Сатиры
Шрифт:
Для чего ты, негодный, хоть малую часть из сокровищ,
Накопленных тобой, не приносишь отечеству в жертву?
Или, ты думаешь, счастье тебе одному не изменит?
Время придет, что и ты для врагов посмешищем будешь.
Кто в переменах судьбы понадеяться может на твердость?
Тот, кто умел покорить и тела привычки и гордость,
110 Или кто, малым доволен, на будущность мало надеясь,
Мог, как мудрец, быть готовым к войне в продолжение
Верьте мне: мальчиком бывши еще, знавал я Офелла!
Нынче бедняк, и тогда он, при целом именьи, не шире
Жил, чем теперь. На своем, для других отмежеванном поле
Он и доныне с детьми и со стадом живет, как наемщик.
"Нет, никогда, - говорил он, - по будням не ел я другого,
Кроме простых овощей и куска прокопченной свинины!
Если же изредка гость приходил иль в свободное время
Добрый сосед навещал особливо в ненастную пору,
120 Я не столичною рыбою их угощал, но домашним
Или цыпленком или козленком. Кисть винограда,
Крупные фиги, орехи - вот что мой стол украшало.
В мирной игре между нас - проигравший пил лишнюю рюмку,
Или, в честь доброй Цереры, чтоб выше взрастали колосья
Наших полей, мы заботы чела вином прогоняли.
Пусть же Фортуна враждует и новые бури воздвигнет!
Чт_о_ ей похитить у нас? Скажите, мои домочадцы,
Меньше ль счастливо мы жили с тех пор, как у нас поселенец
Новый явился? Ни мне, ни ему, ни другому природа
130 Ведь не назначила вечно владеть! Он нас выгнал, его же,
Если не ябеда, то расточительность тоже прогонят,
Или наследник, его переживший, владенье присвоит.
Нынче землица Умбрена, прежде землица Офелла,
Но, по правде, ничья, а давалась в именье на время,
Прежде Офеллу, а после другим. Сохраним же всю бодрость!
Твердую душу поставим пр_о_тив ударов Фортуны!"
Пер. М. Дмитриева
3
Дамазипп
Редко ты пишешь! Едва ли четырежды в год ты пергамент
В руки возьмешь! Лишь только наткал, и опять распускаешь,
Сам недоволен собой, что вино и сонливость мешают
Славы достойный труд совершить. Что из этого выйдет?
Что ж ты на дни Сатурналий сюда убежал? Напиши же
Здесь, протрезвясь, что-нибудь ожиданий достойное наших!
Что? Ничего? Так напрасно ж перо обвинять и напрасно
Бедные стены, созд_а_нные в гневе богов и поэтов!
Мы по лицу твоему от тебя превосходного много
10 Ждали, когда ты под сельскую теплую кровлю сокрылся.
Для чего же привез ты с собою Платона с Менандром?
Что же взял в свиту свою Эвполида
Хочешь ли зависть ты тем усмирить, что возьмешь у достоинств?
Нет, лишь презренье одно наживешь! Отбрось же ты леность,
Эту сирену свою, иль и то, что и лучшею жизнью
Ты приобрел, потеряешь опять!
Гораций
Да даруют же боги
Все и богини тебе, Дамазипп, брадобрея за этот
Столь полезный совет! Но как я тебе столь известен?
Дамазипп
С той поры, как попал я у среднего Януса на мель,
20 Я, оставив свои все дела, занимаюсь чужими.
Прежде любил я исследовать бронзу лохани, в которой
Ноги мыл хитрый Сизиф, разбирал, где заметна в ваяньи
Слабость резца, где металл отлился неудачно и грубо,
Знал я, чт_о_ статуя ст_о_ит, сколько тысяч сестерций;
Домы, сады покупать, в том со мною никто не равнялся,
Так что меня при продажах любимцем Меркурия звали.
Гораций
Это я знаю. Дивлюсь, как от этого ты исцелился!
Дамазипп
Так, как бывает это всегда, что всякая новость
Выгонит старое. Крови прилив к голове или к боку
30 Вдруг обращается к груди. Иной летаргией был болен;
Смотришь - врача своего на кулачный уж бой вызывает!
Гораций
Лишь бы меня не касалось; с другими - будь что угодно!
Дамазипп
Друг, понапрасну не льстись! Все глупцы, да и сам ты безумен,
Если нам правду Стертиний твердил. От него я науку
Превосходную принял тогда, как меня убедил он
Мудрую эту браду себе отрастить в утешенье
И от м_о_ста Фабриция в мире домой воротиться:
Ибо, когда я в упадке всех дел, с головою покрытой,
Броситься в волны хотел, он стоял уж по правую руку.
– ---
40 Ты берегись недостойного дела, - вскричал он.
– Ты мучим
Ложным стыдом, ты боишься безумным прослыть меж безумцев!
Но рассмотрим во-первых: что есть безумие?
– Если
Ты лишь безумен один, я ни слова! Пусть смертью отважной
Кончишь ты жизнь. Но если кого лишь слепое незнанье
Зла и добра побуждает к тому, то Хризипп и вся школа
Прямо того почитают безумцем. Под правило это
Все, и цари и народы подходят, кроме лишь мудрых.
Слушай же: я объясню, почему те, которым безумцем
Кажешься ты, все и сами не менее тоже безумны.
50 Если два путника, идучи лесом, в нем заблудятся,
Этот с дороги собьется направо, а этот налево,
Оба блуждают они, но только по разным дорогам.