Рюммери
Шрифт:
– Как это не видел? – огрызнулся Брэкки. Казалось, его задело только это. – Я как-то видел миестога около корчмы. У него светились глаза, и он был полностью голым. А каждый знает, что миестоги ходят голые, зачем богам-то одежда?
– Черт бы тебя побрал, Брэкки. Серьезно? Возле корчмы? – Кир рассмеялся. – Какой-то бедолага последнюю одежду пропил, вот и бродил голый. А глаза светились от сушняка.
Сзади разразился раскат грома – дигген тоже смеялся.
– Ах, так? А проклятых я тоже не видел? Вчера один мужик
– Они великие создания, которые превратились в рабов. Не стоит над ними насмехаться.
– Каждый получает то, чего заслуживает. Вот как я считаю.
– Замолчи, Брэкки! – не выдержала Рюмси. – Пожалуйста, замолчи. Я не желаю слушать о подобной чепухе. Это оскорбляет память моих родных. Чем мои братья и все, кто погиб, заслужили такую участь? За что наша деревня заслужила голод?! А мы, в конце концов, заслужили лазить в этом… в этом дерьме?! Вечный Лес, мы же дети!
Всю оставшуюся дорогу шли молча, каждый погрузившись в свои мысли.
– Какого черта?! – начал Кир, когда они почти пришли.
К ним навстречу бежала хрупкая девочка, немногим младше Рюмси. Она довольно ловко двигалась, несмотря на свой болезненный вид.
– Я же сказал ждать меня дома!
– Мне там страшно одной, – молвило нежное создание. – Эти бледные стены невероятно жуткие и напоминают мне кричащие лица.
Рюмси ее понимала: иногда она испытывала похожее чувство.
– Покорнейше прошу прощения, не сердись, братик, ладушки? – продолжила незнакомка. – Лучше представь меня своим друзьям. Не хочешь? Это, должно быть, Брэкки? Кириус много о тебе рассказывал.
Круглая физиономия Брэкки так раскраснелась, что если бы он окунулся по шею в реку, то походил бы на заходящее солнце.
– Впервые вижу с Кириусом девочку, как чудесненько. Мое имя Валисса. – Она улыбнулась, излучая доброту и невинность.
– Я Рюмси.
– Хорошее имя.
– Твое тоже.
– Надеюсь, мы подружимся, – прощебетала Валисса, забавно вытирая промокшее лицо нижней частью сорочки.
На открывшихся ребрах девочки виднелись странные шрамы, складывающиеся в некие буквы.
– Держи лучше, раз уже приперлась, – Кир протянул сестре выменянную лепешку.
– До послезавтра, стало быть? – спросил Кира Брэкки.
– Угу, – кивнул тот. – Я же говорил, мне нужно будет отлучиться.
– Братик, а можно с тобой?
– Посмотрим.
– Ты всегда так говоришь. Ну и как ваши похождения? – без особой заинтересованности спросила Валисса, слегка надкусив лепешку.
– Рюмси повезло, – Кир указал на ее мешочек.
– Повезло, – согласилась Рюмси, хоть и считала, что судьба задолжала ей куда больше везения.
Она обернулась, чтоб поблагодарить диггена, но того уже не было рядом.
Глава 3.
1
Рюмси проснулась от разговоров в большой комнате. За окном угасал закат и опускалась ночь. Девочка чувствовала, что не сможет больше уснуть. Осенью темнело довольно рано, хотя жара никуда не исчезала.
Рюмси открыла дверь и слегка зажмурилась от света. Мерцание свечей делало комнату невероятно похожей на пещеру. На стенах сгущались и плясали тени, принимая порой совсем уж причудливые формы.
Рюмси увидела Щуро – отца Брэкки – и незнакомого мужчину в дорогой одежде. Они сидели за столом и выпивали. Запеченный лук и капуста заманчиво блестели в ярком свете свечей.
Щуро был высоким и худощавым, с очень добрым взглядом. Незнакомец, наоборот – полным, с глазами, как у лисицы.
Щуро имел огромную шевелюру хоть и седых, но густых кудрей. У незнакомца же, казалось, все волосы попрятались от жары, оставив только лысый череп. Зато в обилии росли в носу, на ушах и на остроконечной кривой бородке, словно там нашли свое укрытие.
Но, несмотря на несхожесть, складывалось ощущение, что знакомы эти двое давно.
– М-да, любопытная деревня, – проговорил незнакомец. – Хотя жителей у вас многовато для деревни.
– Уже меньше, – с досадой проговорил Щуро. – А дальше станет еще меньше. Но я понял, к чему ты клонишь. Слово «деревня» пошло от того, что поселение древнее. Стало быть – деревня.
– Я всегда считал – потому что из дерева построена. Хотя у вас-то дома из камня.
Щуро пожал плечами и поднял взгляд на Рюмси:
– Садись, не стесняйся, – проговорил он, будто лишь сейчас ее заметил.
– Твоя? – спросил лысый, с улыбкой взглянув на Рюмси. Но в его глазах улыбки не было, лишь интерес. – Ты, помнится, говорил, у тебя только трое сыновей.
– Нет, не моя, – ответил Щуро и осушил разом всю кружку. – Но ей больше некуда идти.
– А ты не изменился, по-прежнему добряк, – на этот раз незнакомец оглядел Рюмси с более заметным интересом, слегка оживившись.
– Ее зовут Рюмси, – представил Щуро. – А это…
– Меня называют Лис, – проговорил незнакомец, почесывая орлиный нос, а затем погладив кривую бородку. Голос звучал властно, но приятно. – Ты тоже можешь меня так называть. Я – торговец.
Лис привстал и поклонился.
Он был одет богато и красиво, но красота не выглядела чрезмерной, как у жрецов из Золотого Города, которые выглядели, словно женщины в день праздника. Плащ прекрасной шерсти, расшитый золотыми нитями, ниспадал до колен торговца. Но, несмотря на богатство одеяния, никто бы не назвал его непрактичным. Плащ явно хорошо защищал от дождя, ветра и холода. А сапоги, при всей их красоте, выглядели не только надежно, но и удобно.