умный дигген, обращаясь непосредственно к Рюмси. – Я забыл тебя поблагодарить, просто непривычно видеть чью-то заботу о нашем брате.
Рюмси нервно улыбнулась и выдохнула. Сейчас ее интересовало лишь одно: как эти горы мышц так неслышно двигаются.
Гигант протянул ей кривой рог.
– Выпейте немного, вы явно устали. Это взбодрит.
Рюмси приняла рог двумя руками, чтобы не расплескать, и, поднеся ко рту, вдохнула приятный будоражащий аромат. Отпив, она усмехнулась, но тут же поморщилась – напиток оказался невероятно горьким. А по цвету – темнее ночи.
Кир тоже отведал, причем с явным интересом. Брэкки отказался.
Назад возвращались через деревню. Напиток и правда взбодрил, добавив сил. Рюмси испытывала благодарность к одноглазому гиганту за защиту и больше всего за то, что им не пришлось возвращаться через гору. К огорчению Рюмси, дигген больше ничего не говорил, следуя за ними бесшумной тенью. А первой начать разговор она не решалась.
Как всегда, не молчалось Брэкки.
– Ну ты даешь, – восхищенно проговорил он. – Я и не подумал тот нож подобрать.
– Какая разница? – усмехнулась Рюмси. – Мы ведь в один дом несем… нажитое. Я рада быть полезной.
Брэкки взглянул на свою торбу и слегка смутился.
– У тебя прям талант торговаться, – заключил он с восхищением в голосе. – Как ты вообще догадалась продать нож тому головорезу?
– Однажды мы рыбачили со старостой… – начала Рюмси.
– Со Свинопасом,
Рюмси нехотя кивнула: она не любила, когда кто-то, кроме нее, его так называл.
– Так вот, мы рыбачили на хитроумные перья с крючком, – продолжила Рюмси. – Они, конечно, довольно симпатичные, но я не понимала, зачем рыба их хватает. Староста пояснил, что рыба принимает перья за упавших насекомых. Я тогда еще пошутила, мол, насекомых я бы тоже не хватала. И знаешь, что ответил староста?
– Что? – к удивлению Рюмси, вопрос задал Кир. В его глазах даже светилась некая заинтересованность.
– Он ответил, что тоже не находит насекомых привлекательными и больше любит запеченный лук. Но, охотясь на рыбу, он должен учитывать ее вкусы, а не свои.
– И оружие оценит тот, кто знает в нем толк. Умный человек ваш староста, – заключил Кир.
– Был, – горько проговорила Рюмси.
– А ты разве не о Короче?
– Нет, он не староста, – холодно сказала Рюмси. Она никогда не признает старостой этого человека.
– Жаль, – грустно проговорил Кир. – Всегда хотел научиться рыбачить на удочку. Подумал было, ты нас познакомишь.
Брэкки покосился на диггена и чуть слышно прошептал:
– Ну вот, чтоб мне в Вечном Лесу ночевать, теперь все начнут считать, что я знаюсь с диггенами. Лучше бы сами шли.
– Дурак ты, Брэкки, – буркнул Кир. – Черт ногу сломит, запутавшись в твоих приоритетах.
– Кир, а зачем ты дразнил торговца? – спросила Рюмси, желая потушить назревающий спор.
– Они меня раздражают. Ведь не верят они ни в какого Создателя. А для корысти прикрываются его именем. Попробуй обидь слугу Создателя, мигом набежит толпа золотых.
– А ты встречал золотых? – удивилась Рюмси.
– Угу, было дело.
– А это правда, что у них золотые доспехи? – восхищенно спросил Брэкки.
– Насколько я слышал, позолоченные, – неохотно проговорил Кир. – Чертовы фанатики ходят в них, чтоб приманивать грабителей, которые настолько глупы, что захотят на них напасть.
– Ты издеваешься? Чем уже они-то тебе не угодили? Золотые – защита нашего мира. Они путешествуют, истребляя зло.
– Ну, если так ставить вопрос, то, конечно, да – герои, – ответил Кир, вероятно, надеясь, что Брэкки замолчит.
– А как нужно ставить вопрос?
– Стоит ли их сраное геройство того. Я до сих пор помню, как в корчму, скрываясь от них, забежал черт. Так они обгородили корчму, не дав никому уйти живым, и сожгли здание. Но да, черт зато не спасся.
– Черти лучше?
– Не мне судить, – выдавил Кир.
– А вот я считаю, что по заслугам. Увидь я хоть одного – сразу плюнул бы в рогатую рожу. И тем, кто с ними якшается, тоже плюнул бы.
– Вот знаешь, друг, что меня больше всего… удивляет? Ты сидишь в этой глуши, среди гор и Вечного Леса, и ни черта, ни золотых в глаза не видел, но при этом рвешься судить, опираясь лишь на слухи.