Сталь
Шрифт:
Я кивнула Тристану, глухо произнесла хрипящим голосом слова: “Мне это было необходимо”. После этого мы направились к машине. Я снова села на водительское место, пристегнулась, взялась обеими руками за руль. Всё. Я готова. Хреновее мне уже не станет. Не сегодня.
И вдруг с заднего сиденья послышались дрожащие слова маленькой девочки:
– Я хочу к маме и папе.
…А вот и стало. Вот и стало хреновее! Не прошло и пары секунд, как я сказала самой себе, что хреновее мне уже не станет, как стало…
– Клэр, – я обернулась к девочке, чтобы видеть её светлые
– А Лолелея и Флоленс? – её голос нервно задребезжал, предупреждая меня об опасности.
Мне пришлось объяснить ей, что у неё больше нет и сестёр. Никого у неё больше нет. Только мы. И что мы присмотрим друг за другом. И что всё будет… Хорошо. Даже несмотря на то, что у неё никого больше не осталось.
Она заревела. Не так громко, как только что стоя посреди пустынной ночной дороги орала я, но не менее душераздирающе. Может быть даже более.
Глава 21.
До Рюдебекка мы доехали за час, хотя офлайн-карты обещали нам доехать за час и двадцать минут. Мы добрались так быстро из-за моего наплевательского отношения на ограничительные дорожные знаки и разметку, однако, не вези я детей, думаю, что добралась бы и быстрее. Клэр проревела всю дорогу до Оторпа, а потом резко отключилась на коленях у Спиро. Небо над Оторпом полыхало огнём и, судя по гулким взрывам, раздающимся с его стороны, виной пожара была их знаменитая электростанция, построенная в начале прошлого десятилетия. В Кроппе, на пересечении трасс Е4 и Е6 я впервые после норвежско-шведской границы столкнулась с большим скоплением машин. Все они направлялись в сторону Рюдебекка, до которого оставалось всего семнадцать километров.
На десятом километре мы остановились из-за пробки. Я нервно начала понимать, что, скорее всего, попасть на паром будет чем-то из разряда фантастики, но всё ещё не хотела верить в то, что мы вписались в тупик. Выход должен был быть… И он был. Он показался в зеркале заднего вида ещё до того, как паника успела завладеть моим разумом: ослепляюще яркие синие мигалки пожарной машины.
Оглушительно крича сиреной, пожарная машина на недопустимой в сложившейся обстановке скорости неслась по менее загруженной встречной полосе против её течения. Ещё до того, как она успела сравняться с нами, я уже была готова. В ту самую секунду, когда она, визжа и на дикой скорости, промчалась мимо нас, я резко вывернула руль влево и на полной скорости, опасно наплевав на безопасную дистанцию, понеслась вслед за ней.
Мчась мимо бесконечной полосы остановившихся в пробке машин, я скоро создала среди них резонанс: решив повторить мой успех равный моей наглости, а может быть даже и глупости, водители начали выезжать на встречную полосу и ехать вслед за нами.
Уже через три километра позади нас столкнулись две машины. Теперь, из-за этих несчастных, пробка образуется и на встречной полосе. Мы же продолжали следовать за пожарной машиной, чуть ли не впритык к её бамперу. Мы и ещё три машины, буквально дышащие огнём в нашу спину. Это было слишком близко, слишком быстро, слишком опасно…
Заблаговременно увидев свободный съезд в город и, боковым зрением сверившись с картой и поняв, что этот путь тоже способен вывести нас на Фортуна Странд, я резко вывернула руль вправо. Сбавлять скорость было нельзя, если только я не хотела, чтобы тот безумец, несущийся за
Наша машина с душераздирающим визгом встала словно вкопанная под фонарным столбом, изливающим на тёмный асфальт потоки жёлтого света.
– Не делай так больше! – громким шёпотом, держась обеими руками за приборную панель, выпалил Тристан.
– Не буду! – сама пребывая в шоке, отозвалась я, прислушиваясь к звуку удаляющейся пожарной сирены и своему дикому сердцебиению. Посмотрев в боковое зеркало, я увидела чёрные разводы на асфальте, оставленные нашими шинами, и снова до краёв наполнила свои лёгкие воздухом. – Едем дальше.
Как бы быстро мы до этого ни ехали, мы вновь были вынуждены остановиться из-за пробки. И всё равно мы умудрились подъехать к порту ближе, чем те, кто, очевидно, приехал сюда раньше нас. Благодаря тому, что мы заезжали на Фортуна Странд не с центральной улицы, а с примыкающего к ней закоулка, и благодаря замешковшемуся грузовику мы смогли въехать почти в самое начало очереди. То есть перед нами было около двух-трёх десятков машин, а позади нас их осталось не меньше нескольких сотен. Беспардонно въехав прямо перед грузовиком, я поняла, что обязана этой форточке поссорившимся водителям: видимо водитель раздолбанного в хлам мерседеса не поладил с водителем грузовика, и второй сейчас окатывал его громогласной нецензурной бранью. Спустя несколько секунд увидев, как водитель грузовика врезает кулаком в челюсть владельца раздолбанного мерседеса, я вжала голову в плечи, опасаясь того, что эта стычка заденет и нас – в конце концов я влезла вперёд без очереди, фактически заняв место агрессивного владельца грузовика. Пока что он всё ещё занят тем парнем из мерса, но что будет, когда он увидит нас? Что мне делать, когда он подойдёт? Я уже не смогу отъехать ни взад, ни вбок, чтобы пропустить его…
Ладно, мы заблокированы, он нас не достанет… А если он начнёт бить стёкла?..
Может быть он нас всё же не заметит?.. Может быть он не увидел, что мы выросли перед ним?
– Людей не пускают на паром, – вдруг произнёс Тристан, что заставило меня оторваться от лицезрения развернувшейся драки в боковом зеркале.
– Что?
– Они говорят, что людей не пускают на паром уже пять часов, – он кивнул в сторону орущих пожилых женщин, стоящих справа от нас рядом с белоснежным электрокаром. Одна из них, пожилая и явно истеричная женщина, и вправду кричала о том, что они с мужем стоят в этой грёбаной очереди уже пятый час, и что за это время она продвинулась вперёд лишь на десять метров.
Я снова метнула взгляд в зеркало. Драка не утихала и даже разгоралась. Теперь в ней появился третий мужчина, пытающийся разнять конфликтующие стороны, но, кажется, и ему уже тоже наваляли. Это хорошо. Пока они заняты собой, они не будут замечать нас.
Вновь перебросив взгляд вперёд, я вдруг заметила среди машин странного человека. Мужчина лет сорока ходил между рядами автомобилей и осматривал их. Он был одет в строгий чёрный пиджак, подстрижен как военный…
– Это что, коп? – прошипел Тристан. – Что он выискивает?