Шпеер
Шрифт:
Сон не шел. Свив из подушек уютное гнездо, Г. Дж. Поттер-Хатих раскрыл книгу, переданную доброй рукой господина Муди.
«Посвящается новому кандидату, готовящемуся стать Учеником Вольным Каменщиком, — прочел он. — Путь человека к Масонскому Храму».
— Твою мать, — пробормотал Гарри.
«Тропа Пилигрима» описала по воздуху красивый полукруг, взмахнула страницами и приземлилась в кресло. Не закосневший в невежестве мистер Келев резво устремился вслед за книгой и, пуская слюни от удовольствия, принялся активно овладевать основами вступления в ложу.
— Келли, фу, — Гарри вытянул из тумбочки
Прислушиваясь к доносящимся из коридора звукам, лелея в сердце тайную надежду на скорое возвращение Большого Зверя, Г. Дж. Поттер-Хатих развернул потрепанные страницы.
«Как ни странно, у многих людей слово «власть» вызывает негативные эмоции. Кого ни спроси, все недовольны правительством, законами, ограничениями и укладом общества в целом.
Философствовать на тему несправедливого устройства мира я не стану. Все относительно, зависит от духовной «точки сборки», от индивидуального взгляда, сформированного социумом, характера и способностей каждого из нас. Не все рождаются лидерами, пастухами, оглядывающими стадо с высоты своего роста, способными усмотреть дорогу, по которой пройдут овцы, взглянуть на небо и понять, что надвигается гроза, найти блеющим отарам сочные пастбища. Хорош или плох путь, покажет время, как и то, сколько руна настрижет пастух и много ли голов отправит на скотобойню.
Факт остается фактом — человечество не выжило бы, не имей вожаков, не живи по законам стаи. Мы — гигантский муравейник, где каждая особь выполняет свою функцию в сообществе.
Казалось бы, несешь свою соломинку, пригибаясь к земле, ну и неси дальше. Зачем завидовать муравьиной царице, возлежащей в теплых покоях муравьиного дворца, лапкой о лапку не ударяющей?
И все же часто приходится наблюдать, как дружно поворачиваются головы завистников вслед королевской карете (президентскому лимузину). «Хорошо живет, подлец, — сквозь зубы говорит Завистливый Магл. — Мне бы его проблемы».
Но знает ли Завистливый Магл, какие демоны терзают Мага в карете? Поверьте, у каждого свои печали, кем бы мы ни были, как высоко бы ни поднялись.
Знает ли Завистливый Магл, как больно куклы натягивают нити на пальцах кукловода? Знает ли, что над всяким кукловодом найдется еще один, сильнейший? И даже этот сильнейший опутан нитями так, что несвободен и несчастлив.
Ошибка думать, что власть дарит человеку свободу. Власть, помимо ответственности, нескончаемого беспокойства и всего прочего — допуск к участию в масштабной театральной постановке. Какую роль предуготовил Режиссер, ту и будет покорно играть кукла. Чем известней и заметней на сцене марионетка, тем тщательней расписан в Сценарии каждый взмах ее руки и каждый шаг. Скольким достойным надевают шутовские колпаки, маски злодеев и диктаторов. Преодолевая себя и вживаясь в роли, люди-куклы несут свой крест; многим из них, осмеянным, оплеванным, оболганным и осужденным, я, Райнер Шпеер, хочу пожать руку — есть роли, для которых нужно мужество.
Свобода и покой душевный приходит к тем из нас, кто не ведает страха смерти. Положа руку на сердце, скажите, много ли найдется таковых? Конечно, всякий среднестатистический маг думает,
Свобода, равенство и братство только в смерти: лишь ее коса бесстрастно равняет траву.
Равенство — иллюзия. Любое однообразие есть застой и смерть.
Равенство и равнина — однокоренные слова. Мы ничего не видим, стоя на равнине, как колосок среди пшеничного поля. Только взгляд с горы открывает перспективу до горизонта.
Пока вы верите в идею равенства, пока вы ТАКОЙ, КАК ВСЕ, вы — не маг.
Поверьте в вашу избранность и превосходство, заставьте поверить в это других: сие есмь стержень любой волшебной палочки.
*
Маги — духовная элита человечества. Это неоспоримый факт, лучшие умы рода людского невидимыми крылатыми конями волокут за собой повозку с нежелающими думать и творить. Нравится вам это или нет, но практически все известные философы, ученые, люди искусства, знаменитые политики и полководцы были и есть вольные каменщики, строители незримого Храма. К сожалению, архитектурная магия бывает всякого рода; гибнут рабы, возводя пирамиды, падают конструкции на головы строителей. Как говорил небезызвестный каменщик Генрих Гейне,
Ни в чём нет совершенства в этом мире:
В колючках даже пышной розы цвет;
Я думаю, без недостатков нет
И ангела в заоблачном эфире.
Не нужно быть архитектором, чтобы понять — камни в основе сооружения испытывают бОльшую нагрузку, чем те, что уложены выше. И все же, suum cuique, каждый камень занимает свое место, нельзя положить на кровлю неотесанный тяжелый блок, годный служить фундаментом.
Тех из профанов, кто достаточно умен, чтобы не бросать камни в магов и не пытаться сжечь их на костре, дабы вернуться к образу жизни дикарей и обезьян, тех, кто в глубине души мечтает коснуться волшебства, могу утешить: магл — не приговор. Это состояние скованного рамками разума. Неленивым умом и искренне желающим постичь тайны — воздастся. Чем сильнее мы стремимся оттолкнуться ногами от готовых знаний, чем больше жаждем познать и осмыслить загадки бытия, тем вернее поднимаемся над суетой, наполняясь волшебной силой. На мой взгляд, для этого не обязательно вступать в Магическое Сообщество, впрочем, это дело частное, один черпает силы в коллективном, другой по природе самодостаточен и спокойно одинок.
*
Что есть скованный рамками разум магла? Болванка для Шляпника. Кусок глины, слепленный и обожженный горшечником, покорно принявший ту форму, что придал Мастер. Кусок глины не задается вопросами, ПОЧЕМУ? ЗАЧЕМ? С КАКОЙ ЦЕЛЬЮ? Почему я эдакий горшок, что и для чего в меня влито?
Позвольте привести пример несомненной умственной горшечности.
Каждый из вас наверняка осуждает гордыню, чувство превосходства, самолюбование и превознесение своих достоинств. Еще бы, с детства вам внушали, что гордыня — смертный грех! Разжевывали разницу между гордыней и гордостью, прививали дух скромности и прочая прочая.