Скорпион пустыни
Шрифт:
— Он боится правды, — сказала она. — Мы найдём её.
Габриэль кивнула, но её глаза всё ещё были полны страха.
— Надеюсь, мы успеем.
Зена усмехнулась, и этот знакомый, дерзкий звук мгновенно разогнал тени страха. Она притянула Габриэль к себе, обнимая за талию. Воздух между ними стал густым и тёплым.
— Знаешь, — прошептала Зена прямо в губы подруге, — страх — это просто отсутствие воображения. А у тебя его более чем достаточно.
Габриэль не успела ответить — Зена накрыла её губы своими. Поцелуй был глубоким и властным, со вкусом дорожной
— Ого, — выдохнула Габриэль, когда они наконец отстранились друг от друга. — Кажется, моё воображение только что нарисовало очень интересную картину.
— Да неужели? — Зена подмигнула и провела рукой по бедру Габриэль. — И что же это?
Габриэль положила руки на плечи брюнетки, медленно погладив их.
— А ты как думаешь?
— Если это то, о чём думаю я, то… — Зена мягко повалила Габриэль на спину, нависая сверху.
Свет костра играл на её доспехах, которые она поспешно начала снимать.
Тени плясали по металлу, подчёркивая каждый изгиб тела Зены, воительницы, чья сила всегда заставляла сердца трепетать. Габриэль смотрела, как Зена избавляется от тяжёлой брони. Только потрескивание сухих веток нарушало тишину, но скоро к нему присоединились другие звуки — шорох кожи, тихие вздохи. Зена отбросила наплечники в сторону, и её мускулистые плечи блеснули в оранжевом сиянии. Она была властной, как всегда: движения точны, уверены, словно она не раздевается перед подругой, а завоёвывает новую территорию. Габриэль почувствовала, как жар от костра смешивается с внутренним пламенем, разгорающимся в груди.
— Зена… — прошептала она, но воительница лишь усмехнулась, подходя ближе.
Руки Зены, привыкшие к рукояти меча, теперь скользнули по плечам Габриэль, расстёгивая завязки её туники. Ткань соскользнула, обнажив нежную кожу, усыпанную мурашками. Когда кожа коснулась кожи, Габриэль тихо охнула. Руки Зены, обычно сжимающие меч, теперь были невероятно нежными, исследуя каждый изгиб тела подруги. Пальцы прошлись по ключицам, спустились к груди, обводя соски, которые мгновенно напряглись под этим прикосновением. Зена наклонилась, её дыхание обожгло ухо Габриэль.
— Ты слишком много думаешь, Габриэль, — прошептала Зена низким, командным голосом, полным той властной хрипотцы, что всегда заставляла подругу подчиняться.
Она перешла к ласкам, от которых у барда перехватило дыхание. Её ладонь сжала бедро Габриэль, впиваясь в плоть с лёгкой силой, напоминая о своей мощи. Габриэль задрожала, но не от страха — от желания, которое Зена разжигала в ней, как этот костёр.
— Сейчас… я вообще не могу думать… — едва слышно отозвалась та, притягивая Зену для нового поцелуя.
Их губы встретились жадно, языки сплелись в танце, полном урагана. Зена доминировала, впиваясь в рот подруги, кусая нижнюю губу, пока Габриэль не застонала, отдаваясь полностью. Руки Зены спустились ниже, стягивая оставшуюся одежду. Туника Габриэль упала на песок, оставив
— Ты моя, — прорычала Зена, толкая Габриэль на спину, на мягкий плащ, растеленный на песке.
Ночь скрывала их от мира, только луна и звёзды были свидетелями. Зена оседлала её, прижимаясь бёдрами к бёдрам подруги, позволяя почувствовать свою силу. Её пальцы нырнули между ног Габриэль, раздвигая складки, находя клитор и начиная тереть его круговыми движениями — медленно, дразняще, но с нарастающей настойчивостью. Габриэль выгнулась, хватаясь за плечи Зены, ногти впивались в кожу.
— Зена… пожалуйста… глубже, — простонала она, голос срывался на хрип.
Зена усмехнулась, её глаза горели, как угли. Она была страстной и напористой, но в каждом её движении сквозила такая преданность, что Габриэль чувствовала себя в полной безопасности. Два пальца вошли в неё резко, заполняя влагалище, скользя по стенкам, ищущим точку наслаждения.
Габриэль закричала, тело содрогнулось от первого оргазма, но Зена не остановилась. Она ускоряла темп, вторая рука сжимала грудь, щипая сосок, пока подруга не извивалась под ней, как в лихорадке.
— Кончай для меня, моя сладкая Габриэль, — шептала Зена, её голос был приказом, от которого Габриэль таяла.
Влагалище сжималось вокруг пальцев, соки текли по бёдрам, пачкая плащ.
Перевернув Габриэль на живот, Зена прижалась сзади, её грудь тёрлась о спину подруги. Язык Зены прошёлся по шее, спустился к ягодицам, раздвигая их. Она лизнула анус, дразня язычком, заставляя Габриэль задрожать от новой волны удовольствия.
— Ты хочешь меня всю, — прошептала Зена, вводя палец в тугую дырочку, пока другой рукой продолжала ласкать влагалище.
Габриэль стонала громче, прерывистое дыхание смешивалось с треском костра. Теперь Зена трахала её ритмично, чередуя отверстия, её собственное тело горело от желания — соски твёрдые, киска мокрая, трущаяся о бедро подруги. В тишине пустынной ночи были слышны лишь их прерывистое дыхание и тихий шёпот. Зена вытащила пальцы, заставив Габриэль повернуться, и села на её лицо, опускаясь медленно, позволяя бёдрам Габриэль ощутить вес её тела. Клитор Зены, набухший и требовательный, коснулся губ спутницы, и воздух наполнился ароматом их возбуждения — солоноватым, первобытным.
— Лижи меня, — приказала она, хватая за волосы и направляя язык.
Габриэль подчинилась жадно, впиваясь губами в клитор Зены, посасывая, проникая языком внутрь, пробуя солоноватый вкус её соков. Зена двигалась сверху, доминируя, её бёдра сжимались, надавливая сильнее, чтобы язык Габриэль не смел остановиться. Её пальцы впились в пряди, тянули, заставляя голову двигаться в ритме её желания. Стоны Зены эхом разносились по пустыне, смешиваясь с шорохом песка.
— Глубже, Габриэль, вылижи меня дочиста, — рычала она, покачиваясь, её грудь вздымалась от удовольствия.