«С» - значит сыщик
Шрифт:
Рошель подошла к тумбочке и открыла ящик. Диц уселся на край кровати и начал перелистывать страницы. Я могла сказать, что он умирает от желания закурить. Вообще, если бы я курила, то хотела бы закурить сама. Это была та самая кровать, где я застукала своего бывшего мужа с любовницей, во время рождественских праздников. Веселенькие получились праздники…
Диц посмотрел на меня.
— Сколько здесь больших отелей?
Я немного подумала.
— Только три или четыре, которые ему бы понравились.
Потом спросила Рошель:
— Он бы зарегистрировался
— Сомневаюсь. Обычно он использует псевдонимы. Его любимые Марк Дариан или Дариан Дэвидсон, если только не придумал другое, в этом случае я не знаю.
Диц листал страницы со списком отелей и мотелей.
— Эй, Диц?
Он посмотрел на меня.
— Я бы попробовала сначала Эйджуотер. Может, его вчерашне появление на банкете было просто идиотской случайностью.
Он помолчал немного, пока до него дошло. Потом рассмеялся.
— Это хорошо. Мне нравится.
Он нашел номер и набрал его, его внимание сосредоточилось на человеке, который взял трубку.
— Могу я поговорить с Чарльзом Эбботом, из охраны? Да, спасибо. Я подожду.
Диц прикрыл ладонью трубку и использовал паузу, чтобы посвятить Рошель в события вчерашнего вечера. Он прервал свой рассказ.
— Мистер Эббот? Роберт Диц. Мы разговаривали с вами вчера, по поводу охраны банкета….
Правильно. Извините, что беспокою вас снова, но хочу попросить об одолжении. Вы можете проверить, нет ли у вас постояльца по имени Марк Дариан или Дариан Дэвидсон… возможны вариации. Тот же человек. Мы думаем, что с ним маленький мальчик. Конечно…
Видимо, Диц теперь ждал, пока Чарльз Эббот сверится с книгой регистрации постояльцев.
Он повернулся к Рошель и продолжил рассказ с того места, где остановился. Казалось, у нее не было никаких проблем следовать за ним.
Наблюдая за Рошель, я начинала понимать, насколько она была взвинчена, несмотря на уравновешенный фасад. Это была женщина, которая, наверное, ничего не ела под воздействием стресса, которая жила на постоянной диете из кофе и транквилизаторов.
Я встречала таких матерей, как она, обычно, ходивших туда-сюда в клетках зоопарка.
Никакие признаки приручения не перевесят свирепости и ярости. Лично я была счастлива, что никогда не дотрагивалась до ее детеныша.
Когда Диц закончил, выражение ее лица было мрачным.
— Вы понятия не имеете, насколько он жесток. Марк очень, очень умен и у него сверхъестественная интуиция психопата. Вам приходилось сталкиваться с такими? Это почти чтение мыслей…
Диц собирался ответить, когда вернулся Чарльз Эббот.
— Да. Правильно, мальчику пять.
Он немного послушал.
— Большое спасибо. Конечно.
Он положил трубку с преувеличенной осторожностью.
— Он там, с мальчиком. Они в одном из коттеджей. Видимо, только что отправились в бассейн поплавать. Я сказал мистеру Эбботу, что неприятностей не будет.
Рошель ответила, — Конечно, нет.
— Вы хотите позвонить в полицию?
— Нет, а вы?
По взгляду, которым они обменялись, было ясно, что они полностью поняли друг друга.
Она взяла с
Я ухмыльнулась, но выражение Дица было нейтральным. Боже, он критиковал мой пистолет.
— Что вы собираетесь делать, если мы заберем Эрика? Вам нельзя возвращаться домой.
— Я взяла напрокат машину, которую оставлю в аэропорту. Мой брат — пилот, и он заберет нас на площадке, которая называется Нептун Эйр. Мы с Марком однажды ею пользовались.
Диц повернулся ко мне.
— Ты знаешь это место?
— Более-менее. Это часть аэродрома на Рокрид роуд.
Он обратился к Рошель.
— Во сколько он прилетит?
— В девять, что дает нам достаточно времени, правда?
— Да. А что потом?
— У меня есть место, где мы можем прятаться столько, сколько захотим.
Диц кивнул.
— Ладно. Это звучит хорошо. Давайте так и сделаем.
Я помахала рукой, чтобы привлечь внимание Дица, и кивнула на дверь.
— Можно тебя на пару слов?
Он взглянул на меня, но не пошевелился, так что мне пришлось продолжать.
— Мне нужно кое-что проверить, и мне понадобятся колеса. Давайте, я возьму машину из проката, а вы возьмете «порше». Вы знаете, где Мессинджер, и что вам делать. Я там буду не нужна.
Последовало молчание. Я сдерживала себя, чтобы не завести бессмысленный диалог. Я слишком стара, чтобы умолять и хныкать. Я просто не могла представить нас, двигающихся в виде процессии через город, чтобы похитить мальчика или завязать перестрелку с Марком Мессинджером. Мое присутствие было излишним. У меня была другая рыбка для поджаривания. Рошель заряжала свой пистолет — оба патронника. Странно, но что-то в этом заставило меня ощутить тяжесть в желудке.
Я видела, что Диц колеблется, как ответить на мою просьбу. Шестым чувством я чуяла, что ему было бы легче, если б я была с ним. Не глядя мне в глаза, он достал ключи от машины.
— Возьми мою. Есть шанс, что Мессинджер может заметить нас на стоянке. Мы возьмем машину из проката. Помни, о чем я говорил. Никаких глупостей.
— И тебе того же желаю, — ответила я, может быть, резче, чем хотела. — Встретимся на аэродроме.
— Будь осторожна.
— Ты тоже.
26
Было 4.42, когда я подъехала ко входу на Маунт Калвари, второй раз за день. Длинная линия эвкалиптовых деревьев отбрасывала тонкие тени на дорогу. Я проехала через них, как через серию ворот, поднимаясь по холму. Свернула налево, на стоянку возле офиса и припарковалась у фонтана. Ярко-оранжевые золотые рыбки стремительно проносились между темно-зелеными нитями водорослей. Я заперла машину. Высокие резные двери в часовню были открыты. Я прошла мимо двойного ряда с образцами надгробных плит. Трудно сказать, что бы я предпочла с первого взгляда. Дошла до офиса и вошла через стеклянную дверь. Там никого не было, за стойкой было пусто, если не считать аккуратной стопки открыток с изображением крематория. Интересно, кому можно послать такую?