Слесарь 4
Шрифт:
Мелькнула у меня мысль поехать им навстречу, чтобы помочь и прикрыть при встрече с проблемами, если столкнутся с другими, теми же дворянами, но, я ее отогнал. Раненый я, да еще в одежде простой, хоть и назовусь баронетом, но впечатления не произведу ни на кого, авторитетом не задавлю, пусть все идет, как идет.
А мне перекусить пора, вчера весь вечер хлопотал без ужина и сегодня еще не завтракал, заодно с Делией переговорю, узнаю, какие у нее мысли. В баню бы сходить, энергии добрать, но руку мочить нельзя, придется попросить только помочь помыться, может прислугу пришлет доблестному рыцарю. Энергии магической можно и на кухне набрать, но слухи, боюсь, пойдут. Страшного ничего,
Как настоящий паладин светлых сил.
Ах да, я ведь — высоко моральный и искупающий прегрешения, сильно верующий и прочая, прочая…
Как бы баронессу не отпугнуть, своей историей и непорочностью? Женщины — существа практичные и если видят что-то, что нельзя использовать, то теряют к нему интерес быстро.
Пойду, с ней о житейском и греховном поговорю, развею ее сомнения и покажу, что человеческие радости мне не чужды.
Попросил стражника проводить меня к баронессе, но, сначала на кухню, чтобы перекусить в ожидании обеда, до которого еще пара часов, как я понял, а я уже серьезно проголодался.
На кухне выбрал из предложенного мясной пирог целиком, оценил печь и обошел весь замок, ломая от пирога куски и получая пояснения из уст самого Бонса, как устроена оборона замка и сколько надо народа, чтобы полноценно нести стражу.
Услышал и про прежнего хозяина, барона Тельпиг, который, будучи уже в возрасте, влюбился в будущую баронессу и, несмотря, на все препятствия, добился ее руки. Ей было, семнадцать лет, ему — около сорока, самое время жениться заново, после отошедшей в мир иной первой супруги. Баронство давно уже считалось зажиточным и деньги солидные у барона водились, дети, обе дочери, уже пристроены замужем, поэтому, наверно, семья баронессы и, она сама, в основном, выбрали его, покинув свой родной замок около сатумской границы. У самой Делии было шесть или семь сестер, поэтому раздавали девушек родители, в принципе, по первой просьбе. Прожили молодые пять лет, барон захворал и быстро скончался, Делия просидела все это время при нем и показала себя, как, по-настоящему, благородная жена и хозяйка.
После смерти супруга первый год баронесса входила в управление хозяйством и набиралась сил и знаний, потом со всей страстью и пылом ударилась в ведение дел усадьбы и окрестных деревень и сел. На предложения выйти замуж отвечала уклончиво, привезла свою сестру из родительского дома и, в основном, хлопотала об ее замужестве, стараясь найти той богатого и влиятельного мужа, чтобы упрочить свои позиции в новом месте и приобрести союзников. Сама же, не видно, чтобы стремилась замуж, взяла себе начальником стражи одного симпатичного бастарда, признанного отцом и получившего титул безо всякого имущественного наполнения, очень сильного в бою на мечах и всем оружии.
Тут словоохотливый новый начальник стражи замолчал и, попозже, спросил меня, может ли он рассчитывать на мое участие в защите замка и обороне принадлежащих госпоже деревень.
— Конечно, Бонс, я готов помочь пережить баронессе и всем вам это трудное время. Меч для меня невозможно взять в руки, но копьем я хорошо владею.
Тут прибежал слуга и позвал меня к обеду, сказав, баронесса ждет. Стражник сверху тут же крикнул, что обоз появился ввиду и через час пора будет распахивать ворота.
Бонс сразу полез на стену, а я, провожаемый слугой, наконец добрался до большого помещения в жилой части замка, где происходили приемы пищи и пиры.
Где меня уже ждали баронесса, ее сестра и мажордом.
Сейчас что-то решится, судя по серьезным лицам, подумал я и поприветствовав прекрасных
Буду, в общем, пионером, в махровом средневековье.
Глава 25 В ЗАМКЕ ВТОРАЯ НОЧЬ
Дамы, как положено, внимательно смотрели, как я буду пользоваться незамысловатыми столовыми приборами, и я их не разочаровал. Вилка еще не изобретена на этой стороне Сиреневых гор, ровно, как и на противоположной, но, орудуя двумя ножами, я ловко обчистил баранью ногу и показал недюжинное мастерство в использовании столовых приборов и в чревоугодии.
Если у баронессы и ее сестры и были какие-то сомнения в моем благородном происхождении, то, после начала обеда, они полностью исчезли. Когда открыли вино, я сразу перехватил бутылку у прислуги, налил немного вина в серебряный бокал и долго крутил его, принюхивался, присматривался и маленькими глотками проверял его, пока не скомандовал разливать по бокалам.
Потом с глубокомысленным видом высказался:
— Чувствуются нотки солнца, кориандра и кардамона, — это на своем языке и добавил на местном, — Ярко выраженный вкус меда и грушевого дерева, чернослива и вишни.
Благо вино оказалось красное, плотное и точно не сухое, тут можно придумывать, что душе угодно, какие такие ягоды, деревья и цветы оно тебе напоминает.
Неудивительно, что после таких чудных процедур и такого уверенного, безапелляционного заявления, все пробующие почувствовали все тоже самое, особенно мажордом Твикс тряс одобрительно головой. Наш человек, вполне бюрократический, уже готов негласно поддерживать меня, если я так же поддержу его.
— Баронет, откуда вы так хорошо разбираетесь в вине? — наконец, подала голос и младшая сестра, впервые на моей памяти. Она уже немного оправилась после событий роковой ночи и явно не так убита ужасными воспоминаниями. Наверняка, старшая сестра постоянно напоминает, что не надо на людях ходить с видом, как будто тебя жестоко изнасиловали вчера. Ни к чему поддерживать такие мысли у народа. Ведь Телию все равно необходимо выгодно выдать замуж и слухи здесь только мешают.
— Милая Телия, у отца были и остались большие виноградники в предгорьях, — смело соврал я, ничем не рискуя, ведь виноградных плантаций здесь еще не видел и знаю, что вино поставляют только из Сатума. В обоих караванах по пол подводы оказалось загружено именно вином для северных графств и королевства. Именно их охраняли гораздо сильнее, чем все остальные.
— Прекрасные места, где прошло мое детство, — тут я взял паузу и сделал вид, что воспоминания о прошлом заставили меня погрустнеть и молчал вместе со всеми.
Какая-нибудь роковая волнительная тайна в прошлом, связанная со страстью к молодой жене отца или старшего брата, кровавая развязка и мое искупление — хорошее объяснение моего теперешнего вида и путешествия в одиночку, в простой одежде, без свиты.
После обеда пришло время поговорить о делах баронессы насущных, пока обоз не добрался до замка, когда времени на разговоры уже не останется. Придется принимать лут, распределять добычу, устраивать лошадей в конюшню, распоряжаться о похоронах и отпевании в церкви погибших защитников и просто массовой могиле для нападавших. Ну, может, благородных разбойников отдельные могилы ждут, даже с эпитафией, какое злодеяние они совершили и как погибли от рук проезжего паладина, который поразил погрязших в грехах негодяев солнечным светом из своей руки.