Сапфир

Мэтьюз Патриция

– Милый, я действительно люблю тебя, и ты должен верить, что я не сделаю ничего такого, что может навлечь на тебя позор. И я обещаю никогда больше не видеться с Брайаном Макбрайдом, если тебе это так неприятно. Это будет не так просто, ведь мы работаем в одной области, но я обещаю, что стану избегать его. Тебя это устраивает?

– Наверное, устраивает – сказал он, снова задрожав.

Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его, стараясь не морщить нос: от Уилла сильно разило виски.

– Ну вот, – сказала

она, взяв его за руку. – А теперь ложись спать. Утром тебе полегчает.

Он неуверенно засмеялся:

– Я за это вовсе не могу поручиться. Я сегодня так надрался.

Помогая мужу улечься в постель, Регина поклялась себе самой, что сдержит слово. Даже если в ней и сохранилось какое-то чувство к Брайану, встречи с ним могут вновь разжечь страсть, которую она к нему когда-то испытывала, а это будет предательством по отношению к Уиллу. Это может разрушить ту прекрасную жизнь, которую она себе создала при поддержке Уилла – отличного человека, который так безгранично любит ее.

Когда наутро Регина встала, Уилл все еще спал, и она решила не будить его. Она понимала, что ему нужно как следует выспаться. Пусть спит. Ничего не случится, если он придет в магазин попозже. Сама она могла бы прийти туда прежде него, но, наверное, он еще больше огорчится, если, проснувшись, узнает, что она ушла.

Она позавтракала и пошла в детскую к Майклу, когда Уилл зашевелился в спальне. Она слышала, как он прошел в ванную, услышала, как из крана полилась вода. Прошел почти целый час, прежде чем он наконец появился в детской, одетый для работы. Вид у него был осунувшийся и измученный, глаза все еще налиты кровью, и на щеке засохла кровь – он порезался, когда брился.

– Доброе утро, Регина, – сказал он глухо. Она внимательно посмотрела на него.

– Доброе утро, милый.

– Регина, я хочу извиниться за вчерашнее…

– Тсс… – Она кивком головы показала на Майкла. – Потом.

– Папа! – громко закричал Майкл и подбежал к Уиллу, а тот, обняв его, поднял на руки. Мальчик изо всех сил обхватил Уилла за шею.

Он вздрогнул, потом неуверенно засмеялся:

– Ты скоро будешь сильным как бык, Майкл. Ты меня задушишь.

– Ага, папа! – Майкл засмеялся и принялся колотить своими крохотными кулачками по плечам и шее Уилла.

Господи, такая же безудержность в чувствах! С каждым днем сын все больше напоминал ей Брайана. Сделав над собой усилие, она прогнала эти мысли и сказала:

– Папа еще не позавтракал, сынок. Ты побудь здесь, поиграй с котенком, пока папа поест.

Опустив мальчика на пол, Уилл вышел из комнаты вслед за Региной.

– Бетель обещала, что не даст остыть твоему завтраку.

Он тяжело вздохнул:

– Я не могу сейчас ничего есть, только выпью крепкого кофе.

– Если ты не поешь хоть немного, тебе потом станет еще хуже.

Услышав,

что они идут в столовую, Бетель поставила на стол подогретую тарелку с яйцами, почками и поджаренным хлебом. Когда Уилл уселся, она налила ему чашку крепкого кофе.

– Миссис Лоуген? – И Бетель сделала движение рукой, держащей кофейник.

– Да, прошу вас.

Уилл одним глотком выпил полчашки. Глядя на Регину через весь стол, он проговорил с униженным видом:

– Как я могу искупить в твоих глазах вчерашний вечер, Регина? Я вел себя как скотина. Напиться до такой степени само по себе дурно, но то, что я тебе наговорил, просто непростительно.

– Удивляюсь, что ты вообще что-то помнишь, – сухо ответила она.

– О, я помню каждое слово. – И он с отсутствующим видом принялся за еду и вскоре ел уже с большим аппетитом.

– Тебе совсем не нужно думать или говорить о том, что ты сделал, Уилл, но я и на самом деле прощаю тебя. На этот раз. Но тебе нельзя так много пить, дорогой.

– Не пили меня, Регина. Она начала сердиться.

– Я никогда не пилю тебя, Уилл, и ты это знаешь. Я просто констатирую факт. Ты разумный человек, ты сам знаешь, что много пьешь.

Плечи его опустились.

– Ты права, я знаю, что ты права. Это просто потому, что… ну не могу я не думать о тебе и Брайане Макбрайде.

– Ты должен это прекратить, – сурово сказала Регина. – Ревность – вид ужасной болезни. Она разъедает человека. Я видела это по Петеру Мондрэну. У тебя же для ревности нет совершенно никаких оснований.

– Постараюсь это запомнить. – Он слабо улыбнулся. – Обещаю сделать все, что могу. А теперь… – он расправил плечи, – мне нужно отправляться в магазин. Я уже и так опоздал.

– Раз уж мы оба опоздали, подожди, пока я оденусь, и мы пойдем вместе.

Вскоре они уже шли по Пятой авеню. Всю неделю стояла хорошая погода, но сейчас внезапно снова похолодало, сыпал снег. Регина вздрогнула и обхватила себя руками.

– Может, лучше возьмем экипаж, Регина? – тревожно спросил Уилл. – Я не знал, что на улице так холодно.

– Ничего страшного. Я люблю ходить пешком. Он взял ее под руку почти робким жестом, и они двинулись дальше.

– Не забудь, в пятницу я отплываю в Англию, – напомнил Уилл.

– Да, я помню. Но лучше бы ты не ездил, Уилл. Ты обещал нанять надежного человека, который будет ездить на закупки в Европу. Дело не только в том, что тебе это трудно, – мне еще не нравится, что тебя так часто нет дома. Я по тебе скучаю, да и Майкл тоже.

– Знаю, что обещал, но не так-то просто найти человека, которому можно доверять. Хорошие камни – основа нашего дела. Да и деньги на ветер нельзя бросать.

Она погладила его по руке.

– Но ты попробуешь?

– Я обещаю. Мне и самому эти поездки уже кажутся утомительными.