Сильмарильон
Шрифт:
Но Фингольфин и Маэдрос не дремали, и пока иные искали спасения от рассыпавшихся по стране банд орков, заполнивших Белерианд и чинивших великое зло, эти двое обрушились на главное войско с двух сторон, как это было при нападении на Дор-Финион.
Они разгромили слуг Моргота и, преследуя их через весь Ард-Гален, уже в пределах видимости врат Ангбанда полностью, до последнего, уничтожили.
Так закончилась третья великая битва из числа войн в Белерианде, и ее назвали Дагор Аглабер, Славная битва.
Это была победа, но и предостережение, и князья обратили на него внимание.
Долгое время после Дагор Аглабера никто из слуг Моргота не отваживался выйти из ворот Ангбанда из-за страха перед повелителями Нольдора. И Фингольфин гордился тем, что если среди них не появится измена, Морготу никогда не нарушить союз Эльдара и не напасть на них неожиданно.
И все же нольдорцам не удалось захватить Ангбанд, и они не смогли вернуть Сильмарили. И во время осады война никогда не прекращалась, потому что Моргот придумывал все новое зло и то и дело тревожил своих врагов. Кроме того, крепость Моргота не могла быть полностью окруженной, потому что Железные горы, в изгибе которых находились вершины Тангородрима, защищали его с другой стороны и были непреодолимы для Нольдора из-за покрывавшего их снега и льда. Таким образом, с тыла, с севера Моргот не имел врагов, и этим путем его воины иногда выбирались наружу и окольными путями приходили в Белерианд.
Больше всего желая посеять страх и разобщенность среди Эльдара, Моргот приказал брать живыми всех, кого они смогут, и связанными доставлять в Ангбанд. И некоторых из пленников он так запугивал своим ужасным взглядом, что их уже не было нужды держать в цепях - в страхе перед ним они подчинялись его воле, где бы ни находились.
Так Моргот узнал многое обо всем, что произошло со времени бунта Феанора, и он радовался, видя в этом семя многих раздоров среди его врагов.
Когда со времени Дагор Аглабера прошло почти сто лет, Моргот попытался застичь Фингольфина врасплох (потому что знал о бдительности Маэдроса), и он послал на заснеженный север армию, повернувшую потом на запад, а затем на юг.
Его войска спустились к побережью у залива Дренгист, к долине, по которой Фингольфин следовал из Хелкараксе.
Таким образом они проникли в королевство Хитлума с запада, но были своевременно замечены, и Фингон обрушился на них среди холмов. В самом начале залива эльфы загнали большую часть орков в море. Однако это сражение не числилось среди великих битв, потому что орков было не так много, а из народа Хитлума там сражалась только часть его.
А потом снова в течении долгих лет был мир, и Ангбанд не решался на открытое нападение, так как Моргот понял, что одни лишь орки не смогут противостоять Нольдору. И он искал у своего сердца нового совета.
Снова прошло сто лет, и Глаурунг, первый из Урулоки, огненных драконов, вышел ночью из ворот Ангбанда.
Он был еще молод и достигал всего лишь половины своего роста (потому что жизнь дракона длится долго и медленно), но эльфы в ужасе бежали перед ним в Эред Витрин и Дор-Финион.
И дракон осквернил поля Ард-Галена.
Тогда Фингон, князь
Глаурунг не мог противостоять их стрелам, поскольку его броня не достигла полной прочности. И он бежал в Ангбанд и не показывался еще много лет.
Фингон заслужил великие почести, и Нольдор радовался, потому что мало кто в полной мере оценил назначение и опасность этого нового существа.
Моргот же остался недоволен тем, что Глаурунг слишком рано обнаружил себя, и после его нападения последовал долгий мир, почти на двести лет.
Все это время на границах присходили стычки, но весь Белерианд процветал и становился все богаче. Под охраной своих армий на севере нольдорцы строили здания, башни и создавали в те дни много прекрасных вещей, и поэм, и повествований, и книг знаний.
Во многих частях страны Нольдор и Синдар стали объединяться в один народ и говорить на одном языке.
Нольдор обладали большей силой разума, и они были более могучими воинами и мудрецами. Они строили из камня и любили склоны холмов и открытые равнины, а Синдар имели более красивые голоса и превосходили нольдорцев в искусстве музыки, если не считать Маглора, сына Феанора. И они любили леса и речные берега. А некоторые из Серых эльфов все еще бродили здесь и там, без постоянного места жительства, и пели во время своих скитаний.
Ч А С Т Ь 14.
О Б Е Л Е Р И А Н Д Е И Е Г О
К О Р О Л Е В С Т В А Х
Вот описание стран на севере западных областей Среднеземелья, куда в древние дни пришли нольдорцы. Кроме того, здесь рассказано, как управляли вожди Эльдара своими землями и о союзе против Моргота после Дагор Аглабера, третьей битвы из войн в Белерианде.
В древние эпохи Моргот создал на севере мира Эред Энгрин, Железные горы, как ограду своей цитадели Утумно, и они огромной дугой встали на границе вечно холодных областей от востока к западу. Позади стен Эред Энгрина на западе, где они изгибались к северу, Мелькор построил вторую крепость, для защиты от нападения, которое могло последовать из Валинора.
Вернувшись в Среднеземелье, как уже было сказано, он избрал своим жилищем бесконечные подземелья Ангбанда. Железный ад, потому что Валар во время войны могучих, торопясь разгромить Моргота в его огромной крепости Утумно, не до конца разрушили Ангбанд и не осмотрели все его глубокие места.
Моргот создал под Эред Энгрином длинный туннель, выходивший на поверхность к югу от гор, и поставил там крепкие ворота. А над этими воротами и позади их, вплоть до самых гор, он соорудил громоносные вершины Тангородрима, созданные из золы и шлака подземных печей Моргота и из огромных отвалов, образовавшихся при рытье туннелей. Эта гора была черной и безжизненной и очень высокой, и дым исходил из ее вершины, темный и зловонный, пятная северное небо. От ворот Ангбанда грязь и запустение распространялись на много миль к югу по обширной равнине Ард-Галена. Но после прихода Солнца там выросла густая трава, и пока Ангбанд был осажден и его ворота закрыты, даже в провалах и разрушенных скалах перед входом в этот ад, появились зеленые растения.