Сталь

Dar Anne

Как только я нажала на кнопку одобрения ввода пароля, сейф издал едва уловимый пшик. Не веря тому, что у меня получилось вот так вот просто, всего лишь за какие-то десять минут вскрыть зверски защищённый замок, я уставилась на слиток в своих руках так, словно он был живым существом неизвестного мне происхождения. Сейф-инопланетянин.

А вдруг этот сейф ничто иное, как ящик Пандоры? Вдруг внутри него штамм вируса в открытом состоянии? Ведь вероятность подобного вполне реальна: русский самолёт упал из-за того, что на борту оказался заражённый человек, но как он там оказался, как он проник незамеченным на борт?

Ответ: он заразился на борту самолёта, – напрашивался сам собой. А вдруг всё именно так и есть, и сейчас я рискую активировать вирус на переполненном борту парома? В таком случае погибну не только я с детьми – погибнут все.

Женское любопытство – чудовищная сила, способная погубить мир на земле.

“Ладно. Что бы там ни было, я уже сняла пароль. Будь что будет. Может быть после этого мне не придётся думать о завтрашнем дне”, – мысленно произнесла я и, как законченная эгоистка, способная наплевать на безопасность нескольких сотен душ лишь из-за собственной усталости, раскрыла сейф.

Внутри лежал паспорт в красной обложке с отпечатанным на ней в золотом исполнении гербом в виде двуглавого орла. Похожий мы нашли в кейсе. Под паспортом лежала заламинированная бумага, но я решила изучать всё по порядку.

Судя по фотографии, и второй паспорт принадлежал всё тому же русскому, всучившему нам этот чемодан. Lebedev Gerasim Davidovich, рождённый в апреле 2046-го года. Выходит, на момент смерти мужчине было сорок восемь лет. С 2070-го зарегестрирован в браке с Kovaleva Valeria Pavlovna, имеет сыновей Lebedev Mark Gerasimovich 2072-го года рождения и Lebedev Makar Gerasimovich 2074-го года рождения. Первое место прописки зарегистрировано в городе Коцтрома – если только у русских “си” не читается как “эс” – вторая прописка принадлежала Московскому адресу с 2068-го года.

– Ты открыла его.

Я вздрогнула и сразу же с укором посмотрела на Тристана.

– Прости, не хотел тебя пугать, – приглушённо произнёс он, очевидно как и я не желая случайно разбудить спящих сзади Спиро и Клэр.

– Да, открыла, но пока ничего толкового, кроме пары бумажек, не нашла, – я протянула ему паспорт, а сама взяла в руки заламинированный лист, размером с сейф.

– Что там?

– Напоминает инструкцию, – сдвинула брови я. – Она на трёх языках: русском, вроде как арабском и, к нашему облегчению, на английском.

Тристан стащил с моих коленей сейф и поставил на свои.

– А это что? – спросил он, и я посмотрела в его сторону. Он держал в руках слиток серебряного цвета размером пятнадцать на пятнадцать сантиметров.

– В сейфе ещё что-нибудь есть? – поинтересовалась я.

– Нет, – Тристан начал доставать из сейфа бархатную чёрную вкладку и даже пробовать разрывать её, после чего начал изучать внутренние швы дна. – Больше точно ничего нет.

Я взяла слиток в руки. Он не был литым – он состоял из двенадцати закреплённых между друг другом пластинок в виде полосок: пять сверху и пять снизу. Каждая из них была разделена напополам и одна из половин каждой была подписана заглавной и прописной буквами, выгравированными очень аккуратной резьбой: сверху пластинка с буквами Ru – внизу пластинка с буквами Rh, сверху Os – внизу Ir, Pd – Pt, Ag – Au, La – Ti.

Я задумалась.

– Что могут значит эти буквы? – хмыкнул Тристан.

– Без понятия… Но навевает воспоминания

о моих далеко не фундаментальных знаниях в области химии. Сейчас посмотрим, что здесь сказано, – я снова взяла ламинированный лист в руки. Текста на нём было немного, но я рассчитывала хоть на какую-нибудь более-менее толковую информацию.

Я начала зачитывать вслух:

“Результатом проведения русской научной командой опытов над человеческим организмом стала данная вакцина Класса-А, под кодовым шифром “МETALL”.

Подопытные: Мужчины и женщины возрастом 20-35 лет.

Процент положительного результата: 77%.

Процент фатального результата: 23%.

Заключение: Точная причина летальных исходов подопытных не установлена.

Предварительное заключение: Личностная непереносимость организма.

Содержимое посылки: 10 автоматических шприцов, содержащих вакцины на основе эссенций 10-ти до сих пор не проверенных металлов.

Предварительный вердикт: 10 из 10 вакцин должны оказаться действенными с вероятностью в 77%.

Инструкция к применению: Прямой укол в сердце подопытного.

Предупреждение!!! : Укол вне обозначенного органа гарантирует потерю подопытного в течение 5-10-ти минут после попадания вакцины в организм.

Результат: После успешной вакцинации пациент обращается в Металл. Точные характеристики организма Металла всё ещё до конца не изучены.

Пометка из известного: Обострение сенсорно-перцептивных процессов, нарушение сна, повышенная возбуждённость, резкое возрастание физической силы. Обратить внимание на изучение крови и коры головного мозга – ярко выраженные изменения заметны спустя 2 часа после введения препарата”.

Я замолчала и перевернула лист. С другой стороны он был пуст.

– Это всё?

– Всё, – ответила я, встретившись взглядом с широко распахнутыми глазами Тристана.

– У нас что… На руках что-то вроде… Вакцины от Стали?

– Подожди, – я нахмурилась. – Давай мыслить здраво. Здесь ни слова не сказано о Стали. Даже слово “вирус” в этом тексте ни разу не упоминается.

– Но здесь говорится о вакцине.

– Она может быть от чего угодно, Тристан. Да хоть от стандартного гриппа или от изжоги.