Сердцеед
Шрифт:
— Я встретила его! Когда он сказал «Привет», я думала, что упаду в обморок...!
Внутри все переворачивается, когда слышу это, потому что абсолютно уверена, что они говорят о нем. Стараясь дышать, я пробираюсь глубже в клуб, страстно мечтая, чтобы Джина была рядом. Комната набита женщинами, некоторые явно в поиске, другие в паре с кем-то, несколько человек зависают с друзьями. Я медленно дышу, вдох и выдох, повторяя про себя, что я могу это сделать. Это всего лишь клуб. Я могу повеселиться. Много времени прошло с тех пор, как я ходила в
Осмотрев все вокруг, пытаясь найти лучшее место для слежки, я поднимаюсь на верхний этаж, откуда открывается лучший вид на то, что происходит внизу в самых многолюдных углах зала.
И к слову о дьяволе. Мое сердце пропускает удар, когда я вижу его темноволосую голову, и все внутри у меня яростно сжимается в невыносимый огненный узел. Клянусь, никто за всю мою жизнь не заставлял меня так нервничать.
Он сидит, вытянув руки на спинке дивана позади себя, бокал вина и две девушки соперничают за его внимание, пока он говорит с друзьями. Его мужественное лицо подсвечивается под определенным углом вспышками света, и он бесподобно красив.
Так, все хорошо. Дыши. Хочу ли я, чтобы он знал, что я здесь, или нет?
Словно на ватных ногах, я заставляю себя спуститься вниз. Я направляюсь в дамскую комнату, пробираюсь сквозь толпу тел к широкому зеркалу над современными подвесными раковинами. Группка девчонок прихорашивается перед зеркалом, а я смотрю на наши отражения. Справа от меня женщина красит губы красной помадой, а слева ее подруга красит розовой. Я же? Все такая же, хоть и выгляжу вычурно, будто одна из них. Выгляжу совсем не так, как та молоденькая девчонка в комбинезоне, которую он встретил. Сможет ли он вообще узнать меня?
— Ты идешь на афтепати? — Красные губки спрашивает у Розовых губок, поправляя макияж.
— Ключа еще нет.
— Смотри-ка, — Красные губки машет ключ-картой в воздухе.
В комнате раздается визг, и она прячет ключ в лифчик.
— Мой!
— Так значит, планируется афтепати? — спрашиваю я у них.
— В пентхаусе Сента, — отвечает одна, кивая.
— И как получить приглашение на эту вечеринку?
— Сотню ключей раздадут в течение вечера.
Неожиданная мысль о том, чтобы утащить ключ, который она только что засунула себе в лифчик, проносится у меня в голове. В смысле, это же всего лишь ключ. Вряд ли это можно счесть уголовным преступлением.
— Детка, — говорит она мне, — хватит так смотреть на мой ключ! Я три года ждала, чтобы получить такой ключ. Иди и поработай своей задницей, если он тебе так нужен. Только лучшие попки получают его.
— Ну спасибо, — отвечаю я, разворачиваясь и осматривая свой зад. Джина говорит, он у меня отменный. Кто-то бы даже назвал его упругим и призывным. Но согласится ли с этим Сент?
Вздохнув, я прислоняюсь к стене, когда замечаю множество надписей на распахнутой двери. Прищурившись, я пытаюсь рассмотреть, что там написано.
«Малкольма — в отцы моих детишек»
«Я
«Тахо оттрахал меня прямо здесь»
«Каллен лижет киску, как дикарь»
Я направляюсь обратно к шуму и пытаюсь найти хорошее место для наблюдения, когда опять вижу его. Две девушки так и не отходят от него, но теперь я чувствую себя на взводе, это меня раздражает. Одна из блондинок берет у официанта шот, облизывает край рюмки и добавляет соль.
Сент откидывается на спинку дивана, наблюдая за ней со скучающим выражением лица, но слегка улыбается, словно его веселит происходящее.
Я настолько захвачена наблюдением за ним (в равной степени завороженная и испытывающая отвращение), что не замечаю, как охранник подошел ко мне, пока он не оказывается прямо передо мной. Он указывает вглубь зала, откуда лучшие друзья Сента прямо сейчас наблюдают за мной. Сент даже не смотрит в мою сторону. О нет, он слишком занят представлением, которое ему устраивают девушки, хотя на его лице все та же скучающая улыбка. Возможно, им стоит скинуть свои топики, чтобы вызвать его интерес.
Все трое мужчин прекрасно вписываются в шикарную обстановку, но я не могу перевести взгляд на двух других. Смотрю только на Малкольма. Мрачная привлекательность Малкольма сочетается с полумраком, он словно Аид в своем маленьком уголке ада.
Внезапно он начинает смеяться над чем-то, что сказала одна из блондинок, и немного разворачивается, устремляет взгляд прямо на меня, и замирает.
Его взгляд — словно укол адреналина. Я хочу отвести глаза, но не могу, словно я угодила в ловушку. Не знаю, может я выдумываю, но готова поклясться, что его грудь вздрагивает, будто он делает резкий вдох.
Узнал ли он меня?
Хочу ли я этого?
Обстановка так накаляется, что я не могу дышать. Легкие, словно каменные, и я правда, не могу вдохнуть. Когда он проводит по мне быстрым пронизывающим взглядом, внутри меня все дрожит. Он видит меня всю, от каблуков до длинных светлых волос, и я начинаю переживать, что платье слишком сильно обтягивает мои ноги, бедра, живот, грудь и даже мой зад. О боже. Я заставляю себя следовать за охранником в направлении Сента, каждый шаг ускоряет мое сердцебиение. В этом черном костюме без галстука, с расстегнутой верхней пуговкой и немного взъерошенными волосами, Сент является олицетворением роскоши и греха. Он Грех во плоти, а я чувствую себя настоящей... девственницей.
Он вытягивает перед собой длинные ноги, он смотрит прямо на меня, и кажется, не намерен отводить взгляда.
— Мистер Сент, — охранник покашливает. — Джентльмены хотели, чтобы я привел ее.
Его улыбка все та же, а выражение лица отстраненное и не читаемое.
— Вот она, джентльмены, — говорит охранник двум другим, блондину и парню с медно-золотыми волосами, которые смотрят на меня, как на обед.
— Тахо, — говорит блондин.
— Каллен, — говорит мужчина с медно-золотыми волосами.