Скала
Шрифт:
Его грудь тяжело вздымалась, лёгкие дышали. Лёгкие человека… Его сердце, человеческое сердце билось в унисон с моим… Это были мы… Такими, какими мы были. Неправильными, поломанными, дикими…
Чейз открыл глаза. Чёрный водоворот топил в себе моё сознание. Он сбивал сердце с ритма и заставлял задыхаться. Красное… нечеловечески красное. В них нет изумрудов.
Слёзы…
— Не плачь…
Поцелуй. Солёный. Болезненный. Утопающий в смертях этого мира, поглощающий всё его несовершенство.
Что я с ним сделала?..
Заставь
Дыхание. Страсть. Губы. Поцелуй. Это всё что от нас осталось. Мы растворились в нём. Среди пустого мира, утонувшего в смерти. В мире, где почти никого не осталось… В мире пропитанном кровью и запахом пороха. Но мы всё ещё существуем — два неправильных человека. Две души, в которых не осталось ничего живого, две души, потерявшие себя много лет назад, две души нашедшие боль друг в друге… Мы питались этой болью… Она связала нас. Она нас соединила.
Койот — убийца-раб, и невинная девушка с татуировкой шлюхи на запястье…
За что этот мир так поступает с нами?.. За что даёт надежду и безжалостно её лишает?.. Кристина была моим якорем, но её больше нет. Чейз стал моим якорем, и я боюсь его лишиться. А я лишусь его — я знаю. Судьба всех у меня забирает. Она сделает всё, чтобы я умерла в полном одиночестве, в полной тишине, под музыку собственного, прощающегося с миром, сердца. Она заберёт у меня Чейза…
Поцелуй… В нём была вся жизнь. Сладко-солёный привкус, язык плавно скользящий по моим губам, сплетающийся с моим языком, зубы жадно цепляющие моё колечко… Руки ласкающие кожу на моей спине… Один вдох. Одна жизнь.
Он целовал мои глаза высушивая слёзы… Разве человек с глазами твари, способен на это?.. Человек, в чьих венах течёт слепая ярость… Человек, подчиняющийся чьим-то законам…
Мы противоположности.
Мы должны ненавидеть друг друга.
Мы нашли себя друг в друге.
А я даже не могу ему верить…
Всё это — может быть очередным приказом.
Разве это может быть приказом?..
— Ты здесь… — прошептал Чейз, покрывая мою шею поцелуями.
— Я здесь…
— Будь со мной…
Когда-нибудь, я прокляну себя за это:
— Я с тобой.
Чейз заглянул мне в глаза. Мне было больно в них смотреть, но в них больше не было чёрных водоворотов ярости… Тяжёлое бремя… печаль… отчаянье… боль. Слишком много боли. Она везде. В каждой чёрточке его лица, в каждом из оттенков его глаз… Она обрушивается на меня, я чувствую её, как свою собственную боль…
Чейз нежно коснулся разгорячёнными губами моего уха:
— Ты нужна мне…
Глава 22
Великая цель всякого человеческого существа — осознать любовь. Любовь — не в другом, а в нас самих, и мы сами ее в себе пробуждаем. А вот для того, чтобы ее пробудить, и нужен этот другой. Вселенная обретает смысл лишь в том случае, если нам есть с кем поделиться нашими чувствами.
Пауло Коэльо.
У
У мира нет будущего…
У завтрашнего дня нет будущего…
У нас всех его нет.
Не знаю, сколько часов я проспала, но думаю, это был самый долгий сон за все последние двенадцать лет. Я просто упала в пропасть, позволив чёрной простыне укутать сознание. Я давно не сдавалась сну так легко. И у меня даже не было кошмаров. Мне не снилась Кристина. Твари. Мать, вручающая меня в лапы Скверны. Завир избивающий до полусмерти…
Мне не снился Чейз раздирающий меня зубами на куски… В прошлый раз, я не могла прогнать из головы этот сон.
Сегодня мне ничего не снилось.
Мягкий матрас двуспальной кровати просто поглотил меня целиком.
Я села, заправила волосы за уши и с силой потёрла глаза, которые превратились в две узкие щелочки. Не надо было столько спать. И не надо было пить. Теперь отёки на лице пройдут только к вечеру.
А потом меня с головой накрыло воспоминаниями вчерашней ночи, и я с шумным выдохом рухнула обратно на матрас. Размытый взгляд уткнулся в белоснежный глянцевый потолок.
Что же ты творишь, Джей…
Я с силой бросила в лицо пуховую подушку.
Мне хотелось кричать… Потому что я до сих пор не понимаю, что происходит. Я не знаю, что мне теперь делать и как себя вести. Чувствую себя школьницей, которую впервые в жизни пригласили на свидание. Хотя и понятия не имею, как себя чувствуют школьницы, которых впервые приглашают на свидание.
Что за нелепое чувство?! Что это хрень постоянно подпрыгивает в желудке и сосёт под ложечкой?.. И что это за дикие волны: жар — холод — жар — холод… При вспоминании о том безумстве, что вчера происходило между мной и Чейзом.
Что вчера происходило между мной Чейзом?..
Кто был этот парень?..
Боюсь представить, что бы могло произойти не появись Брей на кухне: почёсывая причинное место в поисках туалета.
Чейз был… он был совсем другим.
«Ты здесь»…
«Я здесь»…
«Будь со мной»…
«Я с тобой»…
«Ты нужна мне»…
Я схожу с ума.
Завтрашний день поставит точку в моей неудавшейся жизни, а Чейз — всё, о чём я могу думать.
Прежде чем появиться на оживлённой голосами кухне, я приняла душ, высушила волосы и стянула их в тугой хвост на затылке.
Что я сделала?!
Яростно сдёрнула резинку с волос, позволив рваным прядям рассыпаться по плечам и уставилась на себя в зеркало.
Вчера мы больше не сказали друг другу ни слова. Слова были не нужны, их не осталось… Души были вывернуты наизнанку. Частица меня растворилась в Чейзе. И когда его не станет, она умрёт вместе с ним. Это всё же произошло… То, от чего мы оба бежали, в конечном счёте столкнуло нас лбами. Смысла итак почти не было, но если тонкая нить, связавшая меня с этим человеком порвётся, смысла не останется совсем.